Зажечь звезду

— Чего краснеешь, детка? Жарко стало? — хмыкнул некромант, присаживаясь рядом со мной на диван. Неужели уже распутал "сеть"? — Короче, идем в столовую, там и поговорим. И хватит возмущенно сопеть. Я всего лишь хочу дать тебе несколько советов, как вести себя с комиссией. Ну, и все в этом роде.

От вспышки понимания резко перехватило дыхание. Он не распутывал нити. И не рвал их. Он просто сделал их мертвыми.

Он. Убил. Нити. Чертов некромант.

Впервые за всю жизнь я испугалась мага. Тем ненавязчиво-постоянным страхом, который преследовал меня рядом с пьяными компаниями и охотниками в черном из инквизиции?.

— Как вы это сделали? — я сама не узнала в хриплом шепоте свой голос.

— Наука, детка, наука, — он покровительственно похлопал меня по плечу. — Некромантия — это искусство делать живое мертвым, ты разве не знала? Ладно, собирайся, и пойдем, я тебя ждать не буду, сам еще не завтракал.

Я встала, растерянно глядя на некроманта. А дяденька не так прост, как кажется. И романтик к тому же: "искусство делать живое мертвым". Некромант — это тот, кто становится сильнее, убивая и причиняя боль. И ничего хорошего в этом нет.

— Иду. Только умоюсь.

Мне определенно надо побыть пару минут наедине с собой…

— Кстати, — Рэмерт с аппетитом вгрызся в булочку с маком, — ты так и не сказала, от кого оборонялась сегодня ночью. Шутки шутками, а фон в твоей комнате такой, что мозг переклинивает… Ну это у тех, у кого он есть.

Еще одна шпилька в мой адрес! Да, я девушка. Да, я при этом еще и ведьма, а значит, мало училась. Но называть меня дурой практически открытым текстом — по-моему, уже слишком.

— Так… Померещилось что-то, — я неопределенно пожала плечами. Еще чего, открывать перед ним душу я не собиралась. Потом обдумаю, на досуге. Сдам экзамены и сразу начну.

— Но фон… И все такое, — некромант взмахнул булочкой, осыпая меня крошками. Я отряхнулась, пряча брезгливую гримасу.

— Ну какой еще фон, подумайте, профессор. Я же ведьма, причем не последнего ранга. Вы просто почуяли мою силу.

— Не последнего? А какого именно? — уточнил Рэмерт, хитро поглядывая на меня поверх чашки с чаем. И глаза у него при этом были такие… голодные… что я волей-неволей почувствовала себя десертом. Не очень-то уютно.

— Каэль, — вежливо соврала я. Попробуй, улучи. Ты не ведьма, не вампир, и даже не эльф. А младшие расы таких тонкостей не понимают. Для вас все выше шестого ранга сливается в один поток. И, пока я не колдую, распознать во мне эстаминиэль, а тем более Дэй-а-Натье? нереально. А колдовать я пока не собиралась.

— Серьезно? — удивился некромант. — Такая мелкая и уже каэль?

— Это не от возраста зависит, а от природных способностей.

— Ясно. А стихия?

— Без специализации.

Подозревает. Он меня в чем-то подозревает, только в чем вот?

— А зачем вы спрашиваете? Это для экзамена пригодится?

Он фыркнул, как большой кот. И вообще он смахивал на кота… помоечного. Наглый, неряшливый, пронырливый. И тощий.

— Может, и пригодится. А может, и нет, — Рэмерт улыбнулся и тут же посерьезнел. — А теперь к делу. Повторять по два раза не буду, так что запоминай. И чушь советовать тоже не стану, поэтому слушай внимательно.

Я ощутимо напряглась. Наконец-то! Хватит уже разговоров вокруг да около, не за этим я сюда приехала. Рэмерт, конечно, неприятный человек, но если его советы могут помочь, то я выслушаю и приму к сведению. Не зря же Хэл советовал мне к нему обратиться.

Мэйсон удостоил меня таким взглядом, словно все эти мысли были написаны у меня на лбу. Я опустила глаза, завесившись длинной челкой. Не люблю, когда меня пытаются подвести под образ. В сравнении с этим телепатия — куда как меньшее зло. Все же она дает более-менее правдивую картину, а люди, лишенные этого дара, зачастую обманываются, замечая лишь то, что хотят увидеть. Вот и некромант, похоже, принял меня за недалекую дурочку, цепляющуюся за покровительство брата-отличника. Хорошо, что он не знает о письме Дариэля… И без этого впечатление я произвела замечательное: трусливая, необразованная ведьма, да еще и с непомерным самомнением. Полезла поступать на самый популярный факультет и надеется, что прокатит. Я ничего не упустила? Ах, да, эта особа еще и носит обтягивающие шмотки (да, доспехи сидят по фигуре… да, они выглядят как готский прикид… и савальский шелк можно опознать только на ощупь, а я себя трогать не давала…) и вызывающе распускает волосы, то есть относится к весьма определенному подтипу студенточек.

Все это мгновенно и зло промелькнуло в моей голове, пока я осторожно разглядывала Рэмерта из-под густой челки. Некромант, думая, что я на него не смотрю, позволил себе снисходительно-ядовитую ухмылку. Так ухмыляются, когда замышляют гадость. Что ж, дерзайте, профессор.

— Во-первых, о составе комиссии. Всего четыре человека. Председатель, ассистент и еще два маразматика, которым делать больше нечего. Все они с основного факультета, в твоем случае — с целительства. Иногда присутствует наблюдатель с другой кафедры. Председателем будет профессор Леми, замдекана — тут тебе повезло. Человек он приятный, к девушкам снисходительный, валить не станет. Зато ассистент — редкостная сволочь. Дэмиан Грант его зовут. Преподает энергетические воздействия, постоянно лажает с формулами, а потому ведьм на дух не переносит. Завидует, я полагаю. Ну, ты его сразу узнаешь — здоровенный, жирный, морда красная… Вопросы задает каверзные, но по большей части сам не может на них ответить, так что просто неси уверенный бред, может, и повезет. Двое других — преподы, один алхимик, другой анатомию ведет. Этот второй еще может чего-то спросить, а алхимик точно весь экзамен проспит.

Интере-есно, подумала я. Экзамен у меня октябрьский, индивидуальный, для заочников. Тема экзамена — яды и противоядия. Логично было бы предположить, что в комиссию войдут те, кто имеет к этому предмету непосредственное отношение — собственно, профессора биологической безопасности, травники, ядознатчики, общие специалисты и им подобные. А на деле только алхимик сможет что-либо понять в моих объяснениях, да и ему все равно, по словам Мэйсона. Это что — совпадение или намеренное пренебрежение? И, если верно второе, то какова цель: завалить меня, специально посадив тех, на чьи вопросы по специализации я ответить не смогу, или наоборот, мне в помощь, — чтобы некому было среагировать на ошибку? Ладно, на месте разберусь.

Хм, а ведь еще год назад я бы вообще не обратила на это внимания. А теперь везде мерещатся заговоры. Паранойя развивается?

— Ну, с составом вроде бы все. Дальше. Поведение. Не хамить, не дерзить, глазки вниз и хлопать ресницами… Ага, вот так, как сейчас было, — с удовлетворением сказал (промурлыкал?) некромант, наблюдая за моей ошарашенной физиономией. — На свое происхождение не намекать, упирать на то, что училась у Дариэля Изгнанника… Кстати, можешь им сразу письмо показать — хороший ход получится.

Я подскочила на стуле, поперхнувшись компотом.

— Я не говорила вам ни про какое письмо! И откуда вы…

Некромант удостоил меня невыносимо скучающего взгляда.

— Хелкар рассказал. На мой взгляд, ученичество у Изгнанника — единственный аргумент в пользу твоего поступления. Лично я солидарен с остальными преподавателями — ведьме в Академии не место. И если бы не просьба моего ученика — весьма настойчивая просьба — то я бы и пальцем не пошевелил, чтобы помочь.

У меня от такой наглости все слова застряли в горле. Похоже, Рэмерт твердо уверен в том, что я всего лишь нахальная выскочка, пустое место. Интересно, это его Хэл на такую мысль навел или сам дошел? Братишка мог, случайно, конечно… перестраховщик… волновался, просил присмотреть за сестренкой всех подряд и в итоге перестарался. Или я все же произвожу впечатление законченной идиотки — не иначе.

Так. Про Дариэлеву писанину. Зря, конечно, Хэл язык распускает, но теперь уже ничего не поделаешь. Значит, начнем экзамен с предъявления письма, которое, вообще-то я взяла на крайний случай.