Страница 27 из 69
Воцарившийся после смерти Абгара его сын не оказался наследником отцовских добродетелей; он открыл храмы идолов и признал языческие обряды. Он послал к Аддэ (с требованием) изготовить ему головной убор из тончайшего полотна, затканный золотом, какой тот прежде делал для его отца. И получил ответ: «Не изготовят мои руки убор для недостойной головы, которая не поклоняется Христу, Богу живому». И тотчас он приказал одному из оруженосцев отсечь ему ноги мечом. Оруженосец отправился и, увидев Аддэ сидящим на учительском стуле, вынул меч и отрубил ему ноги по колено, и тот тут же испустил дух. Это мы рассказали лишь в общих чертах и вкратце, как нечто уже рассказанное другими.
Но Армении достался в удел также апостол Варфоломей[179], который принял мученическую смерть у нас, в городе Аребаносе[180]. Что до Симона, который достался в удел Персии, то не могу поведать ничего достоверного о том, что он свершил и где он принял мученическую кончину. У иных говорится, что некто Симон принял мученическую смерть в Вериоспоре[181]; тот ли это Симон я что его привело туда – я не ведаю, а упоминаю лишь с тем чтобы ты знал, что мне не жаль никаких усилий, чтобы рассказать тебе все необходимое.
35
О царствовании Санатрука и истреблении детей Абгара; о царице Елене
Санатрук, воссев на престол, собирает рать при помощи своих доблестных воспитателей из родов Багратуни и Арцруни, чтобы сразиться с сыновьями Абгара и завладеть всем царством. Но пока он собирался, сыну Абгара по Божьему мановению воздалось отмщение за смерть Аддэ. Ибо когда в горнице его дворца по его желанию устанавливали мраморную колонну, а он стоял внизу и давал указания, как и что надо делать, колонна выскользнула из рук, державших ее, упала на него и, раздробив ему ноги, лишила жизни.
И тотчас к Санатруку прибыл посланец жителей города с предложением сдать город и царские сокровища, с условием, что он не будет отвращать их от христианской веры. Тот дал согласие, но впоследствии отступился и предал мечу всех отпрысков дома Абгара, за исключением девиц, которых выслал из города и поселил в стороне Хаштеанка. Равным образом и главную жену Абгара, по имени Елена, он отправил на проживание в ее собственный город Харран[182], оставив ее правительницей всей Месопотамии, взамен благ, полученных им от Абгара при ее посредстве.
Елена же, украшенная, подобно своему мужу Абгару, верой, не вынесла жизни среди идолопоклонников и в дни Клавдия[183], во время голода, предсказанного Агабосом, отправилась в Иерусалим. Отдав все свои богатства, она закупила в Египте большое количество пшеницы и раздала всем голодающим, о чем и свидетельствует Иосиф. Ее примечательная могила перед воротами Иерусалима сохранилась до сегодняшнего дня.
36
Об обновлении города Мцбина; наречение имени Санатруку и его смерть
Из прочих деяний Санатрука мы не сочли достойным упоминания ничего, кроме перестройки города Мцбина. Город, поврежденный землетрясением, он разрушил до основания и вновь отстроил в более великолепном виде, окружив двойной стеной и валом. Посреди (города) он установил свою собственную статую, с одной-единственной монетой в руке, что означает нечто такое: все мои сокровища истрачены на строительство города; осталось только это.
Однако надо бы рассказать, почему он был наречен Санатруком. Случилось как-то, что сестра Абгара Авге, направлявшаяся в зимнюю пору в Армению, в горах Кордука была застигнута метелью. Вьюга всех рассеяла, так что никто не знал, в какую сторону разбросало его спутников. Кормилица же его Санот, сестра Бюрата Багратуни, жена Хосрена Арцруни, взяв его, поместила его, иесмышленного младенца, между своими грудями и остаралась под снегом три дня и три ночи. Легенда гласит, что младенца хранило некое новоявленное дивное животное белого цвета, посланное богами. Но насколько мы разузнали, произошло следующее: младенца с кормилицей обнаружила белая собака, сопровождавшая вышедших на поиски. И вот, от имени его кормилицы произошло его имя Санатрук, означающее как бы «дар Санот»[184].
Он начал царствовать в двенадцатом году персидского царя Арташеса, правил тридцать лет и погиб на охоте от случайной стрелы, попавшей ему в живот, как бы поплатившись за мучения своей святой дочери. Лебубна[185], сын писца Апшадара, описал все деяния, (совершенные) в дни Абгара и Санатрука, и поместил (запись) в архив Эдессы.
37
Царствование Ерванда и истребление сыновей Санатрука;
бегство и спасение Арташеса
После смерти Санатрука в царстве наступает некоторый беспорядок, ибо на восьмом году Дария Последнего на престол вступает некий Ерванд, сын женщины из (рода) Аршакуни. В преданиях о нем рассказывается, что некая женщина из рода Аршакуни, телом огромная, с крупными чертами лица, похотливая, на которой никто не отважился жениться, родила двух мальчиков от противоестественного соития, как Пасифая – Минотавра[186]. Мальчики подросли, и их назвали именами Ерванд и Ерваз. Ерванд, возмужав, выделялся храбростью и могучим телосложением. Он настолько отличился в делах, на которые Санатрук посылал его в качестве начальника и предводителя, что стал первым среди армянских нахараров. Своей скромностью и щедростью он привлекал к себе всех. И когда умер Санатрук, он единодушно был возведен на престол, однако без обряда коронования его мужами из рода Багратуни[187].
Но, став царем, Ерванд начинает опасаться сыновей Санатрука и истребляет их всех. Казалось, что осуществилось возмездие за убийство сыновей Абгара. Но одного мальчика, по имени Арташес, забирает его кормилица и бежит в края Хера, в пастушеские станы Малхазана[188], и посылает весть его воспитателю, Смбату, сыну Бюрата Багратуни, в область Спер[189], в селение Смбатаван. Как только до Смбата, сына Бюрата, доходит скорбная весть о смерти Санатрука и зловещий слух об истреблении его сыновей, он помещает своих дочерей Смбатануйш и Смбатурхи в Байберде[190], оставив в крепости храбрых мужей, и с одной только (своей) женой и немногими спутниками отправляется на поиски младенца Арташеса. Узнав об этом, царь Ерванд рассылает следопытов. Поэтому Смбат, переодетый, непрестанно бродит пешком по склонам гор и по полям вместе с младенцем, вскармливая его в пастушеских станах среди скотопасов, пока, улучив время, не переходит к персидскому царю Дарию[191]. И так как Смбат, муж храбрый, был давно (здесь) известен, то был принят с великим почетом, наравне с персидскими военачальниками, так же как и мальчик – с царскими сыновьями. Местожительство же они себе избрали в областях Бад и Озомн[192].
38
О попытках Ерванда захватить молодого Арташеса и об утрате Месопотамии
Ерванд в мыслях о том, какая угроза для его царствования зреет в Стране маров[193], с тревогой в сердце, утратил сладость спокойного сна. Снедаемый постоянными заботами об этом наяву, он и в дремоте видел ужасные сны о том же предмете. Поэтому он старался склонить персидского царя к выдаче ему Арташеса, засылая к нему вестников с дарами и говоря ему: «Единокровник ты мой и сородич! Зачем ты вскармливаешь против меня и моего царства мара Арташеса[194], прислушиваясь к словам разбойника Смбата, который твердит, что Арташес является сыном Санатрука, пытаясь выдать отродье пастухов и скотопасов за Аршакуни и представить его как твоего кровного сородича? Не сын он вовсе Санатрука; просто Смбат, найдя по ошибке какого-то молодого мара, только им и бредит». Также и к Смбату слал он многократно гонцов со словами: «Зачем трудишься попусту? Ведь, обманутый кормилицей, ты вскармливаешь против меня отродие мара». И получает в ответ нелюбезные слова. Тогда Ерванд посылает людей и истребляет храбрецов в Байберде, а дочерей Смбата берет в плен и содержит в крепости Ани[195] нехудшим образом.