Страница 12 из 76
Командор тоже почуял установившуюся атмосферу. Прервавшись на полуслове, он встал, окинул присутствующих грозным взглядом и рыкнул:
– Воины! Со мной здесь Зико Альо Мралла, наш новый соратник. Запомните и передайте другим – ближайший год она проведет с нами и будет сражаться за нас, и все должны помнить только это.
Ну-ну. Значит, пусть пройдет год, а уж потом, если кто так хочет, можно дать волю эмоциям. В том случае, конечно, если все заинтересованные стороны еще будут живы. Ладно, уж чего-чего, а дисциплины у гвардейцев не отнять, так что до открытой стычки может и не дойти.
Разжевав мне наконец все тонкости предстоящей работы и вручив местную навигационную сетку, командор ушел. Я тоже не собиралась задерживаться в зоне отдыха, нечего мне здесь делать. Паек получила, инструктаж прошла, пора на «Мурлыку». Я двинулась к выходу. Наивная! Путь мне преградили сразу же.
– Выпей с нами, Три Звездочки. – Ну конечно! Ссору затевать после предупреждения командора весьма рискованно, а вот попытку сойтись поближе в вину не поставят. – За возобновление знакомства.
За возобновление? Я напрягла память… ну конечно! Вот только его мне и не хватало для полного счастья! Воин с пятой точки, тот самый, что пытался задержать меня в «Пристанище старого пирата». Я так здорово смылась тогда от него, спасибо достопочтенному лэмми… как раз без этого знакомства я обошлась бы с превеликим удовольствием.
– В кредит не пью.
Он подцепил когтем ремень шорт, словно обращая внимание на персональную выставку оружия… ну так я ее еще в «Пристанище» рассмотрела! В мягком голосе завибрировали опасные нотки:
– Разве я не сказал, что угощаю?
– Угощение можно принимать от друзей, – я сощурилась и прижала уши, показывая: уж он-то мне не друг! – Отойди с дороги, воин, мне пора идти.
С точки зрения профессиональной этики мой выпад не выдерживал никакой критики. Но и лучшие из лучших не всегда придерживаются негласных заповедей нашей профессии (а уж новички сплошь да рядом и вовсе о них не подозревают!), так что я не собиралась упрекать себя за неоправданную грубость. После такой-то встречи! Хотя следовало бы помнить, что первое назначение этих самых заповедей – обеспечение личной безопасности. В том числе, и не в последнюю очередь, предотвращение конфликтов при общении с представителями иных культур. Вот и ханн, поначалу настроенный всего лишь недружелюбно, оскорбился и вздыбил шерсть:
– Хочешь сказать, мы тебе не друзья?
Кажется, моя шерсть тоже встала дыбом: а что, друзья, что ли?! Видали мы таких друзей! Сейчас я все ему скажу, коту спесивому, мерзостному, сейчас…
– А со мной выпьешь? – сквозь душное облако агрессии прорезался пряный запах трила, упругий прохладный щуп обвил мои плечи тугим кольцом. Я повернула голову и встретила спокойный, благостный взгляд передней пары псевдоглаз первого в негласной иерархии свободных капитанов.
– Это большая честь для меня, капитан Телла. – Неслыханная честь, я бы сказала… честь, которой даже такой не вполне обычный новичок, как Три Звездочки-дубль два, не удостоится без веской причины. Я изо всех сил попыталась успокоиться: беседа с Теллой может аукнуться куда более серьезными последствиями, чем свара с любым из здешних вояк, и не мне отступать от профессиональной этики в присутствии монстра из монстров.
– И ты, воин. За знакомство, – не дожидаясь ответа от ничтожества, каким является для ветеранов-контрактников любой кадровый рангом ниже командора, трил повел меня к свободному столику. Я оглянулась – ханн молча шел следом, шерсть его улеглась, гонор улетучился, и больше всего к нему сейчас подошло бы определение «присмиревший». С чего бы?..
– Вода, сливки, коктейль. По два. – Телла не потрудился достать свой жетон, однако заказ принят и выполнен мгновенно; видно, здешняя автоматика уже отличает его голос.
– Я слышал кое-что о тебе, капитан Телла, – воин схватился за коктейль, и я снова удивилась: что же могло настолько выбить из колеи гордеца-ханна? За Теллой не числится особых подвигов, он, как любой трил, «всего лишь» (чего не дано многим и многим!) мастер своего дела. «Крутой профи», как говорят люди.
– В настоящий момент меня интересует, что ты слышал о капитане Три Звездочки.
– Об этой? – Шерсть ханна вздыбилась и сразу же улеглась, забавно, он изо всех сил пытается контролировать эмоции, вот не ожидала! – Только то, что она дочь изменницы и негодяя. Видно, среди наемников перевелись стоящие воины, раз командор не нашел никого лучше.
Жаль, что он не попытался подумать своей башкой, прежде чем говорить такие вещи! Я зашипела. Не будь здесь Теллы… но он здесь, и левая пара его псевдоглаз смотрит на меня с явственным любопытством, и чего я точно не хочу, так это терять лицо перед ним. Я с усилием втянула когти и потянулась за сливками. Что мне до грубияна из кадровых, когда довелось сесть за один стол с капитаном, которого отец считал лучшим.
– Потому ты и не стала с ним пить?
– Угу, – сквозь зубы согласилась я. Злоба еще кипела, выбрасывала в кровь боевые гормоны, я чувствовала вздыбленную шерсть и прижатые уши, когти просились наружу…
– С твоей стороны непрофессионально реагировать на чувства, Три Звездочки.
– Знаю, Телла. – Я выдохнула, почти через силу отхлебнула сливок. Проглотила, почти не почувствовав вкус.
– Ты молода, – примирительно заметил трил. – Когда твой отец был столь же молод, разговоры о самоконтроле повергали его в искреннее недоумение. Что не помешало ему стать великим капитаном.
– Великим? – подал голос ханн.
– Воистину. К сожалению, мало быть великим, чтобы обмануть судьбу. Мало даже быть профессионалом, а он быстро стал лучшим из профессионалов.
– Лучшим после Теллы и, может, Старого Черта, – пробормотала я, не успев приказать себе заткнуться. – Сам он говорил так.
– Мы сталкивались с ним… да, восемь раз. Дважды верх остался за мной. Только дважды. Он быстро перестал быть дилетантом, и обычно ему везло. – Зеленоватая, похожая на тупой конус противометеоритной пушки трилья голова дернулась: воспоминания, похоже, вызывали в Телле сложные чувства. – Те шесть поражений, что принял я от него, вспоминаются без горечи. Три Звездочки был достойным противником. Он и партнером был достойным, а это качество заслуживает куда большего уважения. Мне довелось поработать с ним вместе. Наш дуэт получился в высшей степени профессиональным, и сейчас именно это заставляет меня сожалеть о нем. Тебе не нравится наш разговор, воин?
– Что ему везло, это верно. – Ханн взялся за второй коктейль, с виду абсолютно спокоен, только смотрит на меня недобро, и длинные черные вибриссы нервно подрагивают. – И негодяям везет. И среди негодяев случаются профессионалы. К сожалению.
– Мама любила его, – зарычала я, уставившись ему прямо в глаза, наглые, ярко-медные глаза уверенного в своей правоте и силе бойца. – А я любила их обоих. Любому из нас может выпасть прикрывать другого в бою. Подумай об этом, прежде чем говорить гадости о моих родителях! Я сюда не напрашивалась. Вы меня пригласили, так веди себя достойно!
– У девочки профессиональный подход, но эмоции подводят, – огорченно сказал Телла. Правые щупы легли на мои руки, левый передний обвил мощную шею ханна. Всего на несколько мгновений, но этого хватило нам обоим. – Накануне битвы не приличествуют раздоры. А посему выпьем наконец за знакомство. Будет ли нам оказана честь узнать твое славное имя, воин?
Уши воина дернулись, клыки клацнули. Положенный по протоколу ответ он почти прошипел:
– Мира Ран Шфархов. За знакомство, Телла. За знакомство, Три Звездочки. – Прожегший меня взгляд не давал надежды, что Мира Ран отвлечется от славных свершений ради того, чтобы прикрыть в бою существо со столь сомнительной родословной.
– За знакомство, Мира Ран Шфархов. – «Сто лет бы не знакомиться», продолжила я мысленно, отхлебывая явно синтетические сливки. – За знакомство, Телла. Вот не думала, что приведется так запросто поговорить.