Страница 24 из 38
— Вы попали в дом?
— Да.
— Как?
— Один ключ от квартиры мистер Гастингс держал в своем офисе, с тем чтобы при необходимости можно было послать кого-то в его квартиру. Иногда он звонил из других городов. Просил что-то взять из его квартиры, например портфель со свежими рубашками или какие-то документы. На этот раз я был там с полицией, ответил на все их вопросы и…
— Не имеет значения, что вы там были с полицией, — грубо перебил Бисэна Бюргер. — Мы повторим все снова. На этот раз вы отвечаете на мои вопросы. Где хранился тот ключ?
— В шкафчике кабинета мистера Гастингса. — То есть здесь?
— Да.
— Покажите мне шкафчик.
Бисэн подошел к шкафчику, открыл дверцу и сказал:
— Ключ висел здесь на этом гвозде.
— Но его сейчас там нет.
— Да, сэр, — ответил Бисэн. — Сегодня утром его забрала полиция.
— Многим было известно, где хранился ключ? — спросил Бюргер.
— Думаю, да.
— Хорошо. Что случилось с револьвером… после того, как вы его положили в мешок?
— Меня вызвали в офис мистера Мейсона.
— Кто вас вызвал?
— Перри Мейсон.
— Что случилось там?
— Он обвинил меня в том, что я взял револьвер. Я сознался.
— Что случилось потом?
— Я позвонил Розали Блэкберн, своему секретарю, и попросил ее принести упаковку в офис мистера Мейсона.
— Кто здесь Розали Блэкберн? — спросил Бюргер.
— Я, — сказала Блэкберн, выйдя немного вперед.
— Хорошо. Что вы сделали?
— Я взяла ключ от шкафчика, вытащила мешок, перевернула его вверх дном, взяла упаковку и привезла ее в офис мистера Мейсона.
— В каком состоянии была упаковка, когда вы увидели ее? — спросил Бюргер.
— Она была разрезана очень острым ножом.
— Что вы сделали с ней?
— Ничего. Внутри в бумаге был виден револьвер. Он выпал из упаковки, когда я переворачивала мешок.
— Что вы тогда сделали?
— Я взяла револьвер, вновь завернула его в бумагу и привезла упаковку в офис мистера Мейсона.
— Хорошо, — устало произнес Бюргер. — Я хочу знать, кто разрезал упаковку? Прошу выйти вперед.
Воцарилась тишина.
— Хорошо, — сказал Бюргер. — Тогда я вам кое-что скажу. Совершено убийство. Мы здесь не играем в детские игры. Это очень серьезно. Я хочу, чтобы все вы уяснили закон, приняли во внимание некоторые факты. Гарвин Гастингс был убит в своей постели во время сна. Когда убивают человека во сне, это не непредумышленное убийство, не убийство второй степени. Это сделано не в порыве страсти, а в результате хладнокровного, продуманного плана. Это убийство первой степени, за которое полагается или смерть, или пожизненное заключение.
Любой человек, скрывающий улики или пытающийся помочь убийце, является соучастником преступления. Любой человек, стремящийся манипулировать уликами, совершает преступление.
Совершенно очевидно, что кто-то пытается фальсифицировать вещественные доказательства.
Мы теперь знаем, что сделал Симли Бисэн. Он ответит за это. Ясно, что после того, как он унес револьвер, то есть манипулировал уликой, кто-то вскрыл пакет. Я хочу знать, кто сделал это и с какой целью, заменили ли оружие и что вообще было с ним сделано.
Все собравшиеся здесь располагают какой-то информацией. Возможно, никто не хочет выйти и сообщить, что он знает. Я хочу, чтобы вы поняли: это ваш долг — рассказать обо всем, что вам известно. Я уверен, что в учреждении подобных размеров невозможно манипулировать вещественными доказательствами без того, чтобы кто-либо не заметил это или у кого-то не возникло подозрений.
Мой офис всегда открыт для вас: звоните, заходите. Находящийся здесь лейтенант Трэгг из отдела по расследованию убийств предпримет все меры, чтобы выяснить случившееся.
Если кто-то из вас располагает какой-либо информацией, сообщите нам ее по телефону или лично. Хочу еще раз сказать вам, что дело связано с убийством и мы не собираемся терпеть какие-либо глупости. Кто это?
Люди, стоявшие около двери, расступились.
Коренастый человек довольно агрессивного вида вышел вперед.
— Меня зовут Хантли Баннер, мистер Бюргер, — сказал он. — Я с вами не встречался, но несколько раз видел в зале суда.
— Кто вы? — спросил Бюргер.
— Адвокат, всегда представлял интересы Гарвина Гастингса. В настоящий момент представляю интересы его вдовы.
— Я думал, что мистер Мейсон представляет интересы вдовы Гарвина Гастингса.
— Мистер Мейсон — адвокат Аделлы Гастингс. А я — его вдовы Минервы Гастингс.
— Разве не было развода?
— Я думаю, дадим возможность миссис Гастингс ответить на вопросы, — сказал Баннер и повернулся к двери.
Собравшиеся около двери служащие расступились, и в кабинет вошла женщина лет тридцати. Она была жгучей брюнеткой. Ее челюсть выдвинулась вперед, глаза сверкали.
Баннер взял ее за руку и сказал:
— Это вдова Гарвина Гастингса Минерва Шелтон Гастингс. Теперь она владеет всем.
— Разве вы не оформили развод в штате Невада? — спросил Бюргер.
— Нет, — ответила Минерва. — Я уехала в Неваду и прожила там необходимое для развода время. Подала на развод, но до конца его не оформила.
— Что?! — воскликнул Симли Бисэн. Минерва победно улыбнулась ему и сказала:
— Да, да, я не завершила до конца процедуру развода.
— Но, — продолжал Бисэн, — вы написали Гарвину Гастингсу, что все сделали, что…
— Конечно, я написала. Та маленькая проститутка пыталась обвести его вокруг пальца, свить здесь свое гнездышко, и я решила бороться огнем с огнем.
Гамильтон Бюргер спросил:
— Было ли вам известно, что ваш муж собирался жениться на своей секретарше?
— Конечно. Поэтому он фактически выгнал меня. Я должна была поехать в Неваду и оформить развод.
— И вы подали заявление на развод? — спросил Бюргер.
— Да, — сказала она вызывающе. — Где?
— В Карсон-Сити.
— В Карсон-Сити?
— Правильно. У меня там друзья, и я посчитала, что в Карсон-Сити я смогу устроить свои дела лучше, чем в каком-то другом месте.
— Вы написали своему мужу, что получили развод?
— Нет. Я написала ему, что все закончено согласно плану.
Симли Бисэн сказал:
— Это ложь. Она прислала копию свидетельства о разводе.
Минерва Гастингс рассмеялась.
— Я послала так называемую копию свидетельства о разводе. Она не была заверена.
— Но это была копия свидетельства, — настаивал Бисэн.
— Проверьте по делам, — сказала Минерва вызывающе. Затем повернулась к Гамильтону Бюргеру: — Симли Бисэн всегда был влюблен в Аделлу и готов помочь ей. Потом жениться на ней и завладеть контролем над делами фирмы. Для вашей информации, мистер Симли Бисэн, я буду контролировать бизнес. Я вдова Гарвина Гастингса. Аделла Гастингс имеет на это не больше прав, чем любая другая женщина.
— Думаю, что надо объявить всем, — сказал Хантли Баннер, — что я подал заявление на официальное утверждение завещания и назначение Минервы Гастингс управляющей всем имуществом.
— Завещание! — удивился Гамильтон Бюргер. — Он оставил завещание?
— Да. Он оставляет все Минерве Гастингс. У Гарвина Гастингса нет родственников.
— Было ли более позднее завещание, по которому все имущество оставляется в пользу Аделлы? Это, очевидно, было сделано после заключения брака с ней.
— Такой церемонии вообще не было, — сказала Минерва, сцепляя пальцы.
Мейсон не отводил взгляда от Баннера.
— Я говорю о завещании, — сказал он. — Конечно, если будет найдено завещание, датированное более поздним числом, — другой вопрос, — сказал Баннер. — Однако я думаю, что, если такое завещание и имелось, оно было порвано Гарвином Гастингсом после того, как он стал жить порознь с Аделлой. Я не хочу обсуждать сейчас юридические вопросы. Я хочу лишь разъяснить создавшуюся ситуацию, с тем чтобы власти знали положение дел, знали, с кем вести дела.
— Если ваша клиентка совершила подлог в отношении Гарвина Гастингса, она не должна воспользоваться его плодами. Сказав ему, что она оформила развод, хитростью она пытается завладеть не принадлежащими ей правами.