Страница 83 из 160
— Хорошо. На самом деле это идеальный вариант, так как вещество дольше задержится там, где течение слабее — в болоте. Так, следующее… Что там со все тем супертермитом, что вы производили в прошлом году? Осталось еще что-нибудь?
— На заводе нет ничего. Однако на складе его просто тонны. Это был заказ для армии, и мы все ждем, когда его заберут. Должен вас предупредить, что с ним надо обращаться очень осторожно. Вы знаете что-нибудь о нем?
— Немного, но мне нужно знать больше.
Дженкинс указал на экземпляр «Уикли Рэй», который до сих пор лежал на рабочем столе, и Феррел вспомнил, что читал что-то о нем — в части, которая не слишком изобиловала техническими подробностями. Супертермит представлял собой бинарный заряд: два сверхтяжелых элемента, хранившихся в отдельных контейнерах. Каждый из них в отдельности не был особенно активным и не мог найти какого-либо применения, но стоило им соединиться, как между ними происходила ядерная реакция с выделением огромного количества тепла, побочного излучения было очень мало.
— Разогревается примерно до двадцати тысяч градусов, да? В каком виде он хранится?
— В десятифунтовых жестянках с хрупкими перегородками внутри. Стоит ударить коробку, как начинается реакция. Хок объяснит лучше: это его детище, — Палмер потянулся к телефону. — Еще что-нибудь? Тогда идите на место и приступайте к работе. Когда вы доберетесь до конвертера, рабочие уже будут готовы. Я присоединюсь к вам, как только раздам все ваши распоряжения.
Док проследил, как Дженкинс вышел с Хокусаи, а спустя несколько минут за ними последовал и Палмер, оставив Феррела в лазарете наедине с Йоргенсоном и собственными мыслями. Они были совсем не радостными. Расстояние, отделявшее Феррела от тесного круга посвященных, было слишком велико, чтобы он мог до конца разобраться в происходящем, и в то же время он знал достаточно, чтобы понимать, какая опасность им грозила. Теперь можно было и поработать, чтобы хоть немного отвлечься.
Досадуя на самого себя, доктор взялся за образцы крови женщины-»з вонаря», о которой говорил с Палмером вчера утром. Подготовить препарат и поместить его под объектив микроскопа не составило особого труда. Он начал внимательно изучать клетки крови. Ничего особенного в этом образце не было. Избыток лейкоцитов и слишком большое количество молодых эритроцитов было обычным симптомом. Все указывало на миелогенную лейкемию. Если этой женщине срочно не оказать медицинскую помощь, не позже чем через год она умрет.
Это значило, что Палмеру волноваться в этой связи не о чем, а также то, что доку снова было нечего делать. Он изогнулся в кожаном кресле и попробовал заставить себя уснуть, но напрасно. Его напряженный слух следил за любыми звуками, доносящимися снаружи. С улицы слышались рев и гудение кранов и танковых моторов, крики, поспешно отдаваемые приказы и перекрывающий все звуки — раздражающий мерный стук отбойных молотков по металлу. Эти звуки могли значить что угодно и не говорили ему ни о чем. «Декамерон» казался скучным, виски был резким и противным на вкус, а раскладывать пасьянс и при этом не жульничать было тяжело.
В конце концов он сдался и направился к палатке полевого госпиталя у дверей медпункта. Йоргенсону будет лучше, если за ним будет присматривать кто-нибудь из персонала клиники Мэйо, а там, может быть, его помощь тоже окажется нелишней. Выходя через заднюю дверь, он услышал гул приближающихся вертолетов. Тяжело груженные транспортные машины начали садиться где-то за ближайшими зданиями. Мимо него в сторону посадочной площадки пробежала группа рабочих и скрылась из виду. Феррел подумал, что любой из н х может в самом ближайшем времени оказаться у него на столе буквально напичканный изотопом. Однако так как теперь они нашли способ избавляться от него, не прибегая к хирургическому вмешательству, это не имело такого уж большого значения.
У входа в палатку госпиталя его встретил Блейк. И по всему было видно, что он вполне доволен своим теперешним положением, когда может руководить и распекать других.
— Проваливай, док. Мы здесь и сами справимся, а тебе нужно отдохнуть. Я не хочу, чтобы ты попал в число пострадавших. Какие последние новости с фронта? К чему вы там пришли?
— От Йоргенсона мы так ничего и не добились, но у нашего малыша появилась идея, и теперь они все отправились к конвертеру проверять ее, — док постарался говорить как можно более обнадеживающе, хотя сам уже мало на что надеялся. — Я тут подумал, а не перенести ли сюда и Йоргенсона. Он до сих пор без сознания, но ему, похоже, больше ничего не угрожает. Где Браун? Ей, возможно, захочется узнать, что происходит. Если только она не спит…
— Она — спит? Это когда наш малыш на ногах? Ого, ну вы и сказали! Ее же мучает комплекс матери. Она должна все время беспокоиться о нем, — сказал Блейк с усмешкой. Заметив, как они с Хоком выходили из лазарета, она пристроилась за ними, так что теперь уже на месте событий и сама все знает. Хотел бы я, чтобы Энн хоть однажды так же побежала за мной. О, Дженкинс — чудо-ребенок! Ну да ладно, все это уже не мое дело. Я не собираюсь начинать волноваться, пока не отдадут соответствующего приказа. Хорошо, док, я распоряжусь, чтобы Йоргенсона перенесли из операционной, и через пару минут он будет здесь, а вы пока найдите себе где-нибудь койку да вздремните немного.
Док ответил что-то невнятное и стал пристально рассматривать великолепное современное оборудование госпиталя.
— Я только что прописал то же самое, но пациент не может принимать это лекарство. Лучше попробую выловить Браун, так что если я вам понадоблюсь, дайте вызов по громкой связи.
Он направился к Четвертому Номеру. Феррел поймал себя на мысли, что его все время тянуло к конвертеру, но он боялся быть лишь досадной помехой. Что ж, если Браун можно отправиться туда, почему бы и ему не сделать этого?
Он прошел мимо машинного цеха, отметив про себя, что там вовсю кипит работа, и направился дальше — мимо Третьего Номера, вокруг которого суетилось множество рабочих. Они снимали с корпуса длинные секции тяжелых трубопроводов и другое оборудование. Путь ему преградило веревочное ограждение, натянутое вокруг Третьего Номера, и Феррел пошел вдоль него, выискивая в толпе Браун или Палмера.
Первой его заметила Браун.
— Эй, доктор Феррел, лезьте сюда, в грузовик. Я думала, вы придете раньше. Отсюда все можно увидеть поверх голов, а нас самих при этом не затопчут.
Свесившись из кузова, она протянула ему руку, чтобы помочь забраться внутрь. Он отверг ее помощь, и она слегка улыбнулась, когда он проворно поднялся наверх. Ему пришлось сделать это несколько энергичнее, чем можно было позволить себе, но ведь не настолько же он стар, чтобы девушка помогала ему!
— Ну и что здесь происходит? — спросил он, усаживаясь на скамейку, поставленную поперек кузова.
С нее был виден и конвертер, и суетящиеся вокруг него рабочие. Казалось, что работа кипит сразу в дюжине мест, силовые линии деятельности пересекались, и складывалось впечатление, что вся масса людей движется совершенно беспорядочно.
— Я знаю не больше вашего. До сих пор я не видела своего мужа, хотя Палмер и нашел достаточно времени, чтобы выставить меня оттуда.
Феррел переключил свое внимание на вертолеты: непрерывно подлетали все новые и новые машины, разгружались и улетали, а на их место прибывали другие. Док догадался, что в коробках, которые из них выгружали, были маленькие супертермитные заряды. Из всего происходящего ему была понятна только эта, самая неинтересная, деталь. Другие рабочие были заняты сборкой больших секций трубопроводов, которые он уже видел. Они присоединяли одну трубу к другой, и так до бесконечности, а танки подцепляли этих огромных змей и тащили их в сторону маленькой речушки, что бежала позади завода.
— Это, должно быть, вытяжные вентиляторы, — сказал он Браун, показывая на них. — Хотя я и не знаю, какие еще инструменты они натащили сюда.
— Я знаю. Однажды я была на заводе отца Боба, — она вопросительно приподняла бровь и посмотрела на Феррел а.