Страница 49 из 63
ГОРА ПОСРЕДИ ПУСТЫНИ
Забавка вернулась из леса и снова вошла в кабинет отца. Заслона по-прежнему не было, как и отца в замке.
Торопясь, она подняла в воздух хрустальный шар и скоро увидела пустыню.
Там многое переменилось. Теперь у Владигора уже не было спутников. Почти все пустынное пространство кишело стаями зверолюдей. Они гнали одинокого князя в сторону высокой горы.
Она снова попробовала остановить их. И снова они ее не услышали. На мгновение глаза князя встретились с ее глазами. Он обернулся и метнул через плечо нож в самого близкого из диких преследователей. Но остальные продолжали свой бег.
И тогда Забавка обратилась за помощью к богам, которые управляли той далекой пустынной землей. Она не знала их имен, сколько их и чем они ведают. Она просто умоляла помочь единственному человеку, который, надеясь на спасение, мчался сейчас между барханами в сторону высокой горы.
И ей показалось, что боги услышали эту мольбу.
Те, что рассказывали князю об этой горе, не обманули. Князь услышал рев стремительно мчащейся воды. Огромной ширины бурлящий поток вырывался из горы и, сделав полукруг, падал в гигантскую пасть пещеры.
«Вот и все!» — подумал князь. С трех сторон к нему приближались стаи зверолюдей.
— Похоже, Лиходеюшка, и в самом деле конец. — Князь спрыгнул с коня. — И все же пойдем в воду. Не сдаваться же нам.
Он вошел в воду первым, ведя коня в поводу и ожидая, что уже на первом шагу поток собьет его с ног.
Дно под ногами было твердое, каменистое. А вода неожиданно перед ним расступилась. Поток все так же ревел, проносился мимо, но только огибал его. В тот момент, когда и конь вошел в воду, на берег выскочило несколько зверолюдей. Они тоже было сунулись вслед за Лиходеем, но сразу же были сбиты с ног. Водовороты подхватили их и понесли во внутренности горы. Остальные, злобно оскалившись, остановились. И скоро весь берег был заполнен сотнями, тысячами оскаленных в злобе бессмысленных рож. На передних напирали сзади, и они один за другим валились в бурлящую реку. Но меньше их от этого не становилось.
Князь, ведя коня, поднялся на противоположный берег, который был устлан каменными плитами.
Похоже, он и в самом деле наконец приблизился к жилищу Великого Отца. Теперь оставалось найти вход. Каменные плиты образовывали ленту, походившую на дорогу. По ним могла бы проехать даже колесница. Дорога вилась спиралью вокруг горы и уходила вверх. По ней Владигор и повел коня.
Они поднялись уже довольно высоко. Отсюда была видна большая часть пустыни, имевшая столь устрашающий вид, что Владигор скорей отвернулся.
— Назад нам дороги нет, Лиходеюшка, — сказал он коню.
Дорога упиралась в пещеру. Вход в нее не был темным, наоборот, там что-то даже светилось. И князь повел коня вслед за собой.
Рассказчики не обманули и тут. Из-за поворота пещеры вырывалось пламя.
«Уж если мы не утонули в воде, то, может, не сгорим и в пламени?» — подумал Владигор и сунул руку прямо в огонь. Пламя не обжигало!
— А как ты, Лиходей? — спросил князь и осторожно приблизил к огню коня.
Конь не отпрянул, значит, и его огонь не ожег.
Они прошли по широкому каменному коридору, сделали несколько поворотов и неожиданно оказались в гигантском зале. Это был даже не зал, а пустота внутри горы. Где-то внизу бурлила стремительная река. Они стояли на таких же широких плитах, которыми была устлана дорога. По обе стороны от входа в зал, медленно закругляясь, уходили вдаль стены, стены поднимались ввысь, создавая купол. Он был так же велик, как небо. И во всю эту высоту на противоположной стене было выбито изваяние пожилой женщины с добрым, мудрым лицом и седыми волосами. Ее нельзя было назвать старухой, хотя она была, возможно, очень стара.
Ее лицо, выточенное из белого камня, выражало спокойную сосредоточенность. Казалось, она к чему-то чутко прислушивается, но только не к земным, мелким делам, а к тому, что происходит в далях занебесного мира. «Словно сестра Перуна», — подумал князь, вспомнив свое посвящение в горах у каменного изваяния бога.
Рядом с этим гигантским изваянием было высечено из того же камня другое. Та же каменная женщина со спокойным лицом сидела в той же позе, но только была она обыкновенного человеческого роста. Поэтому Владигор и не сразу заметил ее. В зале было светло, хотя никаких светильников князь не видел.
«Что же мне дальше делать? — спросил самого себя князь. — И можно ли входить в чужое святилище с конем? Опять же — я ищу Великого Отца, а тут какая-то чужая богиня».
Словно услышав эти вопросы, то каменное изваяние, что было человеческих размеров, неожиданно приподняло руку и произнесло по-синегорски:
— Подойди ко мне, Владигор, поближе. Дай-ка мне на тебя посмотреть. Сюда желали попасть многие, но входили лишь избранные. Ты прошел очищение водой и огнем, следовательно, достоин. Скажи, что привело тебя ко мне?
Голос каменной женщины был красив и звучал торжественно. Эхо его долго перекликалось в каменных стенах зала.
— Я ищу Великого Отца, славная богиня, — уважительно произнес князь, приближаясь к двум изваяниям. — Я не знаю, кто ты и как твое имя… К тому же я служу другому богу. Но я и не прошу за себя. Только за тех людей, которые населяют эту землю. Спаси их… А ежели тебе не по силам, укажи, где искать мне Великого Отца.
— Я и есть Великий Отец, — отозвалась каменная женщина и грустно усмехнулась.
И Владигор вдруг понял, что женщина, сидящая у своего гигантского изваяния, вовсе не каменная — живая.
— Ты — Великий Отец? — переспросил растерявшийся Владигор.
— Это именно так. Эти новые люди, они все перепутали. Перед тобой та, которую уже тысячу лет называют Великим Отцом. — Пожилая женщина снова улыбнулась. — Это лишь показывает, насколько людьми забыты начала их жизни. Боги когда-то сделали меня вечной и посадили здесь, чтобы я могла поддерживать силы нашего Поднебесья. Сначала, правда это было очень давно, все меня звали Великой Матерью. Но люди много воевали, хранители истинных знаний погибли, народам постоянно требовались новые воины. Так постепенно, сохранив лишь обрывки знания, люди переименовали меня в Отца. Теперь ты увидел, что это не совсем так.
— Скажи, могу ли я обратиться к тебе с мольбой, Великая Мать? Ведь я служу своему богу. Имя его — Перун, — спросил Владигор.
— Служа своему Перуну, ты служишь и мне. А тот, кто проходит очищение водой и огнем, имеет лишь чистые помыслы. Ты можешь разговаривать со мною на равных, Владигор. Я тоже была когда-то простой женщиной, которую боги однажды отметили своей волей. Они считали, что одарили меня вечной жизнью, а на самом деле обрекли на вечное одиночество. Скажу тебе, что люди у меня — слишком редкие гости. И по пустякам не заходят.
— Я пришел к тебе, чтобы просить о помощи… Если бы ты могла увидеть сейчас то, что окружает гору, ты содрогнулась бы…
— Я знаю об этих существах. Они присланы кем-то в Поднебесье из других миров… Могу лишь догадываться — кем и зачем, — сказала она с печальной усмешкой. — Боги как люди. Они постоянно ссорятся и пытаются вытеснить один другого. Они забывают, что не могут друг без друга существовать.
— Я пришел от людей, чтобы просить тебя…
— Я знаю, чего ты ждешь от меня. Когда-то та река, что уходит в гору и падает в глубину земли, орошала многие земли. Но здешние люди вовсе забыли о богах и недостойно себя вели. И боги, повернув течение реки, отняли у них воду. «Но если хоть один человек сможет пройти очищение, верни им реку, — так сказали мне боги. — Потому что даже одного невиновного нельзя наказывать из-за многих». Ты перешел эту реку, и я возвращаю ее вам. Одновременно с этим очистится и пустыня. Я верну чужеродных существ в их мир.
Она подняла руку. И Владигору показалось, что на мгновение дрогнула и поднялась рука у гигантского каменного изваяния. А может быть, это содрогнулась сама гора.