Страница 4 из 5
Он прищуривает левый глаз. Теперь он похож на сутенера.
Я киваю. Слышал.
Итак, мой приятель Благоев все-таки побывал здесь. Его прибаутка. Странно. От меня-то зачем скрывать? Странно и подозрительно.
Благоев действительно плюнул на все и решил довольствоваться малым. Он отлично устроился: на Луну теперь вахтуется, в Даксайд Сити. Месяц там, месяц здесь. Дорога, харч, все дела. Ну и что, что нелегал? Есть у него индивидуальное койко-место с постельными принадлежностями, есть батарея канистр -- как раз на вахту хватает. Лунатические тетки посещают его: холодные, говорит, но какие нежные! Как пух цыплячий! как ветки персика! На Луне, между прочим, и с питьем, и с тетками напряженка. Зато никто не достает вопросами, гражданин ты или вошь беспаспортная.
Спрашивается, что еще нужно человеку?
– - Возвращаюсь к женщинам, -- объявил Шеф. -- Эти существа бывают трех типов: пернатые, земноводные и млекопитающие. С земноводной вы беседовали в приемной… как она вам?
– - Кобра!
– - Кобра? Да что вы! Ни на дюйм не кобра, -- милейшая, верткая ужица! Ни яду, ни прыти настоящей. А с другой стороны подойти -- царевна-лягушка! Я знаю, я над ней трудился… Да, это не твое. А как насчет курочек, ласточек, горлиц, воронушек?
– - Не хочу. Заклюют.
– - Рожденный ползать… Но ты опять прав. Значит, кошечки, заиньки, лани, тигрицы?
– - Все что шевелится и глазу приятно!
– - Хорошо. Смотри сюда, в эту стекляшку. Смотри, не отрывайся. Что там?
– - Волчицы. Белые волчицы под влажной луной.
– - Не суйся: то оборотни.
– - Две медведицы, большая и малая…
– - Ого! А пан проверял свои возможности?
– - Лисий крик в тумане мятном…
– - Хищницы интересуют? Обманщицы?
– - Косуля на полуденной поляне…
– - Вот и позитив! Не все так безнадежно.
– - Томная телка с нежными рожками, с преданным взглядом…
– - Тремор у тебя. Сфокусируйся! Копытных много.
– - Ах, сударыня моя! Экая вы коза бодливая!
– - Эй! Стой! А ну вон из транса!
– - Погоди, гнедая! Брыкаться? Ну ща я тебя захомутаю!
– - Пр-рекратить! Лезок, нов лешоп! Очи продери, бедовый!
– - Тю… Да ты мужик! Где это я?
– - Вспомнил?
– - Дык ни шиша себе… Так и это… опозориться недолго…
– - Ладно, черт с тобой, любитель кобылок! Пишу: реакции в норме.
– - Спасибочки.
– - Не спеши благодарить. Вот выиграешь у меня, тогда и радуйся.
Партия шла с переменным успехом. У меня было всюду больше: и на вистах, и в пульке, и на горке. Особенно на горке. Вечный вопрос -- назначать ли мизер? -- застыл в игривом взгляде пиковой дамы. А что? а сброшу я тебя, краля, -- пригрозил я, открывая прикуп.
– - Мизерок? Ха! -- шепнула мне дама голосом Шефа. -- Вот тебе, ласковый мой, король пик! А вот тебе и туз пик!
Ну и подарочек! Ох какая подлость! Черный король и черный туз -- две жирные мухи в бокале шампанского -- пакостливо ухмылялись и корчили рожи.
– - Мизер? Одна твоя, -- предложил третий игрок. Шустрый франтоватый чинуша, прихвостень и шулер. Больно ловко сдавал!
– - Неловленный! -- нагло заявил я. -- Играем!
А ведь мог и промолчать. Молчание -- золото. Болтливых удача не любит.
И понеслась баталия! Вскрики орудий, хохот лошадей. Бешеный паровоз мчится полем брани… Когда рассеялся азарт, выяснилось: вбит я по грудь в землю и взятками обложен. Зрители гнусно радуются. Облизываются.
Все, думаю, пропала душа! Пил -- не пропил, гулял -- не прогулял, а за стол сел… Ну и дурень же я! Ну и взяточник! Что же делать? Теперь они меня съедят как захотят! Дожмут потихоньку шестерными…
И тут я вновь вспомнил Благоева. Вот, думаю, кого бы сюда! Он в игре бог. Он сроду никому не проигрывал, даже кидалам-каталам с краплеными картами. Но ведь он побывал в Тихом Кабинете! Получается, его раньше завернули? До игры?
Так… Чему он меня учил? Одному он меня учил: не рвись к выигрышу -- рвись к удаче! Полюби свою карту. Чувствуй ее как чувствуют женщину. Возьми её, нежную, в руки, приголубь, погладь -- и только потом переворачивай лицом к себе. Она покорной становится, ответным желанием загорается…
Ну погоди, вражья рать!
Я стал фетишистом. Я ласкал раскрашенные картонки, словно фотографии любимой: вожделенной, уже обещавшей, но еще не успевшей. Я прикрывал их от сиреневого дьявольского ока, ползущего по окнам. Я был страстен и влюблен. И карты отозвались! Распасы? Пожалуйста! Все им, подлым! Семерную захотели? Без лапы! Что, горе-игроки, съели меня? Девятерная! -- кричу.
– - Своя игра, -- угрюмо отзывается Шеф и бросает карты. Он обеспокоен. Счет выравнивается. Я чутьем улавливаю негласный приказ: один из зрителей подходит к окнам, поднимает шторы. Ого! Яркое у них светило! Все вокруг вскипает фиолетовым и лиловым слепящим огнем.
– - Ничего не вижу! Сделайте как было! -- требую. В ответ -- усмешка. Шеф пожимает плечами:
– - А я от вашей темноты слепым становлюсь! Хватит! Поиграли в тени -- начнем игру при свете!
Я заказал -- и остался без двух. Но ведь я считал! При самом кривом раскладе должно было сойтись! Что ж это делается, люди добрые?
Новая раздача. Тузы дружно в руку прыгают. Гляжу и глазам не верю: вся верхняя карта сбежалась! Поморгал изумленно, взглянул… Черт знает что такое! Ох уж эти причуды освещения! Нет на карте картинки! Совсем я ослеп: то туз мерещится, то семерка… Вот же дьявольское око! Ничего не разберешь на том сиреневом свету! Остается на удачу положиться.
Я закрыл глаза. Карта, кто ты? Провел рукой… семь красных бляшек -- семерка бубей. Усы роскошные -- валет, любитель котлет. Ох какое мягкое… трепетное… сердечное… третья дама в чирве! Про запас будет… Раз! Вы -- два? Я -- три! Пас? Играю!
Это ведь так просто -- чувствовать и не ошибаться! Шеф от злости клык сломал. Игра шла в одни ворота. Назревала сенсация.
– - Хватит! -- объявил шеф. -- Пишем!
От возмущения онемел я: разве так договаривались? Но промолчал. Не рвись к выигрышу, рвись к удаче…
И удача не подвела!
– - Ты победил, -- признал Шеф. -- Поздравляю. Дурак. Убирайся! А мог бы попасть в наши тайники, -- он ткнул пальцем в туманную даль, раскинувшуюся за отсутствующей стеной. -- Мог бы стать одним из нас! Полканычу давно пора на пенсию… Было бы у тебя все! Всего-то и требовалось: уступить, поддаться. Что хорошего в неустроенности? Зачем тебе неудачники? Что ты хочешь доказать, пришлый?
– - Не понимаю. О чем вы?
– - Да я таких как ты за версту чую! Землянин нашелся… Давай бумаги!
– - Вот, будьте любезны…
Подписал, двумя печатями приложился. Вернул мне документы.
Только теперь я поверил в победу.
– - Слышишь, парень? Скажи по секрету: откуда ты прибыл на Землю?
– - От мамы с папой… Прощайте, господа. Спасибо за пульку.
Выйдя из Тихого Кабинета, я вспомнил о Заме и о его зелье. Да ну его! Сам допьет. Меня здесь ничего больше не удержит. Шеф буравит взглядом мою спину сквозь стены и ковры, Полканыч мутно таращится…
– - Не спи, старик! Пенсию проспишь! -- злобный лай мне вдогонку.
– - Осторожнее, очаровашка, с ног собьешь, -- я придержал Сицилию, потрепал по округлостям. Сомлела мадам! Не обойти, не оттолкнуть -- сопит мне в ухо, слова забытые вспоминает. Голубушки-старушки прослезились от умиления.
Синеглазый щеголь, печальная дама и толстогубый господин беседовали о долге и везении.
– - Молодой человек, вам улыбнулась удача? -- спросила дама.
Я гордо кивнул. Показал свои новенькие документы. Сказал:
– - Главное -- не отступать! Нет ничего невозможного! Терпение и воля -- и все у вас получится.
– - Вам таки повезло, -- господин не скрывал иронии. -- Вы заставили их признать очевидное. И то много… Вы не пробовали добиться чего-нибудь большего?
– - Нет. Даже не думал.
– - Почему? -- спросил щеголь. -- Гражданам они обязаны помогать.
– - Мне подачки не нужны. Как-нибудь сам проживу.