Страница 34 из 63
«Наши-то кони покрупнее их оленей будут», — подумал Владигор, но хотел сказать совсем другое.
Однако его опередил Кеулькут. Он полз на коленях, протягивая руки навстречу Великому Эльге, и говорил:
— Прости этих людей, о Великий! Они только вчера присоединились к нам и еще не знают всех наших обычаев… Ай-Мэргэн успел показать себя отважным воином, он просил принять его в наше стойбище, чтобы защищать нас.
— Объясни этим людям наши правила, и пусть они поторопятся запомнить их. Завтра я поведу вас на земли Синегорья, на князя Владигора, который объявил нам войну и хочет отнять наши пастбища, — ответил ему Великий Эльга и повернулся к Владигору. — Ты, нючи, готов ли повести свое стойбище на войну против Владигора? — спросил он грозно.
— Нет, Великий Эльга, — громко, с достоинством ответил князь, выпрямившись в седле. — Я не поведу свое стойбище на князя Владигора. Потому что я и есть князь Владигор. И мне не нужны пастбища.
Воины, окружившие князя, замерли в растерянности.
— Я пришел искать с тобой мира, а не войны! — еще громче сказал князь.
Великий Эльга, понимающий по-синегорски, сошел со своего оленя и сделал шаг в сторону князя. Владигор тоже спешился и пошел навстречу Великому Эльге.
— Если ты — тот, за кого себя выдаешь, я хочу говорить с тобой здесь и сейчас.
Воины мгновенно расстелили несколько медвежьих шкур, и два вождя, усевшись на них около стены чума, начали разговор.
Вся заснеженная долина перед холмами покрылась чумами. Тут и там горели дымные костры. Войско остановилось на постой.
Рядом с Великим Эльгой и Владигором сидел тот, кто не так давно принес в Ладор послание на оленьей кости.
Владигору поднесли чашу теплой оленьей крови, и второй раз за эти дни он не смог отказаться.
— Ты сказал, что не хочешь войны, — произнес Великий Эльга. — Я тоже не хочу войны. Но почему ты прислал мне это письмо? — Великий Эльга сказал несколько слов послу, и тот вытащил из дорожной плетеной коробки оленью кость. — Или это не твое письмо?
— Я не могу тебе ответить на этот вопрос, Великий Эльга, пока мне не прочтут, что здесь написано. Но что было в моем письме, я могу повторить. Я предлагал тебе дружбу и помощь. Предлагал объединить силы, чтобы победить черных всадников.
— Как я могу тебе верить, если знаки на кости говорят о другом? Здесь написаны столь отвратительные мерзости, что я не решаюсь произносить их вслух. И это письмо получено от тебя.
— Значит, это не мое письмо.
Великий Эльга посмотрел на посла, и взгляд его был суров.
— О Великий, я не выпускал дорожную коробку с костью из рук и мчался к тебе, сколько мне позволяли силы! — воскликнул тот дрожащим от волнения и страха голосом.
— Позволь сказать мне, — вставил князь. — Боюсь, ты не один получил такое странное послание. Я писал о дружбе и помощи нескольким правителям. И все они прочитали в тех письмах такое, что глубоко их оскорбило. Боюсь, кто-то подменил все мои письма. Спроси своего посла, оставлял ли он без присмотра коробку во время дружеского пира в моем замке?
— Ну? — Великий Эльга повернулся к послу.
— Оставлял, о Великий. Но ведь замок охраняла стража.
— В последнее время на моей земле, так же как и на твоей, стали происходить странные вещи, — грустно усмехнувшись, сказал князь. — У нас тоже появлялся Черный всадник. Но мне удалось его изгнать. Не знаю, надолго ли. Еще раз повторяю, я хочу только дружбы с тобой и готов тебе помочь.
— Хорошо. — И Великий Эльга встал. — За мной по пятам идут злобные всадники. Ты сказал, что готов мне помочь. Так помоги, и между нами вновь установится мир.
— Прости, но я должен задать тебе один вопрос, — проговорил Владигор, поднимаясь вслед за Великим Эльгой. — Как ты собираешься пройти через горы, если проходы закрыты?
— Проходы открыты, — тихо ответил Великий Эльга. — И если это сделал не ты, то кто же?
— Думаю, он. — И Владигор показал в сторону первой цепи Рифейских гор, которую как раз осветило солнце. На одной из заснеженных вершин чернел силуэт всадника.
— Снова он! — еще тише проговорил Великий Эльга. — Значит, мои предсказатели не ошиблись. Он всегда появляется перед большим сражением!
— Дай мне сотни две лучших воинов на самых быстрых оленях, и я попробую уничтожить наших общих врагов, — предложил Владигор.
— Как ты собираешься сделать это? Хотя злобных всадников не так уж и много, но они сильнее моих воинов. Мой народ всегда не любил войну.
— Я жил в Рифейских горах в юные годы и хорошо знаю эти места…
— Ты был в Белом замке? — изумился Великий Эльга.
— В ранней юности. Три года.
— И ты знаком с седобородым Белуном?
— Это один из моих учителей. Ты тоже встречался с ним?
— Когда-то он разговаривал со мной и звал погостить в своем замке. Обещал поделиться знаниями о Поднебесье. Но я был слишком молод и самонадеян. Я ответил ему со смехом, что и так знаю о нашем мире все. Вернись назад тот день, я бы принял его предложение.
НЕ СРАЖАТЬСЯ, НО ПОБЕДИТЬ
Отряд Владигора, пересев на отдохнувших оленей, продолжал уходить от погони.
Лишь Лиходей да лошадь Млада не знали смены.
Владигор не стал ждать, когда придут враги. Едва Великий Эльга дал ему две сотни воинов, он направился навстречу злобным всадникам. У каждого воина из его двух сотен был запасной олень. Позади князя маячил переводчик и оба сотника.
На Владигоре был белый меховой плащ, перепоясанный красным поясом, вооружился он как обычно: меч, нож, метательный топорик. Впрочем, он надеялся, что оружие не понадобится.
— Мы должны не сражаться, но победить, — сказал князь странные слова Младу.
И тот, едучи рядом, ломал голову над загадкой: можно ли победить врага, не вступая с ним в сечу?
Врагов они увидели неожиданно: стали взбираться на один из холмов, а им навстречу с другой стороны того же холма взбирались враги. Они встретились на вершине, можно сказать, нос к носу. Враги так и остолбенели от неожиданности.
Князь, хоть и говорил, что хочет победить не сражаясь, первым выхватил меч и зарубил двоих, одного за другим. Млад тоже завалил одного. И тотчас двести угорских воинов, взбиравшиеся следом, повернули своих рогатых оленей и направили их вниз.
После этого и началась погоня…
Их загоняли по правилам волчьей стаи. А они со своими оленями уводили врагов от места, где стоял в этот день Великий Эльга и где нашли пристанище они сами.
Небольшие отряды врагов появлялись из-за холмов то с одной стороны, то с другой. Они стекались в многоголовую массу, и Младу уже страшно было оглядываться, так их сделалось много. Если бы князь не приказал перед выходом взять свежих оленей, им бы давно перерезали путь.
Млад не понимал, куда их ведет Владигор. Он решил полностью довериться князю, да и не было у него другого выбора.
Впереди вырастали, заслоняя пространство, Рифейские горы.
Где-то посередине между их заснеженными вершинами и подножием плавали облака.
Сзади слышался топот преследователей, такой же топот долетал справа и слева. Иногда преследователи даже слегка опережали их. Но едва они пытались выйти наперерез, как Владигор ускорял бег своего Лиходея, и все устремлялись за ним.
«Упремся в горы, а дальше-то куда? — с ужасом думал Млад. — Ведь дальше пути нам не будет!»
Но князь упорно продолжал вести свой отряд прямо к заснеженным вершинам.
Млад чувствовал, что его лошадь начинает уставать. Уже не просто клочья пены срывались с губ его каурой — лошадь тяжело, со свистом всхрапывала, и всем своим телом Млад ощущал, как бешено колотится ее сердце.
Уже и Владигор понимал, что животным пора дать отдых. Но до тех пор, пока они не достигнут первого прохода в горах, об отдыхе можно было лишь мечтать. Только на этот проход Владигор и рассчитывал в этой бешеной гонке. Если Великий Эльга прав и проход открыт, тогда можно будет сказать, что они ступили на путь спасения.