Страница 65 из 340
- Лев ГУНИН . ГУЛАГ ПАЛЕСТИНЫ . Гл. 4 ВЫШКА - стр.72
Когда же "русским" удаётся постоять за себя, к расправе с ними привлекается все: полиция, администрация школ, армия. Так, 5-го ноября 1993 года, в одной из школ Кирьят-Гата, где учится племянница моей жены, вспыхнула поножовщина между "сабрами" /израильтянами/ и детьми
новых иммигрантов, полиция не только арестовала одних лишь "олимов" /иммигрантов/, но также вызвала на допрос нескольких близких родственников "русских" детей. Одного парня из числа задержанных и допрошенных, но слухам, исключили из школы и тут же - не стоит думать, что это случайная оперативность - забрали в армию. К армии мы еще вернемся, так как ее роль в дискриминации русскоязычных и издевательствах над ними очень велика.
Репрессии против русскоязычной молодёжи вел время нарастают. Однако, статистические данные о задержании "русских" ребят, взятии под стражу, заключении в тюрьму держатся в секрете. Руководстве газет было строго предупреждено, что, в случае помещения материала о зверствах и издевательствах полиции над русскоязычной молодежью последуют крупные неприятности. Об известном отношении полиции к русскоязычным ребятам я слышал от многих молодых людей, с какими общался и общаюсь, от их родителей, от знакомых, которые работают в полиции.
Имена свидетелей я привести не могу, потому, что обязан считаться с их опасениями, имеют или не имеют они под собой основания, их нежелание, чтобы их имена упоминались, не имею права ставить под угрозу безопасность этих людей.
Стоит еще раз подчеркнуть, что дети страдают не только из-за объективных причин - от того, например, что их родители, какие в бывшем СССР занимали довольно высокие ступеньки общественной лестницы, оказались в Израиле на дне общества, не только от бедности и неустроенности, - но они страдают также от дискриминации, издевательств, побоев, преследований, и, также, как взрослые, являются жертвами "малого русского геноцида", пусть не такого крупномасштабного, как тот, что проводился гитлеровцами или сербами в Боснии, но все же геноцида.
Если бы издевательства над детьми в истории страны были связаны исключительно с одной только дискриминацией этнических меньшинств (йеменитов, эфиопов, выходцев из бывшего Союза), и сводились бы к уничижению только выходцев из этих групп, тогда, пожалуй, была бы надежда на то, что с течением времени они ослабеют. Но дело в том, что жестокость, пренебрежение элементарными правами человека, человеческой жизнью, здоровьем - это стиль жизни израильтян, навязанный государством и прижившийся тут. Эту неоправданную жестокость наглядно иллюстрирует статья "Большая прогулка", составленная газетой "ЭХО" /No 268, за 24.05.1994 г./ по материалам ивритской прессы. Из идеологических соображений, с целью "воспитать близкого к сионистским идеалам молодого человека", Министерство просвещения каждый месяц отправляет школьников на принудительно-обязательные прогулки, на экскурсии, в течение которых огромное число школьников получает травмы, а маршруты таких экскурсий, проходящие по опасным горным тропинкам, по краю пропасти или там, где надо карабкаться на опасные высоты или спускаться с них, по пустыням, где нередко дети получают жестокие ожоги, представляют собой опасность для жизни и здоровья детей. Орит Бен-Давид, аспирантка факультета социологии (Тель-Авивский университет),
-- Лев ГУНИН . ГУЛАГ ПАЛЕСТИНЫ. Гл. 4 Вышка - стр.73
считает, что "идеология покорения страны - все еще важный компонент пешего похода"... "Поход, превратившийся в традиционную церемонию, тесно связан с сионистским эпосом, рисующим еврея нового поколения". Риск, помещение ребёнка в условия, где что-то угрожает его жизни и здоровью
- часть идеологии. Мнение доктора Авраама Карми, председателя родительского комитета г. Иерусалима, таково: " У меня есть ощущение, что детей закаляют и готовят к армии. Закалка эта начинается рано: в четвертом классе мой сын ездил в Вади Хатлеб, возле Иерусалима, и я сопровождал его в этой поездке. Мы шли по опасному маршруту. В одном месте даже пришлось держать детей и спускать их на руках". Тот же Карми вспоминает, что однажды его сын возвратился из поездки с тяжелыми солнечными ожогами. Все участники таких экскурсий утверждают, что в любой поездке хотя бы один человек получает травму. Приводятся типичные примеры. При переходе перевала Цифра (в районе Эйлата) инструктор, сопровождавший экскурсию, стоял внизу, а ученики, цепляясь за камни, кое-как спускались. На середине перевала одна из учениц потеряла равновесие и покатилась вниз. Когда прибыли на место, девочку отвезли в больницу. Ни имя ученицы, ни то, какие травмы получила девочка, ни название школы в статье не приводятся. В тот же самый день другая группа школьников была направлена на экскурсию на джипах. Один из джипов перевернулся, ученики, ехавшие в нем, с различными травмами (тяжесть травм держится в секрете) попали в больницу. Михаэль Гринцвейг, член комитета по путешествиям при Министерстве Образования и Культуры, не нашел ничего лучшего, как все свалить на водителя: "Он ехал безобразно". В марте после трехчасового изнурительного похода по горам серьезную травму получила классная руководительница десятого класса, которая тоже побоялась назвать свое имя. Министерство Образования и Культуры, как указано в статье, не собирает данные о травматизме во время школьных прогулок. Более того, даже названия школ, ученики которых получают травмы, "засекречены". Центральный родительский комитет Израиля пытается бороться против этих страшных путешествий, в не меньшей мере по экономическим соображениям - в прошлом, 1993 году, родители заплатили за такие принудительные поездки 600 млн. шекелей. Дело в том, что экскурсионные компании сотрудничают с Мин. Образования и Культуры и, по-видимому, этому министерству перепало что-то из этих 600 млн., как и в прошлые годы... Это хорошая иллюстрация к ситуации с израильским "свободным" рынком: работающим по принципу - не купишь у меня? не оплатишь мои услуги? - а по морде не хочешь?! не купишь - а тебя в тюрьму, тебя сгноят, тебя лишат родительских прав, твоего ребёнка прибьют в школе...
Есть у меня и личный опыт. Работая в школе при университете Бар-Илан, я оказался, руководителем группы школьников в одной из подобных поездок. Экскурсия проходила по окружающим Иерусалим Иудейским горам. Никто не сказал заранее, куда будет экскурсия (хотя я весьма настойчиво и упорно справлялся), не предупредил, что надо одеться соответствующим образом. У меня тогда не было опыта в таких делах, всего месяц назад меня привезли
- Лев ГУНИН. ГУЛАГ ПАЛЕСТИНЫ. Гл. 4 Вышка - с. 74
в страну. Я одел брюки и пиджак, туфли на высоких каблуках. Многие русскоязычные ученики, также не имевшие понятия, что такое израильские школьные экскурсии, тоже пришли как в театр. Администрация школы не сказала мне остаться, увидев меня в таком виде, хотя знала, куда мы
отправляемся. Поход по горам был не просто изнурительным - даже для меня, любителя рискованных пеших походов, закаленного сотнями исхоженных километров, походами по горам в Грузии и Аджарии, это было тяжелым испытанием, тем более в моих туфлях. Нередко мы шли по узкой тропинке, обрывавшейся в бездну. Достаточно было, чтобы у кого-то закружилась голова, чтобы кто-то поскользнулся - и от него не осталось бы даже костей. Врала экскурсовод - инструктор, говоря, что никогда никто не срывался и не получал травм. (Одной из причин моего увольнения с той работы я считаю мои вопросы экскурсоводам и руководителям экскурсии - военным). Не только потому, что экскурсией руководили военные в форме, не только потому, что она была целиком посвящена походу по местам болевой славы израильской армии, но и потому, что вся атмосфера, весь стиль экскурсии были максимально приближены к "боевым условиям", было совершенно ясно, что к ней армия имеет самое непосредственное отношение. Позже я узнал от учительницы американского происхождения, что в прошлом году у экскурсовода-инструктора (которая заявила, что никто никогда не получает травм) были неприятности: двое школьников, совершавших восхождение под ее руководством, получили травмы. Из нашей группы трое ребят получили травмы, один настолько серьезную, что его пришлось вести под руки.