Страница 36 из 71
Поздней ночью припозднившийся крестьянин, проходя у подножия замка, мог слышать крики, рычание, неистовый смех, который сменяли рыдания. Иногда в этих звуках можно было с трудом различить женское имя. Надвинув шапку на уши и опустив глаза, крестьянин прибавлял шаг и быстро крестился. Придя домой, он шептал жене, чтобы не слышали дети.
– Я опять слышал крики этого сумасшедшего колдуна…
Перекрестившись, в свою очередь, жена замечала:
– Святая мадонна! Когда же он кончит кричать? Крики смолкли летней ночью 23 августа 1795 года.
Калиостро маг, колдун, якобы познавший секрет вечной жизни и молодости, умер.
СВАДЬБА ЦЕЗАРЯ БОРДЖИА
Заходящее солнце отражалось в водах Вьенки тысячью огней и окрашивало серые стены замка Шенои рыжеватыми бликами. Внизу под замком ярко рыжела черепица городских крыш. То был один из первых погожих дней мая 1499 года; солнце щедро дарило свое тепло отвыкшей от него земле, природе и людям, которые наслаждались в его лучах. По реке бесшумно скользили лодки рыболовов, а там наверху, в замке, который казался спящим, тишину нарушало лишь постукивание алебарды стражника по помосту Стены. Порою прощальный солнечный луч высвечивал каску лучника, застывшего у проема бойницы. Словом, в воздухе было разлито спокойствие.
Однако, запершись в своих апартаментах в башне Буасси, неподалеку от той часовни, где в свое время молилась Жанна д'Арк, Цезарь Борджиа испытывал полнейшее безразличие к царящим вокруг красоте и покою. Как обычно, он был одет в костюм из черного бархата и в настоящий момент под испуганными взглядами своих приближенных, не произнося ни слова, мерил комнату нервными шагами. В пальцах он раздраженно вертел маленький золотой шарик с благовониями, с которым он никогда не расставался… В те же моменты, когда им овладевало раздражение, он начинал буквально жонглировать этим шариком, отчего его пальцы пропитались неистребимым запахом благовоний.
В комнате находились люди из его свиты – мажордом Рамиро де Лорка, секретарь Агапито и два дворянина: Жан Журдан Орсини и Бартоломео Капраника – все они с тревогой ожидали неизбежного взрыва гнева своего господина. Они прекрасно знали, что скоро он схватит первую попавшуюся под руки вещь и растопчет ее ногами. Молчание становилось гнетущим.
Цезарь уже приготовился к срыву, он подошел к столу, одним духом опрокинул бокал вина и поискал глазами обо что бы ему этот бокал разбить, но в этот момент в массивную дубовую дверь комнаты постучали. Затем, не дожидаясь разрешения, в нее вбежал человек, упавший перед Цезарем на колени.
– Прибыл гонец из Наварры, монсеньер, – воскликнул он. – Он привез согласие на ваш брак.
Цезарь пощадил бокал, поставив его на место, но лицо его оставалось суровым.
– Каким образом ты узнал, что именно он привез?
Мигель Корелло, которого называли еще Микелетто, поднялся с колен и улыбнулся. То была кровожадная улыбка, впрочем, весьма характерная для этого мастера черных дел. Все знали, что Микелетто исполняет самые темные и грязные поручения Цезаря Борджиа, а за счет этого пользуется его особым доверием.
– Довольно просто заставить человека рассказать все, что требуется от него узнать. Достаточно остановить его в укромном месте и хорошенько тряхнуть…
– Ты что, рехнулся? Что ты натворил? Не забывай, что здесь не Рим и что у нас и так неважная репутация!
Микелетто непринужденно и даже несколько вызывающе пожал плечами.
– Он в полном порядке, монсеньер. Я всего лишь вежливо поговорил с ним, уперев кончик своего кинжала в его горло, спросил его, какие новости он везет сюда. Вроде бы новости хорошие, и скоро состоится свадьба. Конечно, гонец здорово перепугался. Зато теперь ему стыдно, и он никому не расскажет о случившемся.
На лице новоявленного герцога Валентинуа наконец-то заиграла долгожданная улыбка. Вернувшись к столу, он опустошил подряд несколько кубков, а затем, подняв еще один, подошел к своим приближенным с сияющим видом:
– Ну что ж, друзья мои, кажется, дело сделано. Скоро вы все хорошенько выпьете на свадьбе вашего господина с девицей д'Альбре – самой красивой девушкой Франции.
Цезарь Борджиа имел для радости все основания. Полученное им согласие на брак стало итогом долгой запутанной игры, целой интриги, к которой подключились высшие политические интересы. Вся афера со сватовством началась менее года назад.
Впрочем, напомним вкратце о жизненной карьере самого жениха.
Церковные нравы того времени, мягко говоря, не отличались строгостью. Второй сын Папы Александра VI – Цезарь вступил на жизненное поприще, став священником. Излишне объяснять, почему его восхождение по ступеням церковной иерархии было стремительным: в пятнадцать лет он стал епископом Памплоны, в шестнадцать – архиепископом Валенсии, а в семнадцать – кардиналом римской курии.
Однако церковная жизнь, даже в роли римского кардинала, свободная, полная роскоши и запретных удовольствий, не удовлетворяла Цезаря. Он мечтал о завоевательных походах, военной славе, о положении правителя государства. Вот почему он откровенно ненавидел своего старшего брата Хуана, которого Папа сделал главнокомандующим армией Святого престола, присвоив ему титул герцога Кандиа и найдя ему великолепную брачную партию в Испании. Но он еще и презирал брата, считая его слабаком, человеком, который не может взять от судьбы всего того, что, казалось бы, само идет ему в руки.
Злые языки шепотом передавали, что ненависть братьев друг к другу питала еще их любовь к сестре Лукреции. Впрочем, Рим уже начал привыкать к взаимной вражде двух папских сыновей, когда наступила трагическая развязка. Однажды утром в водах Тибра был найден труп Хуана с девятью кинжальными ранами. Разумеется, вся Италия дружно решила, что за спиной убийц стоит кардинал Цезарь.
Несмотря на искреннее горе Папы, расследование скоро было прекращено, не приведя ни к какому результату. Вскоре Цезарь сбросил с себя кардинальскую сутану, вынудив отца предоставить ему простор для мирской карьеры. Он твердо решил стать королем. Но для этого ему надо было жениться на богатой наследнице.
Как раз в этот момент скончался король Франции Карл VIII, с разбегу врезавшийся лбом в притолоку низкой лестницы. Его жена, прекрасная герцогиня Анна Бретанская, осталась вдовой. Корона перешла к герцогу Орлеанскому, который стал Людовиком XII. Тот еще несколько лет ранее женился на Жанне Французской – добродетельной, но уродливой дочери Людовика XI.
Став королем, Людовик XII, уже давно влюбленный в королеву Анну, стал настаивать, чтобы Папа расторг его брак с Жанной. Александр VI никогда не руководствовался моральными соображениями. Теперь же он и его сын Цезарь сочли, что у них есть возможность для заключения удачной сделки. Папа расторгнет брак короля и хромой Жанны, но в обмен он просит «для своего возлюбленного сына Цезаря» герцогство Валансьен во Франции и руку одной из принцесс королевского дома.
Ради того, чтобы жениться на Анне, Людовик готов был заложить душу дьяволу. Он принял условия сделки, а вскоре во Францию с роскошной свитой отбыл Цезарь, который вез с собой папскую буллу о расторжении брака.
Цезарь прибыл в Шенои, где обретался король, пока в его замке в Блуа шли ремонтные работы. Встреча их состоялась накануне Рождества. А в начале января следующего года Людовик XII, поспешно упрятав Жанну в монастырь, женился в Нанте на Анне Бретанской. Оставалось выполнить по отношению к Цезарю, уже ставшему герцогом Валансьенским и графом Дье, вторую часть договора, подыскав ему невесту королевских кровей. Тут все оказалось сложнее. Ни одна из французских принцесс и слышать не желала о браке с кардиналом-расстригой, подозревавшемся в убийстве собственного брата и сожительстве со своей сестрой!
Однако решающее слово вновь осталось за политикой. Получив несколько отказов, Цезарь наконец договорился с регентом Наварры Аленом д'Альбре. Разумеется, дочь последнего Шарлотта должна была стать женою Цезаря в обмен на целый ряд политических выгод, которые извлекал для себя из этого брака регент.