Страница 61 из 72
Карета остановилась перед воротами особняка принца, и граф мысленно порадовался скромности принца. Живи Колодий в имении, карету графа Корсмы могли бы просто не впустить за ворота, и они ожидали бы решения хозяина на виду у всех, возле ворот. После такого позора он, Корсма, не смог бы толком расспросить принца, все вспоминал бы минуты унизительного ожидания.
Они вышли из кареты, зашли в дом и в просторном зале, украшенном доспехами воинов и головами охотничьих трофеев, лакей поинтересовался, как доложить.
— Начальник тайной канцелярии Его Величества, граф Корсма, просит принять его для отдельного разговора. Постой, это не все. Добавь, что я прибыл с женой и дочерью, кроме конфиденциального разговора с принцем я надеюсь на обычный семейный визит. Именно такими словами и передай.
— Будет исполнено, — поклонился лакей, стрельнул глазами на Лаану и удалился внешне неспешной, и в тоже время стремительной, походкой.
Граф, глядя ему вслед, решил, что лакей — из ветеранов армии. Лицо не подобострастное, чувствуется былая выправка, да и ходить так может только бывший пехотинец. Поглядев на оробевшую жену, Корсма испытал чувство мстительного удовольствия. Не он один страдал, чувствуя себя бесправным просителем. А вот дочери, той было просто интересно. Она с восхищением разглядывала тигриную голову на стене. Тигров в Светори никогда не водилось, надо было полагать, что этот трофей Колодий добыл далеко за границами королевства.
К счастью, ожидание продлилось недолго. Принц спустился к ним сам, поприветствовал их по всем правилам этикета, провел в гостиную. Почти сразу же туда вошел юноша, точная копия Колодия. Принц представил всех друг другу, потом появилась его супруга, которую он тоже представил, и после этого Колодий пригласил графа к себе в кабинет, пообещав угостить черной смаленской наливкой.
Колодий веселящих напитков не употреблял, о чем в королевстве знали все, но Корсма сделал вид, что готов поддержать компанию. Мужчины оставили семьи, и прошли по длинному коридору к узкой лестнице.
— Граф, Вас действительно волнуют брачные соображения, или это лишь предлог? — спросил принц еще на лестнице.
— Это предлог, Ваше Высочество. Хотя, я не против, если дети друг другу понравятся.
— Оставим этот вопрос нашим супругам, — предложил принц и Корсма кивнул.
Кабинет Колодия напоминал своими размерами зал приемов. В нем было множество отгороженных уголков, а книжные шкафы и столы разных размеров загромождали его настолько, что кабинет представлялся лабиринтом.
— Ваше Высочество, здесь Ваши сыновья в прятки не играли? — поинтересовался граф, оглядываясь по сторонам.
— У них было такое желание, но я не разрешил, — сообщил принц и крикнул: — Алукс!
Алукс вынырнул из-за шкафов и вытянулся перед принцем.
— Мой помощник, — отрекомендовал его Колодий.
Алукса он отослал передать супруге, что мужчины задержатся и предоставляют дамам возможность решать все вопросы по своему усмотрению.
— В этих делах все равно первая роль принадлежит матери, — сказал Колодий, когда они, оставшись одни, уселись на диван возле круглого столика.
Корсма кивнул, хотя с принцем согласен не был.
— Рассказывайте, граф. Королевству, как обычно, грозит опасность?
Когда граф договорил, принц неопределенно хмыкнул и спросил:
— Граф, Вы искушены в придворных интригах куда больше меня. Неужели Вы так и не поняли, куда метит Дубовик и его Семерица? Не вздрагивайте, я знаю о Семерице, и догадываюсь, что Вас тянут в эту компанию.
— Я не могу понять, куда они метят, потому что не предполагаю никакого дальнейшего развития событий. Я в полной растерянности, принц. Вся моя искушенность бессильна. А Дубовик мне своих планов не раскрывает.
Принц назидательно сообщил гостю, что такое положение сложилось оттого, что придворные сановники не уделяют внимания изучению истории. Да и колдовством не интересуются, отдав эту область на откуп гроссведунам и патентованным колдунам.
— Помилуйте, Ваше Высочество, да какой же смысл мне колдовством заниматься, если у меня к тому никаких способностей. Ну, изучу я за всю жизнь пару слабых заклинаний — и что пользы?
— Я не говорил, Ваше Сиятельство, что людям Вашего круга колдовством следует заниматься. Я сказал — изучать. Хотя бы для того, чтобы понять, как эти колдуны мыслят, раз они так и так участвуют в управлении государством. Вы ведь обдумывали ситуацию с точки зрения придворных интриг и возможных военных противостояний, не так ли?
Именно так граф Корсма и думал, и не видел в том ничего плохого.
— Вот и пришли к внешней бессмысленности происходящего. А ведь в истории такой случай уже был. Дуку Второй по настоянию своих колдунов вызвал Сумеречную Тень, возглавил войско и погиб в битве с превосходящим его по силе чародеем. И не просто погиб, а еще и войско погубил, в котором были два его сына. Один погиб, а второй попал в плен. Трон же занял брат короля, полностью подвластный тогдашнему первому колдуну, Булуту.
И узурпатор трона вовсе не стремился выкупать своего племянника из плена. Так оно все и тянулось, пока Булут не умер. А если бы тогда принц в плену умер раньше Булута? Смысл комбинации постигаете, граф? Методы колдовские, а цели самые что ни на есть человеческие. Здесь же, похоже, планы включают не только судьбу моего венценосного брата. На кону стоит и трон Великого Герцога.
Принц замолчал, вздохнул и почесал затылок. Очень явно, даже театрально.
— Признаюсь, Ваше Сиятельство, Юркай в этой несомненной комбинации элемент чужеродный. Он настолько не соответствует обычной логике, что его поневоле приходится признать равным по влиянию всем основным действующим силам. Он, кажется, и колдун изрядный?
— Дубовик и его колдуны отдают ему должное, но препятствием не считают. А мои гроссведуны поражены его силой. Они ведь знают не только то, что Юркай выиграл турнир колдунов в Транке. Там, как раз, многие участники могли сыграть в поддавки, да и не показывают турниры истинной колдовской силы. Этот наследник герцогского трона угробил двоих моих гроссведунов, опозорил Кузмапата, сгубил нескольких ильханов. Он и до горы Белого Облака может добраться, как обещал!
Колодий покачал головой:
— Колдуну легче до горы добраться, зато обычному человеку проще на нее взойти. Но, согласитесь, граф, Юркая стоит рассматривать не как наследника, а как очень сильного колдуна. Вторым сильным колдуном у нас является Гарбат. И мой брат, и умирающий Великий Герцог Витол в их неизбежном столкновении лишь статисты. Не знаю, осознает ли это Семерица. Как по-Вашему, они с Юркаем установили связь?
Начальник тайной канцелярии мог поручиться в обратном. Связь с Юркаем имел, насколько мог знать граф, только Офедр. И это тоже выглядело крайне странным. Почему его человек отправился к Юркаю? И ведь отправился в полной уверенности, что тот его примет. Вырисовывалась странная компания: Великий Герцог, Юркай, Офедр, Хоробка и Кайтар. И, если учитывать неизбежное столкновение колдунов, получалось, что и Белуанта на стороне Юркая.
А на другой стороне, подсказывала неумолимая логика, находились Гарбат, Семерица и Дарсмар Первый. Не зря же венценосец ни разу не поинтересовался, как идут поиски Гарбата. Стало быть, король опасался его не столь сильно, сколь Юркая.
— А при чем здесь Двойная Кошка, Ваше Высочество? Со Снак даже высказал предположение, что Ваш брат после вызова Сумрачной Тени станет Двойной Кошкой.
— Не станет, — быстро ответил принц. — Двойной Кошкой надо родиться, а брата эта участь миновала. А вот его подручным он может стать, что с Тенью, что без нее.
— Но есть пророчество…
Колодий скривился.
— Мы не можем утверждать, что оно относится к Дарсмару. Да если и так, пасть моему брату суждено в результате схватки магов. Граф, лучшее, что Вы можете сделать — это выследить Гарбата. Я Вам могу предоставить его портрет. Точный портрет, настолько точный, насколько его может сделать хороший художник.