Страница 9 из 15
Таких, настойчивых, которые своего все-таки добились, у Тамары до замужества насчитывалось четверо. Потом пятый появился – Виталик, который наивно мнил себя всего лишь вторым по счету. Но по-настоящему Тамара только его одного любила, думала, он последним в ее небогатой коллекции станет. Он тоже так полагал. А вышло, что оба заблуждались.
Так уж фишка легла. Да и Тамара заодно. Разделась, легла, встала, оделась… Пустячная вроде бы процедура, но последствия оказались очень и очень серьезными. Стоило разок дать слабину, ступить на скользкую дорожку, а потом пошло-поехало, только держись.
Беда Тамары, как выяснилось, заключалась в ее пристрастии к быстрой езде и музыке группы «Мумий Тролль».
Шла она себе однажды весенним погожим днем по улице, горя не знала, на витрины заглядывалась, в которых то ее отражение проплывало, то всякие дорогущие мелочи, милые женскому взору.
Вдруг: «бип!»
Тамара на призывный автомобильный гудок ноль внимания, идет себе дальше, только чуточку плавнее и уже с предусмотрительно втянутым животом. Это у нее инстинктивно получилось, чисто автоматически. Порядочная девушка не станет специально лезть из кожи, чтобы понравиться каждому встречному. Тем более замужняя. И уж тем более Тамара.
Ее подбородок приподнялся на пару сантиметров и решительно устремился вперед, как нос каравеллы, бегущей по зеленым волнам.
«Бип-бип-м-бииип!»
Сигнал настойчивый, требовательный. Тамарин глаз сам по себе скосился влево. Любопытно ведь, кто это такой настырный. В том, что сигналят именно ей, Тамара не сомневалась. Такие вещи женщины нутром чувствуют, кожей. И Тамара не ошиблась.
Вдоль самой бровки катил белоснежный джип с затемненными стеклами. То стекло, что со стороны водителя, было опущено, и из проема на Тамару таращился молодой человек в черных очках. Прическа гладкая, блестящая, как спинка жука. Зубы белые. На груди в разрезе распахнутой сорочки медальон в виде орла, раправившего крылья. Ничего не скажешь, красавчик. Тамаре стоило немалых усилий глядеть прямо перед собой, а не коситься на парня в джипе, который оставил клаксон в покое и подавал свой собственный голос:
– Девушка! Да подождите же! Не бойтесь, я не кусаюсь!
– Да? – вежливо удивилась Тамара. – А вот обо мне этого не скажешь.
– Вы любите кусаться?
– Я не люблю уличных донжуанов!
– Я не Дон Жуан. Я Женя.
– Ха! – Шажок вперед. Еще один, пошире.
– Девушка, мне срочно на Сретенку нужно. Не подскажете, как туда проехать?
Разве можно человеку в такой пустяковой просьбе отказать? Вообще-то можно было пройти мимо, предоставив красавчику Жене поискать себе другого гида, но Тамарины ноги сами собой замедлили ход, точно на них набросили невидимые путы. А когда парень выбрался из притормозившего автомобиля и сдвинул очки на лоб, каблуки Тамариных босоножек и вовсе в асфальт вросли как вкопанные.
Глазищи у парня оказались синие-синие, большущие-пребольшущие, точь-в-точь как у Ильи Лагутенко, ну, того самого, который главный Мумий Тролль. Улет! Ну просто полный отпад!
– Вам бульвар нужен или улица? – спросила Тамара, надеясь, что тон ее достаточно строг и официален.
– А это разве не одно и то же? – удивился парень.
– В принципе нет, но то и другое рядом. Вам лучше до Бульварного кольца доехать, а там уже искать, что именно вам нужно.
– Бульварное кольцо? – Лицо парня приняло озабоченное выражение. – А как туда добраться?
– Вы что, приезжий?
– Разве не заметно?
– Хм!
Тамара бросила взгляд на номерной знак джипа, но комбинация цифр ей ни о чем не говорила. Сама она личного транспорта не имела, а наблюдательностью не отличалась. Пришлось поверить парню на слово.
– Езжайте прямо, – сказала она, подкрепив свои слова взмахом руки. – Потом направо по Тверской и опять направо, по кольцу. Сначала Петровку пересечете, потом…
– Погодите, девушка! – взмолился синеглазый. – Для меня все эти ваши Тверские с Петровками – темный лес. Может, прокатитесь со мной немного? Мне на Сретенке только в банк заскочить, буквально на пару минут. А потом я вас обратно доставлю, честное слово!
Голос парня был убедителен, а взгляд – прямо-таки обезоруживающий.
– Даже не знаю, – заколебалась Тамара.
Положа руку на сердце, спешить ей было некуда, поскольку они с мужем находились в отпуске, помаленьку готовясь к поездке в Крым. Собственно говоря, Тамара выбралась из дома специально, чтобы снять со счета весь семейный бюджет в сумме 27 000 рублей и попутно сделать кое-какие необходимые закупки. В первую очередь присмотреть себе сног-сшибательный купальник, а Виталию – практичные, но скромные плавочки. И вдруг на тебе: чуть ли не сам Лагутенко собственной персоной прокатиться предлагает. В белом-белом джипе с темными-темными окнами!
Перед сном Тамара иногда представляла себя восседающей за рулем примерно такого же автомобиля. В свободной руке изящный корпус мобильника, волосы развеваются на ветру, а рядом, любуясь ею, сидит… совсем не обязательно законный муж. В действительности Тамара Виталия любила, даже очень, но в мечтах его место почему-то всегда занимал другой – некто с непременно синими глазами, роскошными ресницами и вкрадчивым голосом.
– Даже не знаю, что с вами делать, – заколебалась она.
– А что хотите! – Женя сделал приглашающий жест в направлении своего джипа. – Садитесь, пожалуйста.
– Но потом сразу назад! – предупредила Тамара. – И никаких просьб оставить телефончик. Обещаете?
– Ю! – кивнул синеглазый Женя.
– Что?
– Обеща-Ю. Мне неловко, когда ко мне такие симпатичные девушки на «вы» обращаются. Чувствую себя стариком каким-то. Тебя, кстати, как зовут?
– Ну Тамара.
– Поехали, Нутамара. Лошадки под капотом моего джипа нетерпеливо бьют копытами.
Автомобильная дверца предупредительно распахнулась перед девушкой. Подождав, пока она усядется, Женя занял свое место за рулем и включил радио. Из динамиков, как по заказу полился по-кошачьи гнусавый голос Тамариного любимчика:
Не совсем было понятно, почему Мумий Тролль так сладостно об этом мурлыкает, но именно поэтому песня звучала вдвойне прикольно.
– Нравится? – усмехнулся Женя, наблюдая за выражением лица спутницы.
– Нам прямо, – напомнила спохватившаяся Тамара.
– Йес, ОБХСС! – воскликнул, ерничая, Женя.
Подчиняясь ему, джип фыркнул и взял с места в карьер, искусно лавируя в потоке машин. В нем оказалось гораздо комфортнее, чем в «Мицубиси», на котором Тамаре порой доводилось ездить по делам фирмы. Салон просторный, капот покатый, лобовое стекло шире, сзади нет запаски, мешающей обзору.
– Как называется эта машина? – светски поинтересовалась она, делая безуспешную попытку натянуть юбку хотя бы до середины бедер. Собственные незагорелые ноги казались ей чересчур обнаженными, чересчур заметными.
Прежде чем ответить, Женя весело сверкнул зубами – улыбаться и водить машину у него получалось действительно здорово.
– «Трибьют», первый «маздовский» внедорожник, – сообщил он, – свежак, только с конвейера. Япошки его совместно со штатовским «Фордом» склепали, такого больше в природе не существует.
– Да? – вежливо удивилась Тамара, которую лишние подробности не слишком интересовали.
– Этот джипяра – единственный в своем роде, – продолжал хвастаться Женя. – Его десять лет конструировали, прикинь! Получилась не тачка – игрушка. Только пепельницу установить забыли, а в остальном все по высшему разряду устроено. Наворотов всяких немного, но зато движок не то что на «Хондах» с «Тойотами» – трехлитровый установлен. Короче, «Трибьют» – зверь, а не машина. В рекламе его называют внедорожником с душой спортивного автомобиля. – Сделав паузу, чтобы закурить, Женя испытывающе взглянул на соседку. – Кстати, ты машину водишь?