Зажечь звезду

— И последнее… — Мэйсон смотрел на меня очень внимательно, с долей брезгливости. Я насторожилась. — На экзамен одень что-нибудь другое. Этот твой готический прикид… Никаких джинсов, разумеется, тоже. Лучше юбочку какую-нибудь… покороче…

По позвоночнику поднялась острая, горячая волна ярости. Я быстро зажмурилась, чувствуя, как мир выцветает, превращаясь в черно-белую схему, расчерченную нитями. Кончики пальцев неприятно покалывало.

— Вы за кого меня принимаете? — очень, очень вежливо спросила я, машинально сжимая кулаки. Жжение никуда не ушло, но теперь хотя бы не было вероятности, что с пальцев сорвутся сгустки тяжелой, едкой тьмы. Некромант может гордиться — раньше я думала, что спровоцировать проявление темной силы может только боль, как в ритуале Максимилиана.

Мэйсон только усмехнулся. Похоже, его совсем не беспокоило мое состояние. Или он просто ничего не заметил?

— За девушку, которая очень хочет поступить на престижный факультет. Или я что-то путаю? Да пойми же ты, здесь не любят гениальных самоучек, а ведьм тем более! А ты — ведьма, самая настоящая. Единственный способ — понравиться комиссии. Ты — девушка симпатичная, если не сказать больше… а преподаватели — тоже мужчины.

Волевым усилием я загнала вспышку гнева поглубже. Не сейчас. Потом. И вообще, он не виноват, он умные вещи говорит, это я наивная принципиальная мечтательница, которая хочет, чтобы все было по-честному.

— Профессор Мэйсон, — тихо ответила я, осторожно подбирая слова. — Вы очень правильно заметили. Я ведьма. И у нас есть определенные правила. Они касаются в том числе и облика, и манеры поведения.

Я не совру, нет. Просто перетасую информацию. И зачем ему знать, что правила действуют только в Замке?

— Главное правило — одежда должна соответствовать внутреннему миру. Состоянию души, если угодно. А я себя ощущаю кем угодно, но только не проститу… девушкой, которая хочет поступить в Академию любой ценой. Если уж вам так хочется поразить комиссию, можете сами одеть мини-юбку. Я одолжу.

Я аккуратно отодвинула стул, встала и деревянной походкой направилась к выходу из зала. В точке над правой бровью собралась резкая, пульсирующая боль. И зачем я только в это ввязалась? И это еще лояльно настроенный ко мне преподаватель. Что же будет на экзамене?

Ноги сами вынесли меня к нужной комнате, хотя я была уверена, что не запомнила дорогу. Долго шарила в карманах, искала ключи, потом сообразила, что они у Мэйсона. Но к нему я не вернусь, обойдется. Брат, конечно, потом обидится, но я объясню ему, может, поймет…

А открыть дверь можно и нитями, благо они до сих пор маячат перед глазами.

Вещи я не распаковывала — благословенна будь, лень моя. Покидать в рюкзак зубную щетку, мыло, подобрать с пола книгу… Одеяло, зараза, не упихивается…

— И куда это ты собралась?

Я раздраженно выпрямилась, оглянулась. Пнула ни в чем неповинный рюкзак, срывая злость. Рэмерт стоял в дверях, светя язвительной ухмылкой. На одну секунду он мне удивительно напомнил Максимилиана — издевательским юмором, способностью непрерывно и без особых усилий тянуть нервы из окружающих и непробиваемой наглостью.

Только вот в Ксиле никогда не было такой злости и презрения — ко всем.

— Я ухожу отсюда.

Вот так, просто. Стоило только решить.

— Ты уверена, что этого хочешь?

О, сколько яда в одной коротенькой фразе! Но в чем-то он прав. Действительно… чего я хочу?

Престижный факультет? Глупость из глупостей, в голову такое могло прийти только человеку. Произвести впечатление на маму? Да нет, леди Элен вполне хватает того факта, что я — Сердце звезды, одна из королев. Переплюнуть брата? Ммм… Возможно. Но, как ни крути, вряд ли я потяну учиться в том же темпе, что и Хэл… А значит, и с этой мечтой можно проститься.

Чего я хочу? Да просто научиться лечить людей. И нелюдей. Одного нелюдя… А это можно делать и у Дариэля, он с радостью станет моим наставником. Так что можно спокойно бросить эту дурацкую Академию с ее заморочками и уехать отсюда. Я все делаю правильно.

Почему же мне тогда так плохо?!

— Слабачка, — припечатал Мэйсон. — Глупая ведьма. Готова повернуть после первой же трудности. А дальше-то что будет?

Нет, я не слушаю его. Иначе сорвусь.

— Неужели сложно один разок надеть юбку, чтобы иметь шанс доказать всем, что у тебя еще и мозги есть?

— А для этого достаточно продемонстрировать ноги? — съязвила я, заталкивая последний уголок одеяла в рюкзак. Складывать аккуратно я была не в состоянии. — Что-то не улавливаю связь между длиной ног и объемом головного мозга.

Мэйсон растянул губы в усмешке. Взгляд у него стал откровенно раздевающим. Меня уже трясло. Стоит тут, ничтожество, в сером замызганном свитере, скалится. Не буду реагировать, я же эстаминиэль, у меня есть своя гордость. Но еще одно слово по поводу моей внешности… Магией бить не буду. Но кулаки-то как чешутся…

Ухмыляется еще шире.

— Ну почему же только ноги? Если сильно постараться, то можно еще и за… Мать твою!!!

Я все-таки сорвалась.

Если честно, стало полегче. Никакая "огненная волна" не идет в сравнение с примитивным ударом в нос. Вид разбитого в кровь профессорского лица подействовал на меня лучше настоя валерианы.

— Кто тебя драться учил? — совершенно беззлобно проворчал Мэйсон, пытаясь остановить кровотечение. Нос я ему, конечно, не сломала, но разбила знатно. — А, черт…

— Когда от души бьешь, особого умения не требуется, — мрачно отшутилась я. Конечно, он сволочь, но… Носовой платок приспособить, что ли? Куда вот я его дела… А, вижу… и полотенце пригодится.

— Не скажи, — усмехнулся Рэмерт, запрокидывая голову. — Помню, в студенческие годы… Эй, куда?

— В ванную, за холодной водой. Или вы предпочитаете в крови ходить? Сильно это вас, конечно, не испортит… На общем-то фоне, — я выразительно оглядела драный свитер. Мэйсон несколько смутился.

— Язва, — определился характеристикой некромант (ох, кто бы говорил!), но за мной все же пошел.

Подлечить разбитое лицо так, чтобы не было заметно — на это хватает и моих куцых знаний. Это на себе любую царапину затягиваешь с непосильным трудом. А на чужом теле труднее отмыть присохшую кровь. Но и с этим я, кажется, справилась.

Рэмерт сидел на одном конце дивана, держа на лице холодный компресс из полотенца, я на другом, где-то посередине лежал рюкзак. Идиллическая картина. И подпись такая снизу — семейная ссора. Акт второй, примирение.

— Я, конечно, не прав был, что нагрубил, — невнятно пробормотал некромант, — но от экзамена так просто не отказывайся. Даже если твердо решила уехать — все равно сходи. По крайней мере, уйдешь победительницей.

— Это смотря о чем меня спросят, — скисла я. — Уровень мой более чем средний…

— Для начала хватит.

Что? Я не ослышалась? Рэмерт меня ободряет?

— В общем, экзамен состоится в башне Колата — это северная — на одиннадцатом этаже, аудитория одиннадцать-алле. Начало в девять часов, просьба не опаздывать.

Скрипнула дверь. Я неохотно скосила глаза.

Рэмерт ушел. Полотенце аккуратно сложено на ручке дивана, дверь прикрыта. А на самом видном месте лежат ключи.

Знак доверия?

Итак, я осталась.

Времени до вечера было достаточно. Я употребила его с максимальной пользой: повалялась с книжкой на диване, приняла душ, долго расчесывала волосы. Мусора в них набилось — жуть, и пыль, и щепки какие-то, и нитки. Пожалуй, единственное за вечер, что было связано с магией — это сотворение защитного круга. Если уж мне придется ночевать в этой комнате, то я хотя бы хочу быть уверена, что проснусь поутру. И желательно не седой. Я тщательно обошла со свечкой все комнаты, насыпала соли в углы. Поперек проходов натянула сигнальные и «липучие» нити — нежить они не задержат, разве что предупредят о появлении, а вот нахальных магов, у которых может появиться желание разыграть ведьму — вполне. Осталось только постелить на диване, поставить у изголовья сияющий цветок и замкнуть круг.