Страница 6 из 14
Это были суровые и беспощадные бойцы, настоящие волки, собравшиеся в стаю. Бесконечная война с пиктами стала их ремеслом, больше чем ремеслом, она стала их жизнью.
Дианора знала от Конана, что четверо его спутников, даже среди следопытов пользовались заслуженной славой непревзойденных воинов. И был только один человек, власть которого они признавали. Власть, данную ему не королем, а завоеванную им самим без громких титулов, без золота и лжи.
Этим человеком, был Конан.
«… Я скользнул сквозь миры, неспешно приближаясь к месту, откуда поступал тревожный сигнал. Я не спешил, просто знал, что времени у меня предостаточно.
Было даже немного жаль, что идти так недалеко…
Иногда любопытно оглянуться по сторонам, и увидеть диковинные земли, лежащие на пути.
Когда-то, давным-давно я любил путешествовать. Жажда новых ощущений казалась неугасимой, но… в конце концов, я везде встречал лишь одно и тоже.
Боги и демоны одинаковы всюду, а их создания только и заняты тем, что с упоением рвут друг другу глотки, правда справедливости ради надо сказать, что в последнее время они стали изобретательнее. Но прошли тысячелетия, прежде чем я это понял.
По воле тех, кто сделал меня Охотником, Гончим Псом, я выполняю свою работу. Если добыча ускользнет, то случится непоправимое — это еще одна причина, по которой я не могу, просто, не имею права не убивать.
Сейчас я скользил рядом с миром, где предстояло охотиться. Этот мир был знаком мне, я бывал тут и раньше и находил его не лишенным приятности. Кто же те, что посмели ступить за черту? Люди? Ну конечно же, кто же еще!
Я видел их, пробирающихся через древний лес, с которым у меня тоже были связаны воспоминания. Надо же — прошла тьма веков, а лес все стоит, хотя и поредел и отступил пред человеком…
Шесть мужчин и женщина — семеро. Один из них знает Силу… Странно, неужели кто-то из смертных научился вызывать ее из Запредельного? Невозможно!
Я потянулся всеми своими чувствами к источнику этой Силы и чуть не закричал от неожиданной боли, ударившей меня изнутри. Тут же мне все стало ясно.
Человек, действительно, являлся носителем частицы Запредельного, небольшого осколка в виде камня, который он носил на груди.
Носил, совершенно не подозревая о его истинной ценности, не ведая всей мощи своего талисмана.
Как у него оказался осколок? Я этого не знал, но не сомневался, что узнаю о нем все, и очень скоро узнаю.
Охота началась!
Я пересек незримую границу и очутился на лесной тропе, где еще не успела подняться примятая людьми трава.»
Первый день похода заканчивался. Надо признать, что он прошел удачно — несмотря на то, что правый берег Черной Реки был довольно густо заселен пиктами, они не встретили ни одного дикаря.
Погони по их следу тоже не было: отлично зная пиктские повадки, Конан не сомневался, что если бы за ними гнались, то весь бы лес уже гудел от истошного воя воинов.
Другими словами, если кто и напал на их след, то они значительно опередили преследователей.
Но лицо Конана по-прежнему оставалось хмурым, как серое небо над их головами. День так и не разродился дождем, но низкая свинцовая облачность обещала им ненастную ночь. Причиной скверного настроения варвара был злополучный Клодий.
Киммериец не доверял чародеям вообще, и сейчас, выслушав ничего не значащие для него объяснения мага, в душе северянина осталось сомнение.
Отряд упорно двигался на северо-запад, следуя указаниям Клодия.
Колдун сказал, что в этом направлении им предстоит идти еще долго, возможно весь следующий день.
Все устали, Дианора еле держалась на ногах и шаталась, как трава на ветру. Конан уже подумывал о привале, когда издалека донесся тревожный крик сойки. Киммериец застыл, словно вкопанный, и предостерегающе поднял вверх руку.
Повинуясь сигналу, замерли остальные. Следопыты, настороженно, держа оружие наготове, Дианора и Клодий с тупой покорностью — просто радуясь неожиданной передышке.
Угасающий день казался тих и безмятежен. Спокойствием веяло от могучих деревьев, помнящих, наверное, еще битвы пиктов с атлантами. Глубоким сном спали обомшелые гранитные валуны, над которыми даже время не властно. Пахло прелой листвой. Где-то неподалеку журчал ручей. Издалека прилетел протяжный рык ночного хищника.
— Подождем, — обронил Конан, присаживаясь на камень.
Обнаженный меч он положил на колени.
— Что случилось? — едва переведя дух, спросила Дианора.
— Кот обнаружил пиктов, — нехотя ответил Конан.
Его глаза настороженно обшаривали густые заросли кустарника впереди. Дианора поежилась, очень живо представив себе, что оттуда, с расстояния всего в несколько пар шагов в любой миг может выскочить целая толпа дикарей. Она решительно вынула из ножен саблю, встав за спиной киммерийца.
— Но поблизости пиктов нет, я уверен, — протестующе воскликнул Клодий. — Иначе бы я это чувствовал…
— И я, — медленно кивнул Конан. — А вот Кот их почуял, и пока он там не решит, что опасности для нас нет, мы будем тихо сидеть здесь и ждать.
— Почему ты считаешь, что тревога из-за пиктов? — недоверчиво спросила девушка. — Может…
— Не может, — грубо прервал ее Конан. — Если он крикнул сойкой, значит — пикты.
— А если кричала действительно сойка?
Конан только пожал плечами и не удостоил ее ответом.
Сервах широко улыбнулся, сверкнув белыми, как снег на вершинах гор, зубами.
— Не беспокойтесь, госпожа: ни один пикт не отличит голоса настоящей птицы от крика Кота. Он может легко обмануть дикарей, но не нас. Здесь ошибиться невозможно!
Несмотря на это любезное объяснение, Дианора обиженно насупилась.
— Я просила не называть меня госпожой, — недовольно буркнула она.
Сервах развел руками и галантно поклонился.
— Помолчите-ка оба, — строго приказал Конан.
Долгое время они провели в напряженном ожидании. Наконец появился Кот — неожиданно и без малейшего шума выступив из-за ствола дерева, будто призрак.
— Два десятка, — коротко бросил он, предварительно сплюнув. — Стоят себе лагерем, кабана потрошат. Пара часовых… Все в боевой раскраске.
— Какой клан? — поинтересовался Хендрик.
— Рыси.
— Решили пощипать Зогар Зага, — осклабился Большая Лапа. — Пусть! Жаль, самого представления не увидим.
— Могу я спросить?.. — подал голос Клодий, но на него не обратили внимания.
— Все не так просто, — продолжал Кот. — Надо ждать темноты, иначе мимо них не проскользнуть.
— Почему? — спросила заволновавшаяся Дианора; каждый лишний миг, проведенный в этом ненавистном ей лесу, казался девушке вечностью.
— С одной стороны — озеро. Если будем его обходить, то как раз к первому снегу и попадем, куда нам нужно, с другой — место открытое, чуть ли не в лигу шириной, там лес недавно горел. Другого пути нет… ну, или крюк придется делать.
— Что ж, тут не из чего выбирать, — проворчал Конан. — Или…
Киммериец, не договорив, обвел испытующим взглядом своих товарищей. Солиус Обоерукий хмыкнул явно утвердительно. Хендрик любовно погладил ложе самострела.
— Конан, их всего два десятка, — широко улыбнулся Сервах.
— Но, с другой стороны… — северянин пристально взглянул на спавшую с лица аквилонку.
— А мы их быстро! — горячо молвил Кот. — Я все разведал… Никто не уйдет.
— Вы хотите на них напасть? — с ужасом выдохнула Дианора, почувствовав, как кровь отхлынула у нее от лица.
— Похоже, что у нас просто нет выхода, — насмешливо ответил Конан. — Идти в обход долго, и к тому же никто не поручится, что пикты не обнаружат наш след. А тогда, клянусь Кромом, они забудут о Зогар Заге и бросятся бегом за нами.
Клодий кашлянул:
— Если мои скромные знания окажутся полезными. Я могу напустить туман или сделать кого-нибудь из нас невидимым…
— Тогда стань невидимым сам и ее забери с собой, — вполне серьезно посоветовал Конан, решительно поднимаясь. — И не впутывайтесь ни во что, предоставьте все нам.