Страница 36 из 46
час дня. Пускай она готовит свою шифрограмму, чтобы
не терять времени на радиостанции. А он позаботится
о том, чтобы там никого не было, пока Наташа будет
вести передачу. |
В двенадцать часов по местному времени Наташа передала в эфир:
"Мы с профессором находимся на неизвестном корабле, в Средиземном море, нас увозят в неизвестном направлении. Следует ли верить Вадиму Сергееву, который утверждает, что все делается с вашего ведома и по указанию Советского правительства?"
Полчаса спустя из Москвы пришел шифрованный ответ:
"Трофимову и Николаевой. Относитесь к Сергееву с полным доверием. Он действует по нашим указаниям. Счастливого плавания".
Через несколько минут в радиорубку вошел 07.
- Ну как, дорогая Наташа, что тебе ответила родная Москва? Ты убедилась, что я похититель и разбойник?
Наташа спрятала расшифрованный ответ в сумочку.
- Вадим Сергеев,- сказала она.- Если вы не похититель и не разбойник, то это еще не дает вам права
обращаться ко мне на "ты" и называть меня "дорогой"!
07 предупредил Наташу, что некоторое время, возможно даже несколько дней, ей и профессору придется постоянно находиться в своих каютах, не выходить на палубу и даже не просить об этом. Этого требуют интересы дела.
Наташа обняла Константина Трофимова и почти сквозь слезы сказала:
- Профессор! Вы ужасно обидели Вадима Сергеева!
То, что он говорил нам сегодня утром,- правда, истин
ная правда! Все эти странные вещи действительно делаются по приказу из Москвы! Я собственными ушами слышала ее голос, сама лично расшифровывала радиограмму! Тут нет никакого обмана, дорогой профессор, это правда!
И она расплакалась, теперь уже от радости.
Но профессор почему-то не обрадовался этой правде. Услышав ее, он, казалось, стал еще бледнее, глаза его помрачнели, он весь сник.
Константин Трофимов замкнулся в себе, он почти не разговаривал, ел так мало, что едва держался на ногах.
Когда они достигли Танжера, судно стало на якорь не в самой гавани, а у входа в нее, вдали от других судов. 07 сошел на берег и, возвратившись, принес Наташе восточных сладостей, арабскую шелковую шаль и очень милого, потешного ангорского кота.
Чтобы не огорчить Сергеева, Наташа приняла подарки.
А он, прийдя в отличное настроение, так расчувствовался, что разрешил ей часок-другой побыть на палубе.
На пороге стоял 07.
Аввакум чувствовал на себе его взгляд - глаза впились в него, словно хищные звери. Аввакум продолжал набивать трубку.
- Пауль Шеленберг? - спросил 07.
- Профессор Пауль Шеленберг,- спокойно ответил
Аввакум.
07 закрыл дверь. Он подошел поближе и небрежно протянул руку. Точно так же небрежно Аввакум протянул ему свою.
- Садитесь,- сказал он.
Трубка была набита, теперь можно ее и раскурить. - Если я не ошибаюсь, вам пятьдесят лет? - спросил 07.
- И несколько месяцев сверх того,- добавил Аввакум.
- Странно! - заметил 07.- Не будь этой седины на
висках, вам больше сорока никак не дашь!
- Ох, уж эта мне седина, дьявол ее возьми!-посетовал Аввакум.- И седеть-то начал всего год назад.
С тех пор, как они тенью стали ходить за мной.- Он вздохнул и покачал головой.- Малоприятная история...
07 нахмурился.
Из Фонтенбло ему сообщили, что профессор действительно немного страдает манией преследования, но высказывалась надежда, что это должно исчезнуть.
- Здесь вас никто беспокоить не будет,- заверил
его 07.
- Надеюсь! Меня в этом убеждали и там, в Пари
же, когда уговаривали взять на себя эту" миссию!
Сделав вид, что сказал лишнее и вдруг опомнился,
Аввакум поднял глаза на 07 и спросил недоверчиво:
А, вы, собственно, кто будете? С кем я имею честь
разговаривать?
07 вздрогнул: ну и взгляд! Словно шип вонзается в мозг.
- Я? - 07, человек не робкого десятка, поспешно
отвел глаза в сторону.- Я на этом корабле единственный, кто знает, зачем вы здесь, кто вас сюда направил
и с какой целью.
- Ваше имя?
- Зовите меня Гастон Декс.
- Господин Декс,- сказал Аввакум,- ваш капитан, этот Франсуа, мягко выражаясь, невоспитанный
человек. Никакого такта. Ведет меня по улицам Танжера, будто пленного, а в шлюпке, когда мы добирались
сюда, нахлобучил мне на глаза какую-то грязную шляпу. Я, черт возьми, десять лет преподавал в Мюнхенском
университете!
07 закурил сигарету.
- Франсуа поступил умно,- ответил он наконец.
Это было сделано в интересах вашей же безопасности.
- Я прибыл сюда в качестве вашего сотрудника,
заметил Аввакум.- И требую к себе уважения и соответствующего обращения.
- Что, собственно, вам надо, профессор? - хищники
в глазах 07 притаились.
- Бог мой! -пожал плечами Аввакум.- А я все же
о вас, французах, лучшего мнения.
- Чего вы хотите? - пробормотал 07.
- Ничего особенного! - рассмеялся Аввакум.- Я бы
хотел сойти на берег, но только не с Франсуа, а с вами.
07 даже наклонился к нему.
- А зачем вам понадобилось сходить па берег?
Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза.
В эти мгновения Аввакум ощутил под ногами легкое
дрожание, как будто в каюте вибрировал пол.
- Зачем? - повторил Аввакум.
Пол продолжал вибрировать. В воздухе стоял тихий, едва уловимый гул, будто жужжала невидимая муха: это заработал винт.
07 не сводил с пего пристального взгляда.
- Так зачем же вам понадобилось сходить на берег?
- Меня интересуют некоторые книги,- спокойно
сказал Аввакум.- Сегодня утром я их увидел в Международном книжном магазине. Одна - о четности элементарных частиц, другая - о свойствах симметрии. Эти
книги мне очень нужны.
07 помолчал немного, потом усмехнулся.
- Вы опоздали,- сказал он.- Надо было сказать
хотя бы минут на десять раньше. Мы уже снялись с
якоря.
- Фу ты, черт подери! - с досадой бросил Аввакум.
- Я непременно сходил бы с вами в город,- усмехнулся 07.
- Не сомневаюсь,- подтвердил Аввакум.
Снова наступило молчание. Муха жужжала все сильней и сильней. Теперь и стены стали вибрировать. 07 поднялся со стула.
- Когда же вы меня представите советскому физику?-спросил Аввакум.
- Успеется,- ответил 07. И добавил уже у двери:
И до этого дойдет черед. Не спешите!
- Дело ваше!-пожал плечами Аввакум.- Если вы
думаете, что я умираю от нетерпения увидеть этого
советского гения, то это большое заблуждение.- Он
тоже подошел к двери.- Я выйду вместе с вами. Не
велико удовольствие сидеть все время в коробке вроде
этой.
- Весьма сожалею, господин Шеленберг! - холодно
усмехнулся 07.
- Что вы хотите этим сказать? - спросил Аввакум.
- Некоторое время, дорогой мой, придется вам не
выходить из своей коробки,- сказал 07.- Этого требуют наши общие интересы.
- Глупости, глупости! - точно по-шеленберговски
возмутился Аввакум.- Подумайте, что вы говорите!
В это мгновение у него была мысль схватить своего противника за горло, выскочить вместе с ним на палубу и спрыгнуть в воду. Он поплывет к берегу, если не подоспеет на помощь какая-нибудь лодка. Но он тут же пришел к выводу, что это абсолютно безнадежно: либо железная дверь окажется запертой, либо его пристрелят на палубе, прежде чем он бросится в воду.
- У вас есть салон, ванная,- сказал 07.- Что вам
еще надо? И потом, я ведь не говорил, что это будет
длиться вечно!
- Послушайте, господин Декс,- Аввакум сунул руки в карманы, опасаясь, что они могут сами прийти в
действие.- Вы напрасно обольщаетесь, уверяю вас!
Сообщите куда следует, что я решительно отказываюсь
от всякого сотрудничества с вами!
- Ладно,- сказал 07.- Посидите пока спокойненько, отдохните малость, а я тем временем сообщу куда