Страница 29 из 68
Датч взял фломастер и внимательно – как бы не ошибиться – выделил нужные дороги. В это время зазвонил телефон Магоцци. Нажав кнопку приема вызова, он услышал отчетливое доисторическое звяканье монет, опускаемых в телефон-автомат, а затем, на заднем плане – шум многих голосов, звон стаканов, музыку кантри-энд-вестерн.
– Это Холлоран. Вы еще у Харлея Дэвидсона?
– Нет. Мы на автозаправочной станции в местечке под названием Медфорд. Я, Джино, Харлей и Родраннер.
– Медфорд, Висконсин? Какого черта вы там делаете?
Магоцци слегка покраснел – он все еще не был уверен, что не разводит панику на пустом месте, и одновременно надеялся, что именно разводит панику на пустом месте. С Грейс все нормально, потому что с ней не может быть не нормально, – и, даже если все-таки что-то случилось, она не нуждается в том, чтобы он или кто-нибудь другой скакал к ней через полстраны на воображаемом белом коне. Грейс может за себя постоять. Всегда могла и всегда сможет.
– Скорее всего, изображаю из себя дурака, – наконец ответил он.
– Устроил сафари?
– Ага. Родраннер засек здесь кредитную карту Шарон. Последняя операция.
– Медфорд? Но это же совсем не по дороге… Черт, вся эта ситуация делается все более и более непонятной.
– А где ты сам-то, кстати? По шуму похоже на бар.
– Так и есть, я в баре. У меня в участке все линии прослушиваются ФБР. Ты мне можешь перезвонить? У меня всего два четвертака осталось. – Он продиктовал номер.
– Нет проблем, – сказал Магоцци и махнул остальным, чтобы они шли за ним к автобусу.
Как только Магоцци упомянул ФБР, Харлей вошел в режим тотального недоверия и стал настаивать на том, чтобы перезвонить Холлорану по спутниковому телефону.
– Сигнал кодируется на сто процентов. Его невозможно отследить.
– ФБР прослушивает Холлорана, а не нас.
– С этими пронырливыми сукиными сынами ни в чем нельзя быть уверенным. Кроме того, Родраннер подключит спутниковый телефон к аудиосистеме, и мы все будем хорошо его слышать – так, будто он находится с нами в одной комнате.
Они собрались в рабочей комнате, занимающей самый задний отсек автобуса. Родраннер сел за свою компьютерную станцию и послал вызов. Его пальцы так и летали над клавиатурой, и Магоцци старался не смотреть на свои шишковатые суставы и заскорузлые ладони.
Вдруг комнату, подобно объемному звучанию в кинотеатре, заполнил голос Холлорана:
– Ты здесь, Магоцци?
– Мы все здесь.
– Э… слушай, я немного нервничаю. Тут на линии странная задержка…
– Мы звоним тебе через спутник. Нас невозможно прослушать, так что успокойся.
– Господи. А что, в вашем Медфорде у копов есть возможность звонить друг другу через спутник?
– Нет, мы сейчас в автобусе «Манкиренч». В этой штуке больше электроники, чем в космическом центре имени Кеннеди.
– Черт меня побери. А я-то радовался, когда обнаружил у себя на телефоне громкую связь. Я думаю, это очень хорошо, что у вас есть альтернатива. Еще чуть севернее – и ваши сотовые окажутся практически бесполезными.
– Да, Родраннер нас уже предупредил.
– Ну ладно, – продолжил Холлоран. – Вот что у меня тут происходит. Сегодня утром мы вытащили из местного озерца три трупа. Никаких документов. По словам нашего патологоанатома, расстреляны из автомата. Мы, значит, отсылаем отпечатки – и ни ответа ни привета. А потом мы узнаем, что ФБР забрало наших утопленников прямо из патологоанатомической лаборатории, – а нам никто ничего не сказал.
Брови Магоцци взлетели вверх.
– Они забрали ваших жмуриков?
– Патологоанатом говорит, что прямо с разделочного стола.
Харлей сложил мясистые руки на груди:
– Это становится интересным.
– И это только начало, – сказал Холлоран. – Через пару часов после этого у нас пропадает пирожница.
– Что за пирожница?
– Гретхен Вандервайт, за шестьдесят, печет свадебные торты. Сегодня утром поехала с тортом на Бобровое озеро в округе Миссакуа. На место не приехала.
– Собак спустил? – проворчал Магоцци.
Холлоран шумно вздохнул – усиленный мощными колонками вздох достиг громкости урагана.
– Вот здесь-то и начинается самое странное. Пару часов назад ФБР отозвало с дорог все патрули в округе Миссакуа. Они не выпускают на улицу ни одного человека в форме.
Джино от неожиданности встал:
– Какого черта! Они не имеют права этого делать! Это ведь незаконно, верно?
– Нам объяснили, что законно. Но это еще не все. Мне только что позвонил один из моих людей. Он обнаружил, что у озера, на нашем месте преступления, ошивается целая толпа федералов. Они с угрозами вышибли нас оттуда и теперь прослушивают наши рации и бог знает что еще. Господи. Если они повесят на меня этот телефонный звонок – я спекся.
– Не волнуйся, дружище, – сказал Харлей. – Они не смогут этого сделать. Мы тебя прикрываем.
– От души надеюсь, что так. Ну вот, а теперь вы мне говорите, что Шарон и остальные были в Медфорде. Если они, заехав так далеко на север, теперь направятся в Грин-Бэй, то упрутся прямо в этот долбаный округ Миссакуа.
Слушая Холлорана, Родраннер быстро печатал. Половину монитора у него занимала карта Висконсина, на которой были помечены цветом несколько областей, а в другом окне бежали бесконечные строки текста, который Магоцци никак не мог разобрать. Родраннер спросил:
– Так, значит, все началось тогда, когда ты отослал отпечатки этих трех трупов, верно?
После секундной задержки Холлоран сказал:
– Верно. Сразу прискакали фэбээровцы и забрали их.
– Ты отсканировал эти отпечатки? Они у тебя есть в цифровом виде?
– Ну да, есть.
– Можешь прислать их мне? Возможно, получится прогнать их по каким-нибудь базам данных.
– Сынок, это было бы здорово. А ваша программа распознавания лиц? Сможете запустить ее из своего автобуса?
– Конечно. Какое между нами расстояние?
– Пара часов езды.
– Значит, придется работать с изображением, полученным по факсу, а это очень плохо. К тому же эта программа чертовски медленная. Давай сначала попробуем отпечатки.
Джино ходил взад-вперед и скреб затылок.
– Погодите, давайте на секунду вернемся к нашим женщинам, а то я что-то никак это в голову не уложу. У нас с радара исчезли Грейс, Энни и Шарон, а у вас потерялась пирожница, и существует большая вероятность того, что все они находятся в округе Миссакуа, а если их там и нет, то они туда точно направляются. Правильно я говорю?
– Да.
– И еще этот округ наводнила толпа федералов, связавших копов по рукам и ногам?
– Опять да.
Джино перестал ходить и поглядел на Магоцци.
– Надо туда ехать.
15
Грейс, Энни и Шарон прятались в глубоких тенях, отбрасываемых растущим у задней стены дома плакучим кустарником. После быстрой перебежки из-под защиты кукурузного поля они тяжело дышали. Недалеко от них, возле подъездной дорожки, стоял высокий фонарный столб, какие можно увидеть на фермерских дворах по всему Среднему Западу, но, к счастью, лампа на нем не горела. «Это, конечно, хорошо, – подумала Шарон, – но все-таки странно». Обычно такие фонари автоматически включались с наступлением темноты или даже во время бури, когда сквозь плотную облачность пробивается слишком мало света.
Кто-то его отключил.
Женщины уже долгое время не разговаривали друг с другом, но с помощью жестов они договорились обогнуть дом и двинуться к виднеющемуся через дорогу сараю, такому огромному, что его темный силуэт выхватывал целый кусок из ночного неба.
Энни надеялась, что там они найдут убежище. Ей сильно натерли ноги фиолетовые кеды Шарон, которые были ей не совсем по размеру, а тело болело от напряжения и непривычной физической нагрузки. Единственным ее желанием было несколько минут не двигаться с места и позволить пульсу успокоиться – и сарай казался для этого самым подходящим местом. Даже если солдаты вдруг вернутся, их, наверное, понадобится целая сотня, чтобы обыскать каждый уголок в таком большом помещении.