Страница 76 из 132
Во-вторых, государственной является вся добыча полезных ископаемых, а также иных природных ресурсов, в частности леса и рыбы, потому что природа есть дар Бога всем людям, а не кому-то конкретно, и с чего бы кому-то богатеть на эксплуатации общего достояния. Следует сказать, однако, что в этой части слово «госсектор» не должно вводить в заблуждение – почти все государственные природопользующие предприятия управляются частными управляющими компаниями, то есть Имперское управление хозяйства не решает вопросы типа где и какой марки насосы покупать для нефтепромыслов.
В-третьих, государственной является так называемая стратегическая энергетика – это гигантские термоядерные, гидро– и геотермальные электростанции, а также единая энергосистема страны, состоящая из сверхпроводящих магистральных линий и аккумулирующих станций; здесь производится более 85% электроэнергии России. Остальная часть генерируется в энергоцехах ряда промышленных предприятий для собственных нужд, а также на относительно небольших частных электростанциях, работающих на местный рынок. Частными являются и ТЭЦ, вырабатывающие тепло для коммунальных нужд, а также энерго– и теплораспределительные сети. Термоядерные электростанции, казалось бы, могли бы быть и частными – они являются вполне рукотворными, не природопользующими объектами, в принципе не особо отличающимися от обычных заводов. Но из соображений экономической эффективности они очень большие (обычно одна имеет мощность 30—40 млн киловатт и стоит около 50 миллиардов наших долларов), и русские не хотят, чтобы такого размера и важности объекты были бы в частных руках. К тому же они были построены в 20—30-х годах государством, являются, таким образом, общенародной собственностью, а к приватизации русские относятся весьма болезненно (и вообще, и по причине крайне неудачного опыта 1990-х годов).
В-четвертых, государству принадлежат заведомо монопольные элементы инфраструктуры – в первую очередь железные и автомобильные дороги. Это относится только к самому полотну дороги – транспортные компании, владеющие подвижным железнодорожным и автомобильным составом и осуществляющие собственно перевозки, все являются частными и зачастую имеют в собственности свои станции и терминалы. Такое положение связано с тем, что железнодорожная и автодорожная сети исторически создавались в России централизованно в отличие от, например, наших северных штатов, и потому из пункта А в пункт Б ведет, как правило, всего одна дорога. По мере изменения этой ситуации меняется и позиция государства – на протяжении последних десятилетий из госсектора были выведены практически все порты, национализированные в 2007 году, а также трансконтинентальные волоконно-оптические кабели.
В-пятых, государственной монополией является освоение космоса – все промышленные базы и поселения на планетах и астероидах, как и большие орбитальные станции и межпланетные корабли, находятся в руках государства, и частные предприниматели пока туда не допускаются, хотя настоящее положение, вполне вероятно, изменится в будущем. Правда, это не относится к околоземным орбитальным развлекательным, медицинским и иным коммерческим комплексам, как и к челнокам, летающим к ним, – это все частное. На производство межпланетных кораблей и станций по заказу государства монополия госсектора также не распространяется.
В-шестых, государство осуществляет инвестиционные программы в тех сферах, которые частный капитал по тем или иным причинам инвестировать не готов, хотя уже созданные и запущенные объекты коммерчески вполне жизнеспособны и привлекательны (они потом и продаются в частную собственность – держать в государственной собственности объекты, не относящиеся к чему-либо из вышеописанного, не положено). Если раньше, в первые десятилетия XXI века, к таким сферам относились преимущественно объекты с высоким инвестиционным барьером (то есть такие, куда частный капитал был и не против инвестировать, но потребные суммы с учетом рисков лежали за пределами его возможностей), то ныне это инвестиции либо в развитие отсталых регионов, либо в новые отрасли с еще не доказанным коммерческим потенциалом. Например, государству надо было развить экономику Кавказа из социальных и внутриполитических соображений, но желающих делать это частников не находилось. Когда же масштабная программа такого рода была проведена государством и весь облик региона (не только экономический) вследствие этого радикально изменился, то в силу исчезновения системных рисков уже не составило проблемы продать все находящиеся там государственные активы в частные руки.
В-седьмых, государству принадлежит основная часть земель страны. Земельное законодательство России достаточно любопытно, чтобы остановиться на нем подробнее.
Хотя частная собственность на землю и не запрещена российской Конституцией, в реальности ее практически нет – по крайней мере, нет крупного и даже среднего землевладения. Российский народ не понимает и, судя по его истории, никогда не понимал, как может принадлежать кому-то не просто чисто природный, но и полностью невосполнимый ресурс. С таким же успехом можно было бы владеть участком неба или космоса – русские считают это бредом. Да и в Библии прямо сказано: «Землю насовсем не продавайте, ибо вся земля Моя; вы у Меня на земле лишь пришельцы и поселенцы». Впрочем, русские делают из этого правила весьма обширное исключение, хотя для экономики и не принципиальное: разрешается иметь в собственности землю под круглогодичный или сезонный частный жилой дом, так называемый личный участок. Он не может быть более трех гектаров на человека, притом не более пяти гектаров на семью. Ограничение касается одного места – в разных местах страны вы можете иметь хоть десяток таких участков, но вы несете ответственность за то, что они используются вами преимущественно для личных, а не коммерческих целей. Остальная земля, которая еще в начале века находилась в частной собственности (были владения по несколько миллионов гектаров), была возвращена в государственную в 2013—2014 годах. Она изымалась по цене приватизации, а не рынка, но зато прежние владельцы имели преимущественное право на предоставление ее в тот или иной вид коммерческого пользования без смены собственника. Такое предоставление называется арендой – если за пользование взимается ежегодная плата или приложением – если ежегодных платежей нет.
Аренда практикуется тогда, когда земля является существенным или основным ресурсом данного бизнеса и когда ее дается много – например, для ведения сельского хозяйства или для гольф-поля. По имперскому закону арендованную землю категорически нельзя огораживать или любым другим образом ограничивать проход граждан (это не распространяется, естественно, на особые случаи – если вы сделали, например, коммерческое стрельбище, то очевидно, что вы, наоборот, должны закрыть все проходы). Я поинтересовался, а как же сельхозпроизводители берут взаймы, если земля им не принадлежит, а госбанки (как, впрочем, и не гос-) требуют залог? Оказалось, что они кредитуются в специализированном Сельхозбанке, где залога не требуют, а вместо него заемщик подписывает обязательство, что после двух лет просрочки он отдаст определенную долю своего бизнеса банку и отвечает за то, что сам не бросит этот бизнес и не переключится на другой вид деятельности.
В приложение дают землю тогда, когда она носит для данного бизнеса второстепенный характер и ее относительно немного – например, под промышленным предприятием или под многоквартирным жилым домом (поэтому это так и называется); эту землю часто дают бесплатно, реже за единоразовый платеж, и, как правило, бессрочно.
Как вы уже поняли, дорогие соотечественники, во всех случаях есть целевое назначение земли, которое может быть разной степени детальности. Собственность на личный участок подразумевает отсутствие коммерческого использования, приложение – его использование под определенный тип бизнеса, а аренда требует точного описания, что именно там будет делаться и с какими параметрами, потому что от этого зависит сохранение и плодородия почвы, и экологического равновесия в данном месте. Земля может из выданной в приложение переходить в личную собственность – так происходит, когда застройщик подает заявку на выдачу земли под строительство нового поселка или городка. Такие заявки крайне поощряются, как способствующие приумножению жизни в Империи. Землю выдадут застройщику в приложение – если на конец года его заявка единственная, то бесплатно, а если их несколько, то тому, кто предложит больше денег. А когда он начнет продавать готовые дома, то землю под ними покупатели на свой выбор либо купят у Имперского управления государственных имуществ, либо возьмут в аренду у него же – цена земли известна заранее, потому что она записана в кадастре для каждого участка в стране и пересматривается не чаще одного раза в пять лет. Таким способом застройщик поощряется на взятие больших земельных массивов и превращение их в города и поселки, но лишается возможности спекулятивно зарабатывать на самой земле: дифференциальную ренту, то есть более высокую цену за хорошее местоположение, конечный потребитель заплатит не ему, а государству.