Страница 40 из 61
— Ты можешь найти место, где жила, пока не превратилась в чупу? — спросил Найл у Омы.
Она тут же закивала и стала показывать дорогу. Вскоре Найл, Энна и Курт, постоянно прочесывающие окрестности ментальными импульсами, почувствовали за стенами признаки жизни. И живых существ было немало…
— Это квартал рабов, — пояснила Ома. — Они все заперты в своих коридорах. Им оттуда не выйти без разрешения хозяев.
— Ну, это дело поправимое, — сказал Найл. — Мы их выпустим на свободу.
Посланник Богини и его друзья остановились перед первым закрытым помещением. За ним по прикидкам Посланника Богини находилось примерно человек пятьдесят.
— Кто вы? — послал он за дверь ментальный импульс, предварительно представившись.
Из-за двери тут же понеслись ответные импульсы: его умоляли освободить рабов. За это они были готовы служить Найлу верой и правдой.
Он приказал всем отойти от двери, затем направил на замок жнец и выпустил слабую вспышку. Дверь распахнулась.
У Найла создалось такое впечатление, что он попал в музей ужасов, в какую-то кунсткамеру. Энна тут же развернулась и выскочила назад в коридор: ее тошнило. Курт прислонился к стене и резко втягивал в себя воздух.
Над теми, кто сидел в этой темнице, проводили жуткие эксперименты. Нет, они в отличие от Омы, не превратились в непонятных чудищ, остались людьми, но все получили какие-то уродства. Правда, у всех осталась способность к ментальному общению.
А Ома узнала двух своих братьев. Они в свою очередь считали сестру давно погибшей. Парни, в отличие от Найла, Энны и Курта, не ужаснулись видом Омы и тут же узнали ее — по ментальным импульсам. Сами они выглядели ужасно: тела обоих покрывали какие-то язвы и лишаи. Часть из них кровоточила, из другой сочился гной. Их товарищи выглядели не лучше. У большинства на теле были язвы, но имелись и люди со странным образом искривленными конечностями. Встречались женщины с тремя парами грудей, мужчины с четырьмя ногами, и те, и другие с лишними руками. Как они пояснили Найлу, эти деформации стали результатом воздействия каких-то химикатов или вирусов. Родились они все нормальными.
Освобожденные люди стали потихоньку выходить из места своего заточения, но никто не понесся искать своих мучителей, в отличие от чупов. Эти, как понял Найл, все еще не чувствовали себя свободными. Или чупам помогло то, что они оказались на поверхности земли, где вдохнули запах свободы? Эти же ждали указаний от своего нового хозяина — именно так они воспринимали Найла.
А у Посланника Богини в голове уже выстраивался новый план — план освобождения Вайга и Сура, чья свобода волновала его больше всего. А что если выпустить в президентский дворец этих уродцев? Группу за группой? Да само появление таких вот монстров должно парализовать обитателей дворца не хуже сильного ментального импульса! А тут и Найл подоспеет со жнецом. Ну а потом… потом он отведет этих несчастных к Котлу. Сам, конечно, не станет подходить близко, а просто укажет дорогу. Может, у Котла заживут и язвы? Тем более что этим людям нечего терять, и они готовы рискнуть приблизиться к нему ради выздоровления.
Ома вывела Посланника Богини из раздумий, напомнив ему, что им следует освободить и других ее собратьев, томящихся взаперти, а потом отправляться на поиски чупов. Раз сейчас поблизости не видно никого из маленьких человечков, есть надежда, что чупы одержали победу. Часть злых людей убита, другие попрятались, а сами чупы отправились к Котлу.
Ома и другие освобожденные показали Посланнику Богини следующее место заточения, потом |еще одно. К счастью, далеко не все рабы оказались изуродованы. Были и здоровые. Среди тех, кого не трогали, оказались очень красивые девушки, которых маленькие мужчины использовали во вполне определенных целях. Каждой девушке была выделена своя комнатка, большую часть которой занимала кровать, вернее, это была не кровать в традиционном смысле, а деревянный настил, покрытый расшитыми покрывалами и подушками. Девушки тоже обрадовались освобождению. Как они пояснили Найлу, привилегированные условия проживания предоставлялись им только до тех пор, пока они молоды и красивы, потом их ждала участь других рабов. Несколько девушек предложили отблагодарить Посланника Богини и его товарища за свое освобождение. — Вы же никогда не спали с маленькими женщинами, не правда ли? — спрашивали красавицы. Три из них окружили Найла и повели к ближайшему ложу. Он оглянулся на мгновенно погрустневшую Ому и тут же послал ей ментальный им- Не обижайся. Я должен это сделать — хотя бы для того, чтобы не обидеть девушек. — Я понимаю, — ответила Ома. Найл почувствовал: в ней еще больше окрепло желание добраться до Котла. А затем он забыл обо всем. Три пары рук ласкали его, снимали с него одежду, поглаживали кожу, три пары губ целовали ему грудь и спину, три голоса объяснялись ему в любви. Волна наслаждения захлестнула его.
— Я хочу вас всех! — воскликнул Найл. — Всех троих! Сразу!
Маленькие пальчики коснулись его плоти, нежно-нежно прошлись по ней, Найл аж весь содрогнулся от удовольствия. Потом плоти коснулись маленькие губки, ее лизнул крохотный язычок и снова уступил место пальчикам.
Такого просто не могло быть. Найл не думал, что способен испытывать такое наслаждение и столько раз подряд, практически без перерыва. Да, не зря тут держали этих девушек. Они были настоящими искусницами в своем деле. Крупные женщины, с таким же телосложением, как у Найла, значительно им проигрывали. Или для Найла существенную роль и сыграл контраст?
Он обнимал всех трех красавиц одновременно. Они были легкими и хрупкими, их тела пахли какими-то неведомыми ароматами и давали неземное наслаждение.
Найл не знал, через какое время очнулся. Он лежал один все на том же ложе. Красавицы куда-то исчезли. Но стоило ему проснуться, как появились другие. Они принесли ему еду, питье и чистые одежды.
— Где мои друзья? — спросил Найл.
— Второй мужчина в соседней комнате, а женщина… — девушки хихикнули.
— Где она?!
— О, с ней все в порядке, Посланник Богини. С ней все в полном порядке. Ей у нас очень понравилось. Неужели в ваших землях женщины не любят других женщин?
— Нет, — сказал Найл, быстро перекусил и поднялся с кровати. Его ждали другие дела.
Он вышел в коридор, где у двери так и сидела грустная Ома. Она ждала Посланника Богини, как верная собака. Он погладил ее по лысой голове и спросил, где все ее сородичи.
Как оказалось, освобожденные рабы решились на обследование подземных коридоров, но пока никаких сведений от них не поступало.
— Ладно, пойдем и мы. — Найл подал Оме руку.
— Но все люди уже освобождены! Остались только пауки.
— Пауки? — удивился Найл. — Ты хочешь сказать, что в подземельях есть и пауки-рабы?
— Конечно. А ты разве не знал?
— Откуда?
Ома тут же спросила, видел ли Посланник Богини хоть каких-то пауков, проживающих в подземельях. Найл кивнул и создал в воображении образы мелких, которые выскакивали на поверхность, чтобы сожрать человекообразных, а потом сидели в специальных паучьих загонах.
— Они, как и мы — жертвы экспериментов, — сообщила Ома.
— То есть как?
Найл прекрасно помнил, что ему рассказывал вождь. Пауки стали такими примерно лет двести назад…
— Да, лет двести назад. После того, как наши хозяева начали проводить свои эксперименты. Ведь наша страна раньше была страной пауков, как и соседняя, как и твоя, пока ты не добился у себя равных прав с восьмилапыми. А у нас развитие шло другим путем. Наши хозяева в самом деле добрались до древних подземных лабораторий. В этом они тебя не обманули. Но они использовали все, что там нашли, в злых целях…
— И после их экспериментов пауки стали мелкими? И неспособными самостоятельно принимать решения? Неспособными общаться ментально? Бить ментальной силой?
— Да, — кивнула Ома. — В нашей стране пауков покорили. Причем и под землей, и над землей. А теперь идет война наземных людей и подземных. И тебя, как я понимаю, наши захотели использовать в этой борьбе против тех, кто живет наверху. А твоего брата и друга, не сомневаюсь, намерены использовать люди, правящие в городе.