Страница 45 из 63
Князь ждал нападения младшего брата, но тот трусливо отпрыгнул в сторону и визгливым, бабьим голосом звал своих разбойников, которые дрались с охраной старшего брата.
Владигор, воспользовавшись подаренными мгновениями, успел взрезать путы на руках у старшего.
Вот теперь они могли говорить на равных и решить дело по справедливости. И когда на старшего брата навалились двое новых разбойников, он их уложил одного за другим, несмотря на то что первый успел всадить ему в бок нож.
На белой рубашке появилось красное пятно.
— Рану зажми, не двигайся, — крикнул Владигор и заслонил старшего брата от нападения нового разбойника.
Но и стражники, воодушевленные тем, что их господин снова свободен, уже оправились от неожиданности и сами наседали на напавших.
И тогда младший брат, который понял, что дело проиграно, одним прыжком оказался на Лиходее. Он был хорошим наездником, потому что, когда рассерженный Лиходей поднялся на дыбы, удержался на коне. И, ударив по лошадиному крупу пятками, попытался погнать его в темноту.
Владигор, до этого дравшийся вполсилы, выдернул нож и, почти не глядя, но с бешеной силой, метнул его в вора. Нож с треском, по рукоять, вошел в спину младшего брата. Но упал тот не сразу, продолжал цепляться руками за гриву коня. И только когда Лиходей снова поднялся на дыбы, обрушился всем телом на песок.
— Прости, я не мог поступить иначе, — сказал Владигор, вытащив свой нож и вытирая с него кровь.
— Я все видел, — печально отозвался молодой воин.
Вторую половину ночи у колодца никто не спал. Одни перевязывали раны. Другие, перебивая друг друга, рассказывали, какими они только что были героями. Несколько связанных разбойников лежали тут же. В городе их ожидала казнь. Остальным удалось уйти. Кто их станет преследовать в темной пустыне?
Молодой воин и Владигор сидели у большого шатра. Рана в боку оказалась не страшной. Нож лишь немного разрезал кожу. Приложив к месту пореза нужные травы, слуги старательно замотали ему все туловище.
— Признаюсь, я скрыл от вас свое происхождение, — говорил молодой воин.
— Я понял это, — отозвался Владигор.
— Я — старший сын правителя всей этой земли, на днях получил письмо от визиря о том, что отец при смерти, и еду принимать власть. Боюсь, что отца в живых уже не застану… А тут еще этот, мой брат! Мы ему предлагали почетную службу, но он стал предводителем разбойников. И вот… печальный конец.
— Я не мог иначе, — снова стал оправдываться Владигор. — Мой конь слишком мне дорог. Да и кто я тут без коня…
— Вы — искуснейший воин, я еще вчера подумал, когда увидел вас одного. Только отчаянные смельчаки решаются идти через пустыню в одиночку. Когда я стану правителем этой державы, мне придется думать о многом. И прежде всего я хочу обновить гвардию. Быть может, вы согласитесь заняться этим вместе со мной? Я сразу понял, что вы — человек верный.
«Пожалуй, ему можно сказать правду», — решил Владигор. Но для начала спросил:
— Говорят, в этих местах появились какие-то зверолюди?
— Да. Сюда они пока еще не дошли, но в других местах уже сеют ужас и смерть. Убив воина, они съедают его печень! Еще и потому я хочу обновить гвардию. Ожиревшие старики, которые только и могут, что бахвалиться былыми победами, неспособны справиться с этой страшной напастью. Так что вы скажете мне?
— Скажу, что я тоже не тот, за кого себя выдаю. На самом деле я князь, управляю страной, но она так далеко от вас, что вы о ней и не слыхивали. А напасть у нас общая. У нее разные лики, но хозяин — один.
— Как называется ваша страна?
— Синегорье, — произнес Владигор, и голос его неожиданно дрогнул.
— Синяя гора, — повторил вслед за ним молодой правитель. — Я вижу, вы любите свою страну.
— Кто ж не любит родную землю, — пожал плечами князь.
— Я тоже. И ни за что не променяю вот это, — он здоровой рукой показал на пустыню, — на любые другие земли.
Наступал рассвет, и все стали быстро собираться в путь.
«Куда же мне направляться? — подумал Владигор. — Без колодцев я пропаду, а с ними мне не по дороге. Уж не пустое ли я вздумал искать? Не за миражом ли гоняюсь?»
Караван ушел из небольшого оазиса, а Владигор в раздумье не торопясь ехал по его следам.
Однако раздумывать пришлось недолго.
Молодой правитель был прав: одному в пустыню лучше не соваться. Но и с караваном ходить не легче. Особенно если на него постоянно нацеливаются разбойники.
Владигор продолжал задумчиво ехать по следам каравана, ища место, у которого стоило бы свернуть. Пожалуй, он нашел это место. Издалека князь принял его за очередной мираж, но стены строений скоро стали приближаться. Это был мертвый город. Следы каравана обошли его, по ним было видно, что даже любознательный молодой правитель не задержался, чтобы взглянуть на развалины пустых домов со сгнившими крышами.
Возможно, мертвый город был проклятым местом. Кто теперь помнит, отчего жители вдруг покинули его? А может, их всех до одного перебили враги? Или наступил мор, или пришла великая сушь?
Здесь-то князь и решил свернуть. Он проехал еще несколько засыпанных песком развалин, а потом увидел мчащихся вдалеке на верблюдах всадников. Все они спешили к тому месту, где должен был идти караван.
«Другое у меня дело, не надо мне ввязываться», — снова уговаривал он себя, но уже поворачивал Лиходея в ту сторону, куда промчались разбойники. А в том, что это были разбойники и что снова ему придется драться, он не сомневался.
Разбойники чувствовали себя в пустыне хозяевами. И поэтому дозоров не выставили. Князю удалось подобраться близко, и он с удивлением увидел, как почти в точности повторяется ночное нападение.
Молодой властитель пробовал отбиваться, но как отбиться одному против десяти? Его охрана сопротивлялась не слишком сильно, толстозадые воины больше охраняли собственные животы, чем молодого правителя. А рядом с уже связанным правителем опять прохаживался парень, похожий на него лицом.
«Сколько же их у него, этих братьев?!» — едва не присвистнул Владигор.
Можно было и в самом деле ехать своей дорогой. Ну его ли это дело — разбирать распри в чужой державе? Как раз так и думали соседи, когда Климога Кровавый убивал его отца, а потом гонялся по княжеству за самим Владигором.
А если вмешаться, то как? Князь посмотрел, теребят ли разбойники купеческое имущество. Нет, к их вьюкам они отнеслись равнодушно. Стало быть, им нужен один только правитель.
Тогда и он может показаться перед ними как одинокий путник. Безопасней бы это сделать на худой лошаденке. Да как уйдешь от них на худой-то в случае опасности? А уж Лиходеюшка не подведет.
Князь потрепал коня по шее, и тот мгновенно отозвался на хозяйскую ласку, тряхнул головой.
Однако тут у остановленного каравана стало происходить такое несообразное, что князь передумал появляться открыто.
Двое разбойников приволокли небольшую клетку. Толкая в спину, они загнали в нее молодого правителя. А потом погрузили эту клетку на спину верблюду.
В молодые годы в клетке однажды возили и его. Вместе с подземельщиком Чучей. Как раз тогда они и познакомились, подружились. Только везли их не на верблюде — на барке. Да и клетка была повместительней.
Разбойников было не так уж и много — десятка два. Однако одному ему с двумя десятками тех, кому все равно: что жить, что помирать, не справиться. Если бы помогли караванщики, другое дело. Но те сразу стали покорными, после того как два воспротивившихся погонщика верблюдов легли на песок, убитые ударом ножа в живот.
Сначала он подумал о луке. Выпускать по одной стреле из-за бархана и прятаться. Но пустыня — это не лес. Это в лесу — выстрелил из-за дерева и убежал. А здесь любой след сохраняется долго. После второго-третьего погибшего его отловят, и если сразу не порешат, то отправят в тесной клетке к молодому правителю.
Можно было налететь с разгону, пробиться к клетке, открыть ее и подхватить правителя на коня. Но даже если удастся это сделать, потом-то что? Как потом обороняться от них от всех?