Сулла

На северном фронте дела также шли с переменным успехом; от повстанческих отрядов Публия Пресентия потерпел поражение Гай Перперна; Рутилий Луп отстранил незадачливого военачальника от командования и слил остатки его войска с корпусом Мария. Но и сам консул вскоре показал, что он воюет не лучше Перперны. Не послушав Мария, который советовал не спешить с битвой и для начала обучить войска, Рутилий двинулся на врага.[686] При переправе через Толен[687] он попал в засаду, подстроенную Веттием Скатоном, потерпел полное поражение и погиб. Скорбь по погибшим в Риме была столь велика, что сенат велел впредь хоронить павших там, где они погибли, чтобы не производить дурного впечатления на горожан. Правда, Марию удалось спасти часть войска и нанести ответный удар Скатону, но это был лишь частичный успех. Вскоре катастрофа постигла и армию проконсула Цепиона. Недавно он сумел прорваться из окружения, в которое его взяли повстанцы, и ему вручили равную с Марием власть. Однако вскоре стало ясно, сколь неуместным был этот укол самолюбию Мария. Попедий Силон заманил войско Цепиона в ловушку и учинил ему разгром. Остатки его армии перешли под командование Мария, который фактически стал командующим северным фронтом (Аппиан. ГВ. I. 43–44; Овидий. Фасты. VI. 563; Дион Кассий. XXIX. 98. 1–2; Обсеквент. 55; Евтропий. V. 3. 2; Орозий. V. 18. 11–14).[688]

Ободренные успехом повстанцы нанесли поражение Луцию Цезарю близ реки Вольтурн[689] и преследовали его до Теана. Наступая на северо-запад, они столкнулись с Марием. Аппиан пишет, что совместно с ним действовал и Сулла, который будто бы сыграл решающую роль в битве.[690] Сражение произошло в местности, покрытой виноградниками, – как предполагают, к югу от Фуцинского озера.[691] Погибло до шести тысяч марсов, семь тысяч попало в плен. Возможно, именно в этом сражении пал военачальник марруцинов Герий Азиний, о чьей гибели сообщает Ливии (Периоха 73; см. также: Аппиан. ГВ. I. 46. 201–202; Плутарх. 33.3).[692]

Некоторые ученые подозревают, что Аппиан ошибся и вместо Сулльг речь должна идти о легатах Валерии Мессале[693] или Сервии Сульпиции,[694] действовавшем в северных районах Италии, тогда как Сулла воевал на юге. Другие источники о Сулле вовсе не упоминают и честь победы приписывают одному Марию (см.: Ливии. Периоха 73; Плутарх. Марий. 33.3; Орозий. V. 18. 15).[695] Окончательно разрешить эти противоречия невозможно.[696] Но вот что интересно: если Аппиан ошибся, то Сулла не совершал никаких подвигов в 90 году; если же он прав, то вряд ли верны разглагольствования диктатора о давней вражде с Марием – со своими недругами он не сотрудничал. Впрочем, этот сюжет восходит к просулланским источникам[697] и ход их рассуждений очевиден: хотя Марий и ненавидел Суллу, последний все же ради общего дела пошел на сотрудничество с ним и разгромил италийцев, причем именно его войска сыграли главную роль в сражении.[698]

Впоследствии диктатор рассказывал, что видел под Лаверной, в землях пелигнов, как из-под разверзшейся земли вырвался язык пламени и уперся в небо. Прорицатели якобы заявили, что это предрекает приход к власти в государстве мужа с прекрасной и необычной внешностью, который прекратит смуты. Сулла будто бы уже тогда решил, что речь идет о нем[699] – рыжеватые волосы отличают его от других людей, а доблесть свою он доказал многими подвигами (Плутарх. Сулла. 6. 11–13; Орозий. V. 18. 5). Правда, первый год Союзнической войны не принес ему особой славы.[700] Но и горечи поражения тоже.

Не слишком гладко шли дела у италийцев и на другом участке северного фронта – в Пицене. В сражении у Фалернской горы объединенные силы Видацилия, Лафрения и Веттия разбили войско Помпея Страбона и заперли его в латинской колонии Фирме. Однако осаду города повели отряды одного Лафрения – его сотоварищи, очевидно, решили, что он справится с Помпеем один. Эта ошибка дорого обошлась союзникам. Пополнив армию новобранцами, римский военачальник дождался подхода корпуса Сервия Сульпиция и вырвался навстречу ему. Италийцы потерпели серьезное поражение. Развивая успех, Помпеи взял в кольцо стратегически важный город Аскул, а затем разгромил войско пицентинов, в честь чего сенаторы облачились в парадные одежды (Аппиан. ТВ. I. 47; Ливии. Периоха 75; Орозий. V. 18. 17). Под влиянием этих успехов Помпеи добился победы на консульских выборах на 89 год. Его коллегой стал другой отличившийся в боях командир – Луций Порций Катон.[701]

Почему же этой чести не удостоился Марий? Плутарх, озвучивая враждебную полководцу версию, пишет: «Эта война с ее бедствиями и превратностями судьбы настолько же увеличила славу Суллы, насколько отняла ее у Мария. Он стал медлителен в наступлении, всегда был полон робости и колебаний, то ли потому, что старость угасила в нем прежний пыл и решительность (ему уже было больше шестидесяти пяти лет), то ли потому, что, страдая болезнью нервов и ослабев телом, он, по собственному признанию, лишь из боязни позора нес непосильное для него бремя войны… В конце концов по причине телесной немощи и болезни он сложил с себя обязанности полководца» (Марий. 33. 1–2 и 6).

Однако эти рассуждения выглядят по меньшей мере странно. Если говорить о славе Суллы, то она еще была впереди – в 90 году его успехи оставались весьма скромными. Добровольно сложить командование Марий не мог – ему его просто не продлили.[702] И уж тем более не приходится всерьез воспринимать разглагольствования о робости и вялости полководца. Конечно, ему приходилось проявлять осторожность, но враг был силен, а его собственные воины не имели выучки и опыта. Зато успехи Мария говорили сами за себя, особенно в сравнении с катастрофами, постигшими Рутилия Лупа и Сервилия Цепиона.[703] Все объяснялось очень просто – сенат не желал нового возвышения победителя кимвров. Новые консулы, видимо, не горели желанием заполучить такого легата – Катон был его врагом, а Помпеи просто не нуждался в нем. Иметь подобного подчиненного означало рисковать собственной славой.[704] Поэтому сенат избавился от Мария при первом же удобном случае,[705] то есть по истечении срока легатских полномочий. А что до болезни, то это могло быть откровенным издевательством со стороны его врагов – мало ли кого отправляли в отставку «по состоянию здоровья»…

Все это, однако, не снимает еще одного вопроса – почему Марий не попытался добиться еще одного консулата и вновь сыграть роль спасителя государства? Плутарх не сообщает о его участии в выборах на 89 год, хотя выше рассказывает о таком куда менее значимом сюжете, как провал на выборах в эдилы (Марий. 5. 1–3). Посему можно не сомневаться, что победитель германцев и не пробовал попытать счастья. Почему? Очевидно, из-за отсутствия шансов на успех. Нового возвышения Мария нобилитет не желал – арпинат и так уже был консулом шесть раз, тогда как после Сципиона Эмилиана этой чести и дважды-то больше никто не удостаивался. В 98 году он благоразумно отказался от участия в цензорских выборах, то же самое сделал и теперь, чтобы не терпеть унизительного провала.

686

Видимо, не столько из недоверия к Марию (Дион Кассий. XXIX. 98. 2; Орозий. V 18. 12), сколько из политических соображений – в Риме ждали вестей о победах. К тому же на ожидание не было времени – оно пока работало не на римлян (Weynand R. Marius // RE. Splbd. VI. 1935. Sp. 1407).

687

У Аппиана ошибочно говорится о р. Лирис (ГВ. I. 43. 191; Gabba Е. Commento. Р. 138).

688

Luce Т. J. Marius and Mithridatic Command // Historia. Bd. 19. 1970. P. 184.

689

Gabba E. Commento. P. 140.

690

Сулла продолжил преследование марсов, тогда как Марий не смог сделать это из-за неудобной местности (Аппиан. ГВ. I. 46. 201–202).

691

Pareti L. Op. cit. Vol. III. P. 541. Not. 3; Gabba E. Rome and Italy. P. 121.

692

De Sanctis G. Op. cit. P. 64. № 52; Gabba E. Rome and Italy. P. 121.

693

Gabba E. Commento. P. 141.

694

Pareti L. Op. cit. Vol. III. P. 541. Not. 3.

695

См.: Gabba E. Commento. P. 141.

696

De Sanctis G. Op. cit. P. 64. Not. 52.

697

Van Ooteghem J. Caius Marius. Bruxelles, 1964. P. 273 (с литературой). Вряд ли, однако, это мемуары самого Суллы. На них опирался Плутарх, но он не пишет об участии Суллы в упомянутом сражении. Между тем этот автор аккуратно фиксирует проявления вражды между обоими полководцами, даже если они касались незначительных эпизодов, как то было в случае с установкой Бокхом скульптурной группы на Капитолии (см. выше).

698

Примерно в таком духе и рассуждает симпатизирующий Сулле А. Кивни (Keaveney A. Op. cit. Р. 50).

699

Ж. Каркопино приписывает такую же уверенность и воинам Суллы (Carcopino J. Sylla ou la monarchic manquee. P., 1947. P. 101), хотя у Плутарха об этом не говорится.

700

Christ К. Sulla. Eine rornische Karriere. Munchen, 2002. S. 76.

701

Broughton T. R. S. Op. cit. Vol. II. P. 32.

702

Luce T. J. Op. cit. P. 183–184.

703

Gardner R. Op. cit. P. 192; Luce T. J. Op. cit. P. 183–185.

704

Luce T. J. Op. cit. P. 184–185.

705

Schur W. Op. cit. S. 122.