Страница 31 из 38
— Хорошо, — сказал Эллис, решительно поворачиваясь к Бисэну. — Вы завернули револьвер в бумагу и положили его на дно мешка, не так ли?
— Да, сэр.
— Видели ли вы до этого этот револьвер?
— До чего до этого?
— До того, как положили его в мешок для клюшек.
— Да, сэр. — Где?
— Я отказываюсь отвечать на этот вопрос, поскольку ответ может быть использован против меня.
— Видели ли вы этот револьвер до пятого числа этого месяца?
— Я не знаю.
— Почему вы не знаете?
— Потому что я не знаю, был ли это тот самый револьвер, который я видел ранее.
— Вы видели револьвер, который внешне похож на этот?
— Да.
— Где вы его видели?
— Я не могу помнить все места, где я видел подобные револьверы. Фирма, несомненно, выпускает сотни тысяч таких револьверов. Я видел их на витринах магазинов спортивных товаров и в некоторых других местах.
— И, — сказал Эллис, обвинительным жестом указывая на свидетеля, — «некоторые другие места» включают женскую сумку, не так ли?
— Да.
— Кому принадлежала эта сумка? Свидетель опустил голову.
— Миссис Гастингс, — сказал он.
— Ага! — воскликнул Эллис. — После всех этих перипетий допроса вы признаете, что видели этот револьвер в сумке обвиняемой.
— Минуточку, — вмешался Мейсон. — Я возражаю против комментариев прокурора и против самого вопроса. Свидетель не сказал, что он видел именно этот револьвер в сумке обвиняемой.
— Насколько известно, это мог быть и этот револьвер, — настаивал Эллис.
— Насколько вам известно, это мог быть и другой револьвер, — парировал Мейсон.
— Я хочу поддержать возражение на вопрос, заданный в такой форме, — принял решение судья Фэллон.
— Хорошо, — сдался Мортон Эллис, — оставим это. Говорил ли вам кто-нибудь, откуда появился этот револьвер?
— Да, говорил.
— Что говорил?
— Миссис Гастингс сказала мне, что муж дал ей револьвер и посоветовал держать его в своей сумке для защиты, особенно ночью, когда она одна. Если у автомашины спустит шина или забарахлит мотор, ей придется останавливаться на обочине дороги. Она будет беспомощна.
— Так, — ликующе заявил Эллис. — Наконец-то!
— Минутку, — вмешался Мейсон. — У меня есть пара вопросов к свидетелю. Вы сказали, что видели такой револьвер в сумке миссис Гастингс?
— Да, сэр.
— Миссис Гастингс рассказала вам, что револьвер дал ей ее муж для защиты, особенно в ночное время, не так ли?
— Да, сэр.
— Она не говорила вам, как часто она носила его с собой?
— Я понял так, что почти всегда она носила его в своей сумке.
Судья Фэллон посмотрел на Эллиса:
— Свидетель делает вывод. Не хотите ли вы вычеркнуть его из протокола допроса?
Эллис улыбнулся и сказал:
— Ваша честь, обвинение не хочет вычеркивать его. Пусть адвокат защиты продолжает допрос. Такой перекрестный допрос, возможно, немножко труден для клиента мистера Мейсона, но обвинение не хотело бы прекращать его.
— Не было необходимости в таких комментариях с вашей стороны, — сказал судья Фэллон. — Суд просто хотел бы обратить внимание обвинения на то, что это показание позволяет сделать определенные выводы.
— Обвинение не хотело бы возражать против такой линии ведения допроса, — заявил Эллис.
Мейсон повернулся к Бисэну:
— Из разговора вы сделали вывод, что переданный ей револьвер был ее собственностью?
— Да, сэр.
— И она носила его с собой?
— Да, сэр.
— И знала, как им пользоваться?
— Да, сэр.
Эллис оглядел собравшихся в зале, широко и победно улыбаясь.
— Вы сказали, что это была миссис Гастингс, с которой вы вели эти разговоры?
— Да, сэр.
В глазах Мейсона заиграли огоньки.
— Это была Аделла Гастингс, обвиняемая по делу об убийстве?
— Нет, сэр. Разговоры происходили с Минервой Шелтон Гастингс, второй женой Гарвина Гастингса.
Улыбка сразу же исчезла с лица Эллиса. В состоянии болезненного оцепенения он вскочил на ноги.
— Минуточку, ваша честь, минуточку, — сказал он. — Кажется, адвокат защиты и свидетель разработали хитроумную ловушку, зная, что, когда свидетель произносит «миссис Гастингс», я отношу эти слова к обвиняемой. Я возражаю против этих вопросов и прошу вычеркнуть их из протокола допроса, так как, отвечая на них, свидетель должен был делать свои выводы.
— У вас была возможность вмешаться в ход допроса и высказать свои возражения, — резко ответил судья Фэллон. — Суд обратил ваше внимание на слова свидетеля и, зная, что имеются две миссис Гастингс, внимательно следил за допросом. Свидетель старался даже не упоминать обвиняемую. Он просто называл ее миссис Гастингс.
— Это была ловушка, умело расставленная ловушка, — повторял Эллис.
— Нет такого закона, — заявил Фэллон, — который запрещал бы адвокату защиты заготавливать ловушки на пути, по которому собирается следовать обвинение. Я боюсь, мистер помощник окружного прокурора, вам нужно было внимательно смотреть и не попадаться в свои собственные ловушки. Ввиду того что имеются две миссис Гастингс, суд отмечал особые формулировки ответов свидетелей. Ждал, что вы спросите его, какую же миссис Гастингс он имел в виду. Но вы не сделали этого. Поэтому ответы свидетеля в протоколе остаются.
— У вас есть еще вопросы к свидетелю, мистеру Мейсон?
— У меня нет больше вопросов, — ответил адвокат. Бисэн собрался уйти со свидетельского места.
— Минуточку, минуточку, — вмешался Эллис. — У меня есть еще пара вопросов.
Бисэн вернулся на свое место.
— Предварительно вы обсуждали свои показания с мистером Мейсоном? — спросил Эллис.
— Да, сэр.
— Не говорил ли вам мистер Мейсон, что на суде вас могут спросить, видели ли вы когда-либо револьвер, по внешнему виду напоминающий тот, из которого были произведены два смертельных выстрела?
— Да, говорил.
— И вы сказали мистеру Мейсону, что такой револьвер видели у Минервы Гастингс?
— Да, сказал.
— Не говорил ли вам мистер Мейсон, что при возможности вы должны сказать, что видели такой револьвер у миссис Гастингс, не упоминая, что это была Минерва Гастингс?
Что-то вроде этого говорил.
— Тогда, — спросил Эллис, победно улыбаясь, — видели ли вы когда-либо подобный револьвер у обвиняемой, Аделлы Гастингс? Отвечайте просто, да или нет.
— Да.
— Он был в ее сумке?
— Да.
Широко улыбаясь, Эллис оглядел публику в зале суда.
— Это, — заявил он, — все.
Бисэн вновь попытался уйти со свидетельского места.
— Минутку, — попросил Мейсон. — У меня к свидетелю есть несколько вопросов. Такой револьвер вы видели в ее сумке не однажды?
— Да, именно так.
— Когда это было?
— Я не помню точно даты.
— Тогда вы видели у нее два револьвера, — заявил Мейсон. — Один, — сказал он, загибая указательный палец левой руки, — это тот, что покойный купил ей. Второй, — и Мейсон загнул указательный палец правой руки, — револьвер, из которого были произведены те, принесшие смерть человеку выстрелы.
— Я возражаю против этого вопроса, поскольку он требует выводов со стороны свидетеля, — сказал Эллис.
— Не вижу, как этот вопрос может требовать выводов со стороны свидетеля, — сказал Мейсон.
— Свидетель не может сказать, видел ли он два разных револьвера, — указал Эллис. — Для этого он должен сравнить их номера.
Улыбаясь, Мейсон посмотрел на судью Фэллона.
— Я думаю, — сказал он, — окружной прокурор отлично понял, что я имел в виду. Свидетель видел какой-то револьвер. Он не знает, был ли это револьвер, из которого произведены два смертельных выстрела и на который убийца заменил револьвер, находившийся в мешке с клюшками для гольфа, или это был револьвер, который покойный передал обвиняемой для ее защиты и который у нее украли. — Мейсон слегка поклонился помощнику окружного прокурора и сказал: — На этом, если позволит суд, я заканчиваю перекрестный допрос.
— Подождите минутку, — сказал Эллис. — Это несправедливо. Свидетель должен ответить на вопрос.