Страница 40 из 50
— Ничего страшного. Я знаю, что семья отнимает у тебя все время.
— Но ты тоже моя семья, — сказала Триш, накрывая ладонью руку Лейни.
— Конечно. Я не имела в виду, что ты забыла обо мне.
— А ты чувствуешь себя заброшенной? — В этом вся проблема? Лейни потянуло на наркотики от одиночества?
— Вовсе нет. Я… В общем, я хотела бы сказать, что абсолютно счастлива, но ведь так не бывает, правда? — Лейни коротко рассмеялась, но для Триш ее смех прозвучал горестно.
— Значит, — подалась вперед Триш, — ты несчастна. Хочешь об этом поговорить?
Лейни бросила на сестру странный взгляд.
— Да нет. Слушай, о чем ты хотела поговорить? Мне кажется, я чего-то не понимаю.
— И часто у тебя возникают такие ощущения? Будто ты чего-то не понимаешь, что ты неадекватна? — Бедная сестричка. Одинокая. Несчастная. С низкой самооценкой. Неудивительно, что она пытается найти утешение в токсикомании.
— А разве не у всех когда-нибудь возникают такие ощущения? — удивилась Лейни.
— Да, конечно. И есть надежные способы справиться с таким состоянием. Физические упражнения. Аффирмации. Хобби. Общение с теми, кого любишь.
— Естественно. Иначе я продолжала бы заниматься тем, чем занимаюсь с шестнадцати лет, и рано закончила бы свою жизнь в могиле.
Лейни рассмеялась, но Триш не отреагировала на ее шутку. «Заниматься тем, чем занимаюсь с шестнадцати лет»? Значит, зависимость Лейни длится так долго? Если это действительно так, одной беседой не обойтись, чтобы вернуть сестру на путь выздоровления. Лейни понадобится помощь профессионала.
На это знаний Триш не хватит. Надо обращаться к специалистам.
Глава 27
Странный получился разговор.
Лейни озадаченно покачала головой. Она так и не поняла, зачем Триш понадобилась эта встреча и о чем вообще шла речь. И почему разговор вдруг так резко закончился.
Она всего лишь пошутила насчет того, что рано свела бы себя в могилу, а Триш неожиданно позеленела.
Может, сестра больна? Или… Подождите-ка. Вдруг она беременна? И задает эти странные вопросы о душевном состоянии Лейни из-за опасений, что она позавидует сестре. Ведь та рожает уже третьего ребенка, а Лейни не может найти себе даже спутника для встречи выпускников?
Это вполне вероятно.
Лейни закатила глаза. Конечно, она не завидует. Ее радует мысль о еще одном маленьком племяннике или племяннице. И хорошо, что это произойдет именно сейчас, когда она живет в Нейплзе. Наконец у нее появится возможность проводить с малышом больше времени, а не одну-две недели в году, как раньше.
Ну и вздор лезет в голову сестре. Если бы Триш сообщила ей эту новость, она бы успокоила ее. Надо бы зайти к ней и…
— О, хорошо, что ты вернулась. Мне нужно, чтобы завтра вечером ты вместе со. мной приняла участие в одной секретной операции по одному делу. Я заеду за тобой в половине восьмого. Надень что-нибудь нарядное, — добавил Джек.
Лейни замерла как вкопанная, и входная дверь, закрываясь, хорошенько наподдала ей сзади.
Что?
— По делу? У нас новое дело?
— Да. Пока тебя не было, пришел клиент, — солгал Джек.
Не было никакого клиента. И никакого дела. И секретной операции тоже. Просто это лучшее, что он смог придумать, чтобы вытащить Лейни на свидание до среды, то есть до ее встречи с Доктором Диетой. Джек уже успел уяснить, что Лейни никогда не откажется ни от каких мероприятий, связанных с работой.
Нет, она не трудоголик.
Просто она… увлечена.
И еще у нее непростая ситуация. Складывается впечатление, будто она живет только работой. Не было бы работы, не было бы ничего.
— Ты записал все данные? Забыла тебе сказать: ты, кажется, неправильно записал номер Лизы Эйчлен. Я пыталась дозвониться до нее, но попала в компанию по эвакуаторам. Мне ответил какой-то дядька, и он был весьма недоволен моим звонком.
Джек покашлял, чтобы скрыть улыбку. Неудивительно, что тот возмутился.
Слова Лейни напомнили ему, что нужно придумать, как наказать сестрицу за ее дурацкую шутку. Плохо, что дела никакого нет…
— Кстати, тебе нужно взглянуть кое на что. Я застукала мистера Эйчлена за продажей вот этого на школьном дворе. Возможно, не конкретно этого. Но он взял деньги у ученика, а вот это было спрятано в машине. Думаю, у нас на крючке наркодилер.
Лейни хлопнула на стол пакет, и Джек с открытым ртом уставился на облачко белого порошка, поднявшееся вверх.
Не может быть.
Какова вероятность? Он выбрал того парня на роль Лизиного мужа-обманщика наугад из толпы гостей в загородном клубе. А Лейни, не имеющей никаких сыскных навыков, удалось поймать его на продаже наркотиков?
Джек потер лоб.
Он догадывался, что сказала бы его мама. Она сказала бы, что это его наказание за ложь, пусть даже он лгал из благих намерений.
А теперь получается, что он, сам того не ведая, загнал Лейни в самый центр наркомафии.
Тут Джека осенило.
— Здорово, но мы не можем связаться с миссис Эйчлен. В общем, положение безвыходное.
— Оно было бы безвыходным, если бы не вот это, — заявила Лейни, выкладывая перед ним листок бумаги с номером машины.
Прелестно.
— Ну… Гм… Отличная работа. Передадим эту информацию полиции.
— Эй, что там у вас? — спросил Дункан, выходя из кухни и указывая на пакет с белым порошком.
— Кокаин. Во всяком случае, я так думаю, — ответила Лейни, опередив Джека. У Дункана расширились глаза.
— Не может быть. Нельзя держать его здесь. Это противозаконно.
— Знаю. Не вчера родилась.
— Это верно. Я вчера обедал с ней. Если бы она не родилась, я бы заметил, — сказал Джек.
Лейни пренебрежительно хмыкнула.
— Шутка хорошая, но ты ошибаешься. Вчера было воскресенье. Я обедала с сестрой и ее семьей, а не с тобой.
— Тогда заметили бы они, — поправился Джек.
— Это нечестно. Вы, ребята, забираете лучшие цитаты, а ведь «Лунный свет» — это моя идея, — проворчал Дункан.
— Извини, — хором проговорили Лейни и Джек.
— Просто не верится, что Лейни при первом же расследовании удалось отловить наркодилера. Я гоняюсь за ними годами, а в качестве доказательства получаю парочку засвеченных снимков.
— Позволь напомнить тебе, Дункан, что не делает одно дело детектива.
— А тебе, Джек, позволь напомнить, что я терпеть не могу, когда ты говоришь задом наперед!
— Вот. Тебе лучше? — осведомился Джек.
— Да. Спасибо, — удовлетворенно хмыкнул Дункан.
— Мы можем вернуться к делу?
— Без проблем.
— Итак, я отношу этот пакет в полицию и оставляю его на их попечение, — сказал Джек.
— А как же номер машины? Разве мы не можем пробить его? — спросила Лейни, явно разочарованная тем, что дело переходит к полиции. — Ведь мы не можем без улик доказать, что Боб — наркодилер? Как они узнают, что кокаин его?
— Мы еще не знаем, кокаин ли это; — напомнил Джек.
— Кстати, ты попробовала? — спросил Дункан.
— Попробовала, но откуда мне знать, какой вкус у кокаина?
Джек нарочито громко вздохнул.
— Вы оба слишком много смотрите телевизор. Никогда нельзя что-то пробовать, если не знаешь, что это такое. Вдруг это яд.
Дункан и Лейни пристально уставились на пакет.
— А зачем наркодилеру таскать с собой яд? — осведомился Дункан.
— Мы не знаем, наркодилер тот парень или нет, — сказал Джек.
— Верно. Поэтому, я считаю, нам нужно выяснить, на кого зарегистрирована машина, и выследить его. Скорее всего зовут его вовсе не Боб Эйчлен. И вполне вероятно, что женщина, приходившая к нам на прошлой неделе, — не его жена. Может, эту бедняжку Боб, или как там его, подсадил на наркоту. Может, она хотела, чтобы мы выяснили, является ли он наркодилером, и поймали с поличным. Чтобы избавить других от тех страданий, что пришлось пережить ей, — сказала Лейни.
Джек повернулся к Дункану:
— У нее буйная фантазия.
— И то правда.