Сулла

В Корфиний заседал италийский сенат, состоявший, в отличие от римского, из 500 человек (Диодор. XXXVII. 2. 5). Если в Риме этот орган включал отбывших свой срок магистратов, то здесь, очевидно, речь шла о представителях, избранных общинами – участницами восстания.[656] Текущими делами ведали два консула – марс Квинт Попедий Силон и самнит Гай Папий Мутил, а также 12 преторов[657] (против шести у римлян) – Тит Лафрений, Гай Понтилий, Марий Эгнаций, Марк Лампоний, Гай Видацилий, Герий Азиний, Веттий Скатон и др. Повстанцы чеканили монеты, символизировавшие победу над Римом, – на одних италийский бык попирал римскую волчицу, на других была изображена увенчанная лаврами Италия, на третьих – Виктория с лавровой ветвью.[658]

Верность Риму сохранили латины, италийские греки и, разумеется, римские колонии на территории Италии. Этруски и умбры также не присоединились к восставшим, однако в их рядах не было единства – крупные землевладельцы тяготели к Риму, но они представляли лишь часть местного общества.[659]

Между тем в Риме решили «разобраться» с потерпевшими поражение реформаторами. Плебейский трибун Квинт Варий Север Гибрида провел закон об оскорблении величия римского народа, по которому подлежали суду те, кто словом или делом подталкивал союзников к восстанию (Асконий. 22 и 79С; Валерий Максим. VIII. 6. 4; Аппиан. ТВ. I. 37. 165).[660] Конечно, понимать такую формулировку можно было по-разному – одни в бунте италийцев винили тех, кто шел им на уступки, другие возлагали ответственность на «твердолобых». Но сейчас верх взяли сторонники «жесткой» линии и речь шла о сенаторах, сочувствовавших Друзу.[661] Под суд попал сам принцепс сената Эмилий Скавр – ему, впрочем, было не привыкать, он судился всю жизнь, выступая то как истец, то как ответчик.[662] Такой крепкий орешек оказался не по зубам обвинителю. «Варий из Сукрона утверждает, что Эмилий Скавр призывал к оружию союзников, а Скавр это отрицает. Кому вы больше поверите?» (О знаменитых мужах. 72.И).[663] Удар был не в бровь, а в глаз: Скавр напоминал о происхождении Бария из Сукрона – города в Испании. Трибун, хотя и принадлежал к числу римских граждан, не то что для Рима, но даже для Италии был чужаком. И как смеет этот наглец, давал понять подсудимый, нападать на самого принцепса сената? Скавр был оправдан.[664]

Привлекали к суду и другого видного человека – Марка Антония, консула 99-го и цензора 97 года, триумфатора, одного из лучших ораторов того времени (Цицерон. Тускуланские беседы. П. 57). Но и он, по-видимому, избежал опасности – вновь обвинители не рассчитали свои силы. Удалось оправдаться, судя по всему, и претору 91 года Квинту Помпею Руфу (Цицерон. Брут. 304).[665] Другим подсудимым повезло куда меньше. В изгнание пришлось уйти Гаю Аврелию Котте, Луцию Меммию, Муммию Ахейскому,[666] Луцию Кальпурнию Бестии[667] – видимо, тому самому, что уже однажды был несправедливо осужден во время Югуртинской войны.[668] Вообще суды до окончания войны рассматривали только дела по закону Бария, с какого-то момента отложив все прочие иски (A

Стороны приготовились к схватке. Италийцы мобилизовали порядка ста тысяч человек.[671] Примерно такими же были и силы римлян,[672] хотя, как добавляет Аппиан, они частично состояли из италийцев, продолжавших сохранять верность Риму (ГВ. I. 39. 177). В целом, конечно, потенциал Рима превосходил возможности союзников,[673] но успеет ли он реализовать свой перевес? И что, если те из италийских общин, которые пока сохраняли лояльность, перейдут на сторону инсургентов? Об этом в сенате старались не думать. Воистину, «никогда со времен войн с самнитами и Пирром, даже в самые черные дни после Канн, римское господство над Италией не подвергалось столь тяжелым испытаниям»![674]

На войну выступили оба консула 90 года – Луций Юлий Цезарь[675] и Публий Рутилий Луп. Первому достался, выражаясь современным языком, южный фронт, второму – северный. Легатами обоих стало немало прославленных военачальников. Под командованием Цезаря служили консул 97 года Публий Лициний Красе, справивший триумф над лузитанами (отец триумвира Марка Красса); консул 98 года Тит Дидий, отпраздновавший триумфы над скордисками и кельтиберами; герой битвы при Аквах Секстиевых Марк Клавдий Марцелл; знатный, но ничем не зарекомендовавший себя Публий Корнелий Лентул;[676] а также Луций Корнелий Сулла. Под началом Рутилия оказались сам Гай Марий; участник боев с фракийцами будущий консул и триумфатор Гней Помпеи Страбон (отец Помпея Великого); а также двое нобилей, не прославивших себя громкими подвигами, – Гай Перперна и Валерий Мессала. В качестве проконсулов приняли командование консул 91 года Секст Юлий Цезарь и злейший враг Друза Квинт Сервилий Цепион, в ранге пропретора – Луций Порций Катон.[677]

«Стратегия повстанцев, которую они, разумеется, планировали заранее, состояла в том, чтобы вести наступление на всех фронтах; ее главной задачей являлся захват латинских колоний и в целом римских анклавов внутри зоны, контролируемой ими самими».[678] В соответствии с этими принципами италийцы и начали действовать.

Начало войны оказалось неудачным для римлян. Веттий Скатон разбил Луция Цезаря под Эзернией; сама Эзерния, старинная латинская колония, была осаждена. Сулла, по словам Орозия, прибыл с 24 когортами под Эзернию и нанес врагам тяжелые потери. Фронтин же рассказывает, что Сулла, застигнутый среди теснин неприятелем, завел переговоры с италийским командиром Дуилием. Воспользовавшись ослаблением бдительности повстанцев, он сумел увести войско у них из-под носа с помощью нехитрого трюка – трубач создавал «эффект присутствия», тогда как прочие воины улизнули из лагеря с обозом и боевыми машинами. По-видимому, смысл этой не вполне ясной операции таков: Сулла прорвал кольцо блокады и подвез продовольствие осажденным, что позволило им еще какое-то время продолжать оборону.[679] Если же это была попытка снятия осады, то она не удалась.[680] Вскоре Эзерния пала, сломленная голодом (Аппиан. ТВ. I. 41. 182; Фронтин. Стратегемы. I. 5. 17; Орозий. V. 18. 16).[681]

Из-за наступления италийцев армия Публия Красса была отрезана в Лукании,[682] Марк Лампоний разбил ее и отбросил к Грументу. Марк Эгнаций овладел Венафром, Папий Мутил – Нолой,[683] Стабиями, Саперном, Гай Видацилий – Канузием, Венузией и, видимо, Салапией. Однако вскоре Цезарю удалось разбить Папия под Ацеррами – первый серьезный успех римлян в ходе Союзнической войны.[684] Ацерры были важным стратегическим пунктом, обеспечивавшим связь между Капуей и крупной латинской колонией Беневент. В итоге «на этом фронте сложилась патовая ситуация, которая продемонстрировала, что наступление повстанцев в Кампании, несмотря на первоначальные успехи, выдохлось».[685] Войска провозгласили Цезаря императором, а сенат еще и повелел гражданам снять сагумы – военные плащи, в которые они облачились с началом войны в знак особой опасности, – и вновь надеть тоги (Аппиан. ТВ. I. 41–42; Ливии. Периоха 73; Орозий. V. 18. 11 и 14–15).

656

De Sanctis G. Op. cit. P. 40–41; Gabba E. Rome and Italy. P. 118.

657

Диодор. XXXVII. 2. 5.

658

См., напр.: Sydenham E. A. Op. cit. P. 91–94. № 618–621, 627–629, 634, 641. Высказывалось мнение, что союзники чеканили монеты из золота, присланного им царем Понта Митридатом VI Евпатором, который начал войну против Рима в 89 году (Letzner W. Lucius Cornelius Sulla. Versuch einer Biographie. Minister, 2000. S. 126. Anm. 85).

659

De Sanctis G. Op. cit. P. 38.

660

Формулировка закона Бария у Аскония (79С) сходна с положениями закона Мамилия во время Югуртинской войны (Саллюстий. Югур-тинская война. 40.1; Gruen Е. S. The lex Varia. P. 59). Это и неудивительно, если учесть типологическое сходство ситуаций – всеобщая истерия и поиск виновных. Но было одно важное теоретическое различие: в Мамилиевом законе, в отличие от Вариева, не шла речь об оскорблении величия римского народа (Seager R. Lex Varia de maiestate // Historia. Bd. 16. 1967. P. 40).

661

Аппиан сначала пишет о преследованиях по закону Бария, а потом уже о восстании союзников – получается, что они взбунтовались, поскольку лишились своих защитников в Риме (Badian Е. Queastiones Variae // Historia. Bd. 18. 1969. P. 459–460).

662

См.: Klebs E. Aemilius (140) // RE. Bd. I. 1894. Sp. 585–586.

663

Валерий Максим связывает этот процесс с обвинениями Скавра в том, будто он получил взятку от Митридата VI Понтийского (III. 7. 8), но это явная ошибка (Klebs Е. Op. cit. Sp. 586).

664

Gruen Е. S. The lex Varia. P. 61, 63; Seager R. Op. cit. P. 42; Badian E. Op. cit. P. 467.

665

Gruen E. S. The lex Varia. P. 61, 65, 67; Seager R. Op. cit. P. 42; Badian E. Op. cit. P. 457. В. Шур считает (вряд ли основательно), что Антоний добровольно ушел в изгнание (Schur W. Das Zeitalter des Marius und Sulla. Leipzig, 1942. S. 115).

666

Иногда считается, что под Муммием подразумевается только что упомянутый Меммий, просто произошла путаница в передаче имен (Pareti L. Op. cit. Vol. III. P. 536 e n.3; Gruen E. S. The lex Varia. P. 66–67). Более вероятно, однако, что это сын или внук разрушителя Коринфа Луция Муммия (подробно см.: Badian Е. Op. cit. Р. 469 а. п. 65).

667

Рай Котта и Луций Бестия предпочли уйти в изгнание, не дожидаясь приговора (Аппиан. ТВ. I. 37. 167).

668

De Sanctis G. Op. cit. P. 46–47; Gruen E. S. The lex Varia. P. 64–65.

669

Асконий (73C) пишет, что закрылись все суды, включая и те, которые рассматривали обвинения по закону Бария, но это недоразумение, основанное на неверном понимании Асконием своего источника (Badian Е. Op. cit. Р. 452–460).

670

Любопытно, однако, что Аппиан в данном случае хранит молчание, хотя в других случаях он охотно рассказывает о предвестиях бедствий (ГВ. I. 83; П. 36; IV. 4 и др.).

671

Цифра вполне достоверная (Gabba Е. Commento. Р. 129–130). Г. Де Санктис считает, что речь может идти даже о 121 тысяче человек (De Sanctis G. Op. cit. P. 49). В русском переводе Аппиана ошибка: армия повстанцев «состояла приблизительно из 100 тысяч пехоты и такого же количества конницы» (Аппиан. Гражданские войны. М., 1994. С. 30).

672

По подсчетам В. Шура – до 140 тысяч человек (Schur W. Op. cit. S. 117. Anm. 2).

673

Gabba E. Rome and Italy. P. 120.

674

Heichelheim F. M., Yeo C. A. A History of the Roman People. Prentice-Hall, 1962. P. 193.

675

У Аппиана ошибочно именуется Секстом (ГВ. I. 40. 178 и далее; Gabba Е. Commento. Р. 130; Broughton T.R.S. Op. cit. Vol. П. P. 25).

676

Предполагалось, что по недоразумению именем Лентула назван Катул, но эта гипотеза вызвала возражения (см. обзор дискуссии: Broughton T.R.S. Op. cit. Vol. II. P. 31; Gabba E. Commento. P. 131).

677

См. комментарии и ссылки на источники: Broughton Т. R. S. Op. cit. Vol. П. P. 27–30; Gabba E. Commento. P. 130–131; De Sanctis G. Op. cit. P. 51–52.

678

Gabba E. Rome and Italy. P. 119.

679

De Sanctis G. Op. cit. P. 61. Предположение Э. Т. Сэлмона о том, что Сулла вывел из Эзернии часть гарнизона (Salmon Е. Т. Samnium and the Samnites. Cambr., 1967. P. 359), не находит опоры в источниках (Keaveney A. Sulla. The East Republican. Г.; Canberra, 1982. P. 55. Not. 40).

680

Gabba E. Rome and Italy. P. 121.

681

А. Кивни предполагает, что именно действия Суллы не дали восставшим развить успех в Кампании и Лации (Keaveney A. Op. cit. Р. 50). Однако никаких оснований для этого, кроме симпатий ученого к Сул-ле, нет.

682

Gardner R. The First Phase of the Social War // САН. Vol. IX. Cambridge, 1932. P. 193.

683

В Ноле попал в плен претор Луций Постумий (Ливии. Периоха 73).

684

De Sanctis G. Op. cit. P. 62.

685

Gabba E. Rome and Italy. P. 121.