Страница 83 из 94
3Ночь идет, планету убирая,Звездный ковш наполнила водой,Отпила и, щеки надувая,Целый мир обрызгала росой.Из тумана сшила занавеску,Чтобы рыбам крепче спать в пруду,Лунный таз начистила до блескаИ, подняв, надела на звезду.И повсюду тишина такая,Будто звуков в мире больше нет.Ходит ночь, планету убирая,Звезды льют свой золотистый свет…Сон, как потревоженная птица,Что в испуге вьется над гнездом,Над Андреем мечется, кружится,То вдруг тихо сядет на ресницы,То умчится с легким ветерком.«На душе небось у Гали скверно…Что вдохнет ей в сердце теплоту?Мой приезд! Ведь у нее, наверно,Каждая минута на счету.Я вернусь – и вмиг отставка горю.«Галка, все печальное забудь!Улыбайся, собирайся в путь.Прямо завтра и поедем к морю!»– Извини, Андрей, не помешала? –Вновь Татьяна! Что за тяжкий рок?! –Вижу, папироска замерцала,Я и забрела на огонек.Ты небось подумал: «Вот дурная!Как сказать ей, что в конце концов…»Нет, геолог, не стонать пришла яИ не штопать рваных парусов.Было б слишком глупо унижаться,Да и чувств слезами не вернуть.Просто я пришла, чтоб попрощаться,Просто, чтоб сказать: «Счастливый путь!»В двадцать пять уже не верят в чудо.Вот и все, геолог… Поезжай…Ну а если в жизни станет худо,Помни: я люблю тебя. Прощай!
ЧАСТЬ 3
Глада 6.
В МОСКВЕ
1Сквозь стайку дач, спеша в Москву,Состав промчался с грузом хлебаИ, растревожив тишину,Швырнул гудок, как камень, в небо.А вот курьерский. Он летит,Он товарняк перегоняет,Ведь там Галинка ждет, не спит,Он это знае-ет, знае-ет, знае-ет…Вокзальный свод в лучах сверкает,Как сказочная стрекоза…Дома, зевая, протираютСвои квадратные глаза.Ночь темный спрятала покровВ кусты газона, за скамейку.Светает… Радугой цветовБлеснула клумба-тюбетейка.Тюльпан расправил лепестки,Пион с плеча стряхнул росинку.Заря в струе Москвы-рекиПолощет алую косынку.И от улыбки той зариВ проулок удирает тень.Смущенно гаснут фонари –Приходит день.*– Шофер! Такси свободно?– Да, прошу!– Мне нужно в Теплый. Знаете дорогу?– Еще б не знать! Живу там, слава богу.– Вот и отлично. Едем. Я спешу!Шофер машину ловко развернул,Потом спросил: – А дом у вас который?– Дом двадцать шесть. – Тот весело кивнул:– А знаете, есть странные шоферы.Волшебники! Вот хоть бы я сейчас:Хотите, ваше имя угадаю?Вы муж Галины Громовой. И васЗовут Андреем. Так я понимаю?Андрей воскликнул: – Так! Но кто же вы?Как вас-то звать?– Максимом Рыбаковым.– Теперь понятно. Галя из МосквыВас часто теплым поминала словом.А Варя ваша просто сущий клад.Сердечный, настоящий человек!Спасибо вам… Я очень, очень рад…Такое не забудется вовек!Максим нахмурил брови: – Ерунда.С людьми живем, а не в глухом болоте.Случись с другим такая же беда,И вы небось ведь мимо не пройдете?!Андрей сказал: – Я, кстати, вот о чем:У вас нога, а вы…. Я извиняюсь… –Максим кивнул: – Маресьев за рулем! –И улыбнулся: – Ничего, справляюсь.Ну вот мы и приехали! Пока!Галина ждет. В глазах небось огонь.Счастливо вам! – И сильная рукаАндрею крепко стиснула ладонь.2Как странно все: не вышла на звонок…Открыла дверь соседка – тетя Шура.– Андрей? Входи! Ну как дела, сынок?Ой, что же это я стою, как дура?!Иди, иди, совсем ведь заждалась.Волнуется, поди-ка, ретивое?!Все на вокзал звонила… Извелась…Ах, господи, вот горе-то какое!– Да будет вам! – Но все-таки в тревогеРванул он дверь, шутливо прогудев:– Встречай, жена! Домой вернулся лев! –И замер, удивленный, на пороге…Она сидела боком у стола,Лица не поворачивая к свету.Вся жизнь в тот миг, казалось, перешлаЛишь в пальцы, теребящие газету.Пред ним была она и не она.И близкая, и словно бы чужая:Куда девалась нежно-золотаяЕе волос пушистая волна?Уже не пряди, вешним солнцем сотканы,Теперь, как странно глазу, у жены,Как после тифа, крохотные локоныИз-под косынки были чуть видны.Вдруг обернулась, ко всему готовая,И тотчас в сердце, как заряд свинца, –Полоска шрама, тонкая, пунцовая,От уха к носу поперек лица…Хотела встать, но отказали ноги.Он подскочил к ней, обнял, зашептал:– Сиди, сиди… И к черту все тревоги,Вот я и дома… Ехал… Тосковал…Она к нему прижалась головой.И он умолк. Какие тут уж речи!И тотчас ощутил, как под рукойВдруг задрожали тоненькие плечи.– Ну, будет, будет!.. Это ни к чему…Не так все плохо… Нет, ты не права. –Ах, что он говорит ей! Почему?Куда вдруг делись главные слова?Те самые, что, сидя у реки,С любимой разлученный дальней далью,Под шум тайги, в минуту злой тоскиОн повторял ей с тихою печалью?Так что ж, он позабыл их? Растерял?Иль чем-то, может, вдруг разочарован?Да нет же, нет! Он попросту усталИ этой встречей горькою взволнован!Она, вдруг смолкнув, тихо руку мужаСняла с плеча и опустила вниз,Туда, где пояс с каждым днем все туже:– Ну вот тебе, Андрей, и мой «сюрприз»..Рука его как будто испугалась,Едва заметно дернулась назад…Но нет, ей это только показалось!Он крикнул: – Галка, я ужасно рад!Нас будет трое! Превосходно! Славно!А я-то там никак не мог понять…Теперь уж вам, Галина Николавна,Нельзя слезинки даже проливать!Ну, я побреюсь, подзарос в дороге! –Что рассказал, что скрыл любимый взгляд?И сердце билось в страхе и тревоге:Рад или нет он? Рад или не рад?..