Страница 13 из 33
Священники никогда не носят обручальные кольца, их снимает епископ в момент рукоположения в дьяконы в знак обручения с церковью, которая для священника важнее, чем семья. Кстати, епископ кольцо себе не оставляет, а возвращает законному владельцу, и с этого момента оно либо хранится в семье, либо его носит супруга священника вместе с собственным обручальным кольцом.
В семинарии и академии по сей день сохраняется строгое распределение по окончании обучения. Поэтому момент выпуска в духовных школах для студентов не только радостное событие, но и судьбоносное. Помнится выпуск в 1995 году. На торжественном собрании выпускникам выдают дипломы вместе с указом Патриарха о распределении на приход. По мере выдачи дипломов в зале начинается шевеление и шушуканье, нетерпеливые выпускники узнают друг у друга, кому что досталось. Заканчивается собрание, все срываются с мест и шумно выясняют, кого куда распределили. То тут, то там слышны возгласы типа: «Кошмар, вот не повезло!» или «Повезло же, здорово, поздравляем!».
Большинство выпускников до момента вручения диплома даже не знают, на какой приход будут посланы. Диплом вручается вместе с указом (направлением на приход) Патриарха. Далеко не все направляются в родные края, особенно если не похлопотали об этом заранее. Например, если выпускник из города Красноярска, то для него велика вероятность попасть не в родной город, а в какой-нибудь отдаленный районный центр или село необъятного Красноярского края, куда добраться можно только на вездеходе или на оленях утром ранним.
Церковные епархии соответствуют административным областям. Согласно правилам, выпускник направляется в ту епархию, из которой пришел, но если он не желает возвращаться в свою епархию, он может, договорившись с начальством, перейти в епархию жены.
Перейти из епархии в епархию крайне сложно. Необходимо брать отпускную грамоту оттуда, откуда собираешься уходить, при этом нет никаких гарантий, что епископ ее даст. В отпускной грамоте могут отказать без объяснения причин — нет, и всё.
Учитывая, что жен семинаристы почти всегда находят во время учебы, то супруга его может быть с севера, юга, запада или востока нашей необъятной родины, а это несет еще больше дополнительных трудностей для молодой семьи. Это отрыв от родного дома и родителей. Многим молодым священническим семьям приходится начинать жизнь с нуля, без помощи родителей, родных и близких. При этом какой бы то ни было материальной помощи от Церкви новоиспеченные пастыри не получают. Если выпускник недоволен своим распределением, проситься на другой приход не принято. Здесь, как у военных — в какой гарнизон послали, туда и ехать служить. Недаром у священников работа, как и у военных, называется службой. Приходится терпеть и смиряться.
Поверьте, чтобы быть готовым к такому, нужно быть поистине зрелой личностью.
Ну а дальше, после распределения, выпускники, теперь уже батюшки, со своими молодыми матушками разъезжаются по приходам начинать новую жизнь и новое служение.
«Родина, пусть кричат „Уродина!“, а она нам нравится…» Кажется, так в известной песне поется. Но в жизни далеко не всегда как в песне, хоть слов из нее не выбросишь…
Пресловутое распределение. В некоторых случаях это и своеобразный отбор, можно сказать, экзамен на решимость в любых обстоятельствах служить Церкви и Богу, даже если условия этого служения совсем неподходящие. В связи с этим мне вспоминается один печальный пример. Студент второго класса семинарии, назовем его Роман, всего восемнадцати лет от роду, надумал жениться. Даже по семинарским меркам рановато, все же семинаристы предпочитают жениться ближе к окончанию курса. А невеста его в то время была совсем еще ребенком, всего шестнадцати или даже пятнадцати лет. Оба они родом из Дагестана — горячая точка и по сей день. Познакомились на каникулах на берегу Каспийского моря. Рома и Света обвенчались на родине черной икры и элитного коньяка и вернулись в Сергиев Посад, сняв обшарпанный угол в городе. Роме необходимо было учиться. Тем временем родители обоих молодоженов переезжают в Подмосковье — начинается Чеченская война, русские бегут из тех мест. Как принято в семинарии, Рому как женившегося и определившегося, хотя сам он еще ни с чем толком не определился, быстренько рукополагают в дьяконы. И новоиспеченный отец дьякон продолжает мирно учиться и служить в семинарском храме. Гром грянул в день распределения. Рома за учебой, семейными хлопотами и рождением ребенка попросту забыл, что является клириком Ставропольской епархии, в которую входит и его родной Дагестан, и по распределению обязан вернуться в распоряжение своего архиерея и, конечно, начать там служение. Обязан, ведь Рома уже не просто Рома, а священнослужитель-солдат, а у солдат мнения и желания никто не спрашивает. Солдат идет туда, куда приказывают, и, если надо, ложится на амбразуру. Но ни Рома, ни тем более его жена категорически не желают туда ехать — в разгаре первая Чеченская война, в самой Чечне к тому времени уже убито несколько священников. А они совсем молоды, только жить начали. Да и к кому туда ехать, родители давно продали квартиры и уехали, Света недавно родила первенца, а там война да ни кола ни двора. Однокурсники сочувственно советуют отцу Роману поехать к владыке и уговорить его дать отпускную грамоту в связи со сложившимися семейными обстоятельствами и решительным отказом супруги ехать в горячую точку с грудным младенцем. Рома поехал, описал ситуацию архиерею, но владыка не пожелал его отпускать — дескать, священников не хватает, все норовят удрать куда подальше. Мол, бери семью и приезжай служить, а не захочет жена, так мы тебя и в монахи постричь можем, невелика беда. Но и Рома решил удрать, подальше от Чечни и своего архиерея. К родителям и жене Рома вернулся ни с чем, все еще надеясь, что сможет со временем переубедить епископа. Служить без отпускной грамоты архиерея он не мог, а семью кормить надо, поэтому пришлось Роме топать на светскую работу, всячески скрывая от начальства и окружения свой священный сан. Пришлось незадачливому дьякону то книги продавать, то телевизоры, то пылесосы. А тем временем его семейный корабль дал серьезную течь, можно сказать пробоину, и пошел ко дну. Но прежде у них со Светой успел родиться второй ребенок. Уж не знаю, что у них произошло, но Рома Свету покинул, оставив с двумя малыми детьми. А через некоторое время все наши знакомые с ужасом и удивлением узнают, что Рома женился! Второй брак для священнослужителя равносилен потере сана, своим поступком он сжег все мосты, возможность вернуться к священнослужению. Новая жена родила Роме еще троих детей, а по последним данным ждет уже четвертого. А вот с работой Роме не везет, нигде он долго не задерживается, — священный сан-то он с себя официально не снимал, да и с первой женой официально не разводился. Говорят, что с саном шутить нельзя, лучше снять, раз уж так в жизни вышло. Вот такая повесть — грустная, пожалуй.
Рождение детей и многодетность
Ни для кого не секрет, что у большинства священников многодетные семьи. Во-первых, в религиозных семьях вопрос аборта даже не поднимается, такого понятия для христиан просто не существует. Более того, к аборту приравниваются и контрацептивы абортивного механизма действия. Во-вторых, неабортивная контрацепция тоже запрещена, особенно для священства.
По неофициальной статистике, в среднем у священников от четырех до шести детей, меньше трех детей встречается крайне редко, больше шести тоже уже нечасто, наверное потому, что здоровье современных женщин, в том числе и матушек, оставляет желать лучшего. Хотя встречаются семьи, в которых больше десяти детей, но такие в той же Москве по пальцам пересчитать можно.
Первый ребенок в семье обычно появляется в первый или второй год супружеской жизни, за ним с небольшими перерывами, в год или два, рождаются второй, третий и т. д. Для священнической семьи первые годы совместной жизни, как правило, самые тяжкие — это маленькие дети, жилищная неустроенность, разруха в храме и постоянные материальные затруднения. Легче жить становится примерно лет через десять, когда старшие дети подрастают и становятся няньками для младших, квартирный вопрос обычно решается, храм постепенно восстанавливается, а материальное положение семьи становится более устойчивым.