Страница 131 из 176
- Спасибо, - ответил Наветт, - в другой раз.
- Как хотите. Комлинк можете оставить себе, у меня их еще мно-ого. Спокойной ночи, и мягкой вам грязи. - Она отключилась.
- И тебя пусть всю ночь кошмары мучают, - запоздало пожелал Наветт и швырнул комлинк в пасть дезинтегратора. - Только этого нам сейчас не хватало, - мрачно сказал он Клифу.
- Точно, - проворчал тот в ответ. - И как мы с ней поступим?
- Пока никак, - ответил Наветт и поволок дезинтегратор к брезенту. Она бросается обвинениями, пытается поймать на слове, но на самом-то деле она ничего не знает.
- Как же, не знает она! - фыркнул Клиф. - Ей известно, что мы делаем подкоп под здание генератора щита, что еще нужно?
- Вот и я о том же, - сказал Наветт. - Она засекла нас за подкопом и все же не натравила на нас ботанов, - он подцепил лопатой край их потайного люка. - Почему?
- А я почем знаю? - вякнул Клиф, подсунув свою лопату под прямоугольник дюракрита с другой стороны. - Может, думает, что если преподнесет нас им на блюдечке, вознаграждение будет больше.
- Может, и так, - согласился Наветт. - Но думаю, дело больше смахивает на то, что она сама не в ладах с ботанами, вот и не спешит им звонить.
Вдвоем они осторожно приподняли дюракритовую плиту.
- А что ей мешает сделать анонимный звонок? - возразил Клиф. Учитывая, в каком ботаны сейчас мандраже, они примчались бы на любой чих.
Они оттащили кусок дюракрита в сторону.
- Нет, - твердо сказал Наветт, с тоской глядя на место раскопок. Нет, она не из тех, кто действует анонимно. Мне кажется, что она почему-то хочет справиться с нами в одиночку. Не знаю, с чего бы так. Может, профессиональная гордость заела. Суть в том, что тогда все сводится к нашим с ней приватным разборкам.
- Глупо как-то, - хмыкнул Клиф.
- С ее стороны глупо, - согласился Наветт. - А для нас полезно.
- Может быть, - согласился напарник. - И что тогда?
- Тогда за работу, - скомандовал Наветт. - А когда закончим, я, пожалуй, схожу за "жалом". Может, завтра вечером мы примем ее любезное приглашение выйти и поиграть.
* * *
Гаврисом дочитал отчет и посмотрел на Лейю поверх ее деки. Цепкие кончики его крыльев непрерывно барабанили по столешнице. Президент нервничал.
- И вы действительно верите ему? - спросил он.
- Адмирал был совершенно искренен, - сказала Лейя, не понимая, что происходит.
Вообще-то она ожидала куда менее скептической реакции на мирную инициативу Пеллаэона.
- И я лично проверила мандат на переговоры, который вручили ему имперские моффы. Все законно.
- Или только так выглядит, - Гаврисом тряхнул гривой. - Или только так выглядит.
Он снова уткнулся тяжелым взглядом в деку, принялся просматривать текст с начала. Лейя смотрела на него и не понимала, откуда взялось то загадочное и болезненное противоречие, которое, как она чувствовала, терзало президента. Им представилась возможность закончить затянувшуюся войну. Эта новость определенно заслуживала восхищения - хотя бы сдержанного.
Ну и где же восхищение - хотя бы сдержанное? Гаврисом оторвался от деки.
- Здесь нет ни единого упоминания о Трауне, - сказал он. - Вы спрашивали о нем Пеллаэона?
- Мы бегло обсудили это, - ответила Лейя. - На момент переговоров адмиралу не поступило никаких известий с Бастиона относительно назначения Трауна на пост главнокомандующего. Как не известили его и об аннулировании его полномочий на ведение мирных переговоров.
- Ни то ни другое ничего не значит! - вдруг рявкнул Гаврисом
Лейя впервые слышала, чтобы калибоп повышал голос.
- Если Траун снова у руля, все эти ваши переговоры, - он хлопнул кончиком крыла по деке, - абсолютно бессмысленны!
- Я понимаю ваши опасения, - сказала Лейя, осторожно подбирая слова, но если это не уловка, тогда перед нами шанс положить конец войне и...
- Это более чем наверняка уловка, советник, - устало произнес Гаврисом. - Я уверен, насколько вообще можно быть уверенным в подобных вещах. Вопрос только в том, что конкретно задумал Траун, какую пользу он надеется извлечь.
Лейя откинулась в кресле. Эта вспышка эмоций у президента, только что...
- Вам и не надо, чтобы предложение Пеллаэона оказалось искренним, верно? - спросила она. - Вы хотите, чтобы это оказалась уловка.
Гаврисом спрятал взгляд и с присвистом засопел.
- Оглянитесь вокруг, Лейя, - сказал он, махнув крылом в сторону иллюминатора каюты. - Две сотни военных кораблей, десятки разных народов собрались здесь в готовности развязать гражданскую войну во имя своего личного представления о справедливом возмездии за Каамас. Новая Республика на грани саморазрушения, а я ничего не могу поделать, чтобы предотвратить его.
- Хэну удалось достать копию каамасского документа, - сказала Лейя. Он прибудет завтра. Это снимет большую часть напряженности.
- Не сомневаюсь в этом, - безрадостно согласился Гаврисом. - Но в сложившейся ситуации я не смею надеяться, что даже полная версия каамасского документа прекратит противостояние. Мы с вами оба знаем, что для многих из потенциальных воюющих сторон Каамас стал всего лишь удобным предлогом, чтобы заново развязать старые войны с давними недругами.
- Я понимаю, - сказала Лейя. - Но если лишить их предлога, они отступятся.
- Или найдут другой предлог, - с горечью в голосе возразил Гаврисом, Лейя, суть в том, что Новая Республика стоит на пороге распада. Мы все разные, и эта пропасть между расами грозит развести нас по разные стороны фронта. Нам нужно время, чтобы подготовить отпор собравшимся здесь армиям, чтобы провести переговоры, составить план, чтобы создать хоть какое-то подобие единства, способное сплотить все эти народы, - он крылом указал на роящиеся корабли за иллюминатором. - Но у нас больше нет времени. Этот кризис похитил его у нас. Я должен отыграть время обратно.
- Каамасский документ поможет выиграть время, - не сдавалась Лейя. Уверена, он поможет.
- Возможно, - без выражения согласился Гаврисом. - Но, как президент, я не имею права возлагать на каамасский документ все надежды. Я должен быть готов использовать во благо Новой Республики любую общую цель, любое исторически сложившееся общее отношение, которое могло бы снова объединить народы, - он постучал крылом по деке Лейи. - И, если потребуется, даже любого общего врага.
- Но Империю уже и настоящим врагом-то не назовешь! - возразила Лейя, из последних сил стараясь не сорваться на крик и размахивание руками. - Она слишком маленькая и слабая!
- Возможно, - повторил Гаврисом; он говорил с мягким присвистом, у него получалось "восмош-шно". - Но покуда она еще существует, у нас есть против кого объединяться.
- Вы же это не всерьез, - внутренне похолодев, сказала Лейя. Развязать полномасштабную кампанию против Империи сейчас - все равно что инициировать геноцид. Это будет избиение, а не война.
Она уже почти ожидала, что Гаврисом ответит своим непрошибаемым "возможно", но калибоп лишь покачал головой.
- Я знаю, - сказал он. - И поверьте, мне это по душе не больше, чем вам, Лейя. На самом деле, если потом меня обвинят, что я тем самым использовал народ Империи, - я не стану возражать. Но сейчас не важно, кем я войду в историю и что будут говорить обо мне потомки. Предотвратить распад Новой Республики - моя работа, и я выполню ее, чего бы это ни стоило.
- Возможно, - сказала Лейя, - у меня больше веры в наш народ, чем у вас.
- Возможно, - кивнул Гаврисом. - И я искренне надеюсь, что вы правы.
С минуту они сидели молча.
- Насколько я понимаю, вы не станете обнародовать новости о мирной инициативе Пеллаэона, - сказала наконец Лейя. - Тогда, с вашего позволения, я пока займусь составлением списка делегаций для всеобщей мирной конференции. На тот случай, если и когда вы решите дать делу ход.
Президент поколебался, но кивнул.
- Я восхищаюсь вашей убежденностью, советник, - проговорил он. - И мне остается только сожалеть, что я не могу разделить ее. Да, прошу вас, займитесь списком.