Страница 50 из 60
— он выдал бурный аккорд и невозмутимо покатил к себе картофелину Генки. Тот не успел опомниться, а Диман помянул пословицу про большую семью и ещё кое-что.
— Смейтесь, смейтесь, — кивнул Генка. — Снимусь в главной роли и стану типа бомонд… а!
— Опять щелбан словил, — хихикнула девчонка Андрэ.
— Отвыкай от словесного мусора, — нравоучительно заметил Диман. — Нет такого слова в руском языке. Это называется — «дерьмо», а не бомонд… э, ты чего?!
— Ничего, — Генка невозмутимо потряс пальцем. — Ну и лоб у тебя.
— Ладно, — не обиделся Диман, разворачивая газету. — Во. Раннер говорит в интервью: "Каждый день в России совершается одно нападение на иностранца… " — он потряс газетой. — Плохо работаем, ребята. Очень плохо… — он под общий смех подсунул газету Генке, сделав знак глазами.
… на территории сопредельного государства… из почти сорока воспитанников спаслись одиннадцать, которым удалось спрятаться в хозяйственном помещении… остальные вывезены неизвестными нападающими… погиб помимо троих охранников и директора, задержавшегося на своём рабочем месте, известный австрийский безнесмен и общественный деятель, оказавшийся на территории интерната по делам благотворительности… неслыханное преступление… попрание божеских и человеческих законов… трагическая гибель преданных своему нелёгкому делу людей… мы надеемся, что дети будут найдены… в это час мы солидарны с властями соседей несмотря на частые разногласия…
— Мда, — хмыкнул Генка, — я как-то задумался: а вот как, интересно выглядели газеты, которые немцы выпускали на оккупированной территории. А потом понял — да примерно так, как наша "независимая пресса". А может, и точно так…
1. Я не смог узнать, кто является автором стихов.
— Хрень собачья, — сказал Диман, — я тебе просто для сведения по казал… .
— Да я как-то и не расстроился, — улыбнулся Генка. — Мне просто вот что интересно. Как они вообще работают? По телику говорят — там поймали, там задержали… А вас… нас сколько поймать не могут!
— Да никого они и не ловят, — поморщился Диман. — У них же все информаторы — алкаши, наркушники и бомжи. Вот так и катится. Случилось что — есть определённый контингент "неблагополучных подростков", кто подрался, кто с марихуаной засветился или ещё с чем. Из них выбирают произвольно столько человек, сколько надо, задерживают "по подозрению в причастности к делу",которое надо раскрыть и пытают в ментовке, пока они не сознаются, в чём надо. А к нам подкатиться никак нельзя. Мёртво всё. Все чистые, приводов ни у кого нет, в селе тишь, гладь и твёрдая власть администрации. Им просто уцепиться не за что, да и в голову не вскочит, что тут как-то мы замешаны… Они же, Клир, в деле — импотенты. Вот хочешь расскажу историю? Мне одни ребята на слёте рассказывали прошлым летом. (1)…
… История, рассказанная Диманом, была уморительной и печальной одновременно. Жил на свете мужик, тридцатипятилетний ветеран спецназа, ставший небедным фирмачом и внезапно организовавший в своём родном городе военнопатриотический клуб для подростков. Такие люди в поле зрения милиции попадают автоматически, и это правильно, в общемто — печальный опыт Лотмайера (2) или отечественных братков, под такими вывесками готовящих себе смену, учитываться должен непременно. Но дело в том, что наша милиция в таких случаях думает не об охране и защите детей, а только о собственном спокойствии. Поэтому первое, что приходит "людям в сером" в голову — это не спроста. Ну не может мужик с боевым опытом возиться с пацанами просто так. Он или боевиков для ваххабитов готовит, или банду себе сколачивает. Причём эта мысль становится довлеющий над невеликими мозгами милицейского начальства, и оно начинает подгонять все факты именно под эту картину. А если факты не подгоняются, то их нужно создать. Сюда же приплюсовывается раздражение сильно пьющих и бессмысленно живущих людей (а большинство «милицанеров» именно таковы!) при виде занятого и увлечённого чемто человека, добившегося всего своими мозгами и руками — в точности по песне Высоцкого:
Добавьте алчное желание "накрыть ОПГ" и получить чины, благодарности и премии.
1. Приведённая ниже история основана на реальных событиях. В своём полностью документальном варианте она взята из справочника В. Лялько "Боевые тренажёры". 2. Один из лидеров скаутского движения Германии 80х90х г. г. ХХ века, великолепный художник, иллюстратор книг для подростков и шеф одного из лучших бойскаутских отрядов. В итоге оказался педофилом.
Началось всё с того, что на тренировки клуба стал являться участковый и доблестно простаивать часами у стеночки в простецком желании обнаружить «крамолу». На него косились, но скоро привыкли, как привыкают к предмету обстановки. Стоит — и фик с ним… Через два месяца участковый исчез, зато на квартиру основателя клуба стали попеременно являться какието смурные люди, предлагавшие ему то анашу из Ставрополья, то золото с Колымы. Ровно через пять минут после каждого такого визита во двор дома врывалась патрульная машина и квартиру пытались обыскать на предмет наркоты и золотишка. Но становиться подпольным наркодельцом или золототорговцем бывший офицер не желал, визитёров спускал с лестницы, милиция ничего у него обнаружить не могла, потому что соседи по подъезду к нему относились хорошо и в качестве понятых бдительно следили, чтобы чего не подбросили. Кончилось тем, что бультерьер одного из соседей сильно повредил ногу особо наглому сержанту, и странные визиты закончились. Но атака пошла с другой стороны — со стороны ГорОНО и Отдела Молодёжной Политики мэрии. С подачи всё тех же "правоохренительных органов" напористые люди из этих организаций пытались наскрести доказательства того, что бизнесмен-спецназовец — "обнакавенный изврашшенец". Жена и двое детей, имевшиеся у "изврашшенца", никого не смущали. Поскольку с этой стороны он был совершенно чист, то злость у его перешла в фазу ироничного интереса к происходящему. Когда атака с этой стороны провалилась, начались наезды на ребят и девчонок из клуба. Стоило где-то чемуто произойти, как хватали именно их — достаточно было оказаться в радиусе километра от места драки или ещё чегото — тащили в ментовку и начинали выбивать показания о том, что они есть боевики и фашисты. Но это оказался не тот контингент — клепать на себя, друзей и руководителя задержанные упрямо отказывались, а кончилось всё тем, что в руки властей попала дочь первого зама мэра, которой тоже досталось. Девчонка оказалась умнее остальных и подняла жуткий хай со снятием побоев в поликлинике, в результате чего по шапке досталось всему горотделу, личный состав которого окончательно убедился в том, что над ними тонко издеваются. НУ НЕ МОЖЕТ! БЫТЬ! ЧТОБЫ! НИЧЕГО! Насмехается над властью, гад, преступник замаскированный… В начале второго года этой жуткой истории, за развитием которой с интересом следил весь город и немалая часть района, на сцену выступили двое «челноков» — мать и дочь, которым когдато наш герой дал беспроцентную ссуду, каковую они не спешили возвращать. В качестве благодарности эти две козы согласились подать заявление, что на них наезжали, им угрожали, их "поставили на счётчик" и пр. Кончилось всё это тем, что адвокат «обвиняемого» развалил дело в суде, и «челночницы» вынуждены были уплатить не только долг, но ещё и моральную компенсацию. Как сказал философски эксофицер: "Нечего было о себе напоминать". На полученные деньги он купил комплекты новой формы для клуба. После этого по городу начал гулять потрёпанный «макар», который с завидным постоянством попадал в руки тех, кто имел или мог иметь к руководителю клуба какието счёты — проще говоря, это была уже попытка спровоцировать убийство. Именно с этим «макаром» какой-то бухарик ворвался в здание клуба, бухтя многословные угрозы — и был оттуда выкинут с переломами. Милиция замерла в предвкушении — оставит! Пистолет! Себе! Не может не оставить! Но бизнесмен цинично написал заявление о найденном оружии и отнёс его вместе со «стволом» в милицию, подтвердив в её глазах репутацию особо отпетого негодяя. «Макаров» ещё какоето время странствовал по городу, пока не попал в руки одного из приятелей героя этой истории — тот как-то в шутку, сидя в баре, высказался, что был бы не прочь проверить прочность черепа руководителя клуба пулей: отскочит, небось! Ментовские информаторы приняли это «желание» за чистую монету, но с этого момента пистолет вообще исчез из дела — по слухам, был утоплен несостоявшимся убийцей в станционном сортире под общий смех присутствующих.