Рейдер

Глава 8.

Кровь городов

В сердце дождя,

Песни звезд у земли на устах.

Радость и страх,

Смех и печаль, –

Все в наших руках.

Цок-цок, цок-цок. По неширокой мощеной дороге неторопливо едут три всадника – высокий мужчина в черной облегающей одежде и черном берете с непонятной эмблемой, молодой рыцарь в начищенной броне и красивая девушка в охотничьем костюме, сидящая в седле по-мужски. Выглядят все трое не то чтоб очень богато, но одежда добротная, а латы на рыцаре стоят дорого, очень дорого, ибо хоть и нет на них богатых украшений, но любой знающий человек скажет вам, из чьих мастерских вышел этот доспех. И еще он скажет, что таких лат не очень-то и много и даже в королевской гвардии немногие могут похвастать ся такой броней. А сзади, немного отстав, так-же неторопливо движется карета, чуть раскачиваясь и гремя деревянными, окованными железом колесами. Вряд-ли карета пустая, но никакой умный разбойник не рискнет нападать на небольшую кавалькаду, а тихонько развернется, смотается подальше в лес, заляжет под самую заросшую корягу и прикинется холмиком. И будет при этом благодарить Бога, что его не заметили, ибо мимо него только что проехал самый страшный человек в этих местах – сэр Виктор Михайлов, Черный Граф… Хорошо, если в штаны не наложит, бедняга.

Нет, конечно, бывают и глупые разбойники, но такие, как правило, долго не живут. Обычно после первой-же удачной засады в этих местах им предстоит познакомиться с Лесными Призраками – одним из подразделений спецназа, который любовно создал и пестует его новоявленная светлость. Конечно, получившийся результат – не блеск, его мальчики и близко не стоят к знаменитому спецназу родины Виктора, но… Для местных условий вполне сойдет. Даже такой результат за столь короткое время впечатлил не только короля, но и самого Виктора. Уж он-то знал, что такое спецназ и насколько тяжело подготовить НАСТОЯЩЕГО специалиста – дальнюю разведку натаскивали почти по той-же программе. К сожалению, он прекрасно знал, чему их учили, но вот как… Одно дело уметь, другое – научить других, методике-то его никто научить даже и не пытался, не требовалось это.

Тем не менее, со своими обязанностями спецназ действительно справлялся, поэтому в лесах было тихо. Пожалуй, в этих лесах, да еще вблизи королевского замка – во владениях остальных графов-герцогов и прочих баронов разбойники чувствовали себя так же спокойно, как и раньше. Наводить порядок по всей стране Виктор отказался категорически – его собственных людей для этого явно не хватало, а местные стражники уже доказали свою несостоятельность. Так что сказал он им матерно «сами разбирайтесь» и посоветовал королю поднять налоги в местах, где водятся разбойнки. В некоторых случаях помогло…

Единственное, с чем была проблема в этих местах – так это с постоялыми дворами. Ну не хотел Виктор, чтобы они здесь были. Может, и неправильно, но вот не хотел. Поэтому из пяти дней, которые заняла неспешная поездка, только первые три ночи прошли под крышей, а четвертая – можно сказать, в чистом поле. Впрочем, не то, чтобы совсем уж в чистом – разбили две палатки, в одной разместилась принцесса, в другой – Кэвин. Кучер храпел себе под каретой, а Виктор по случаю теплой погоды разместился прямо у костра. Когда-то давно, в далеком уже детстве, именно такой романтики ему и не хватило – слишком рано началась взрослая жизнь, слишком быстро он попал на орбиту, слишком мало был с родителями и вот теперь, сам того не сознавая, он стремился наверстать упущенное, посвящая свободное время рыбалке, охоте или просто такому вот сидению у костра и рассматриванию звезд. Не тех холодных, мертвых огней, которые он видел из рубки боевого корабля, а ласково мерцающих, теплых, тех самых, что тысячелетиями звали его предков в небо. Тех звезд, которых так никто и не увидел вблизи.

Вот так он и сидел на аккуратно уложеном сухом бревне, смотрел на небо и вырезал из подвернувшейся даревяшки шахматного коня. Думал вначале поиграть на гитаре, благо была с собой, но спутники поразительно быстро заснули и будить их не слишком мелодичным ввиду отсутствия слуха бренчанием решительно не хотелось. К тому-же, он ждал. И его ожидания оправдались.

Сзади раздались тихие шаги. Правда, шел не один человек, а двое, но это Виктора не слишком удивило и, когда Кэвин и Кала подошли он, не оборачиваясь, подвинулся, давая им место. Они приглашение поняли, сели и несколько минут сидели молча. А потом принцесса заговорила. Правда, она не стала задавать вопросы, а достаточно коротко и сухо предупредила, что слышала разговор о своей судьбе от начала и до конца. Виктор удивился, но вида не подал, просто кивнул, давая понять, что принял к сведению, и продолжал задумчиво молчать. Молодежь тоже молчала. Наконец, принцесса не выдержала.

– Что с нами будет дальше?

– Да ничего, в общем-то. Просто рекомендую быть настороже. Король – неплохой мужик, но он политик и для него интересы страны важнее, чем жизнь совершенно левой принцессы, тем более что королевства за ней не предвидится. Надо будет – прикажет убить или выдать, ничего личного.

– А Кэвин?

– А что Кэвин? За мальчишкой тем более никто не стоит, он ведь не знатного рода, я понимаю? Ну, сейчас он, конечно, рыцарь и все такое, но это ему не дает ни серьезной родни, ни денег. Я бы посоветовал ему смыться как можно дальше – искать его никто не будет, не стоит это затраченных усилий, если честно. Но ведь не сбежишь, я правильно понимаю?

Кэвин спокойно кивнул – он вообще был умнее, чем можно было подумать с первого взгляда. И честнее – девять из десяти оказавшихся на его месте сейчас уносились бы прочь, нахлестывая коня и прихватив на память чего-нибудь из королевских драгоценностей. Виктору это, надо сказать, импонировало.

– Ну вот, поэтому я и решил пока спрятать вас у себя в замке. Там сейчас почти четыре сотни человек, надо будет – смогу быстро собрать еще столько-же, причем подготовлены и вооружены они так, что королевская армия тихо курит в уголке. Да и подчиняются они или мне, или напрямую королю. Сомневаюсь, что он приедет сам, а к его гонцам с любыми бумагами, будь то хоть герольд, хоть епископ, хоть сам Господь Бог, отношение будет насквозь убивательское. Это я в их головы вбил наглухо.

– А если все-же приедет сам?

– А кто сказал, что я в иерархии моих ребят стою ниже короля? Не боись, девочка, защищу обоих. А рыцаря нашего еще и драться поучу, а то мечник он, конечно, неплохой, но не более. Слабоват ты, Кэвин, для полноценного телохранителя. Не обижайся, но это правда.

Кэвин вновь кивнул, и вновь совершенно спокойно. Похоже, крайне уравновешенный попался экземпляр, это радовало.

– А если вы уедете…

– То возьму вас с собой, только и всего. И не дергайтесь вы так. То, что мы сейчас говорим, тянет на государственную измену, но король, думаю, об этом и так догадался и, наверное, не против маленького компромата на меня. Он ведь совсем даже не дурак. Тем более что отправил со мной только одного соглядатая, – Виктор кивнул на сладко спящего кучера. – Вы не волнуйтесь, спит он крепко – вино у меня на этот случай есть специальное.

– И почему король вас терпит? – Принцесса зябко передернула плечами. – Я бы вас давно казнила.

– Вот поэтому он король, а ты – всего лишь принцесса в изгнании, – наставительно поднял палец Виктор. – Он прекрасно понимает, что я не только не попытаюсь сковырнуть его с трона, но и буду поддерживать до самого конца. Поэтому вы и здесь – это типа своеобразного выкупа, что-ли…

– Выкупа за что? – Не поняла принцесса.

– За моих ребят, конечно. Ты думаешь, это так легко – убивать собственных учеников? Да еще и тех, с кем воевал вместе, кому доверял спину? Я тащу вас за собой не из-за того, что хочу с вас что-то поиметь и даже не из-за того, что ты, такая хорошая-добрая-пушистая, наповал сразила мое сердце. Все проще и банальнее, я элементарно не хочу, чтобы мои ребята погибли зря. И король это понял и решил отделаться малой кровью. Все, харэ дергаться, идите спать. Завтра не самый легкий день.