Страница 93 из 126
— Просто мы выросли. — Усмехнувшись, Ки потянул Тобина за руку. — Идем, я тебе это докажу.
Нари сохранила все в их бывшей комнате таким, как в день их отъезда, и даже в соседней комнате все так же стояли игрушечный город и несколько фигурок, сделанных Тобином в детстве. А в спальне, на подставке в углу, все так же висела кольчуга герцога.
— Ну-ка, — сказал Ки, — ты уже сто лет ее не примерял.
Тобин натянул кольчугу через голову, а потом, нахмурившись, уставился на их с Ки отражения в зеркале.
— Видишь, какой ты высокий, — сказал Ки.
Да, он был высоким, но все таким же худощавым. Плечи кольчужной рубахи наполовину свисали с его плеч, а рукава были слишком длинны. Подшлемник соскользнул до самых глаз.
— Но ты еще слишком тощий для нее. — Ки водрузил на голову Тобина старый шлем и легонько стукнул по нему костяшками пальцев. — Ну хотя бы шлем впору. Ну же, развеселись наконец! Король сказал, что позволит нам патрулировать побережье, когда мы вернемся. Лучше пираты и грабители, чем вообще ни с кем не драться, разве не так?
— Наверное, да.
Тобин уголком глаза заметил какое-то движение в комнате и, повернувшись, увидел Брата, смотревшего на него из тени. Он был в такой же кольчуге, но на нем она сидела как влитая. Тобин стащил с головы шлем, подшлемник, снял кольчугу и повесил ее на подставку. Когда он снова оглянулся, призрак уже исчез.
Впервые за всю жизнь Тобина большой холл его старого замка был наполнен друзьями и охотниками, музыкой и смехом. В очаге весело потрескивал огонь, освещая расставленные столы и бросая тени на расписанные стены. Между столами мельтешили шуты, а галерея менестрелей в противоположном конце холла была битком набита музыкантами. Весь дом наполнился веселыми звуками праздника.
Повариха, видимо, заключила некое соглашение с горожанами и горделиво руководила приготовлениями к щедрому пиру. Нари, в новом платье из коричневой шерсти, выступала в роли управляющей. Из других женщин в доме были только служанки и актрисы. Алия, опять носившая ребенка, осталась в доме матери, под пристальным наблюдением дризидов.
Сидя на почетном месте рядом с Тобином, Фарин задумчиво смотрел в зал.
— Я не видел этот дом таким с тех пор, как мы были мальчишками.
— О, тогда мы тут здорово веселились! — сказал король, поднимая свой кубок, чтобы чокнуться с Тобином. — Твой дед устраивал великолепную охоту — олени, медведи, даже горная рысь! Я просто дождаться не могу завтрашней прогулки.
— И еще мы приготовили кое-что особенное на твой день рождения, — сказал Корин, подмигивая отцу.
Тепло и веселое общество улучшили настроение Тобина, и он радостно присоединился ко всем, когда начались песни, а потом и пьяные игры. К полуночи он напился почти так же, как Корин. Вокруг были друзья, звучала музыка, и он позволил себе ненадолго забыть о пророчестве и печали; наконец-то он почувствовал себя хозяином в собственном доме.
— Мы ведь всегда будем друзьями, правда? — спросил он, прислонившись к плечу Корина.
— Друзьями? — расхохотался принц. — Скорее братьями, а? Тост в честь моего маленького братца!
Все весело загомонили, поднимая кубки. И Тобин тоже поднял свой, но смех застрял у него в горле, когда он вдруг заметил две темные фигуры, возникшие в дальнем углу галереи менестрелей. Не обращая внимания на скрипача, пилившего смычком рядом с ними, они шагнули вперед. Это были Брат и Ариани. Тобин похолодел, увидев мать. Это была совсем не та добрая нежная женщина, что учила его писать и рисовать. С окровавленным лицом, с горящими ненавистью глазами, она обвиняюще вытянула вперед руку, пальцем указывая на короля. И тут же оба призрака растаяли, но Тобин успел рассмотреть, что именно Ариани держала под другой рукой.
Он почти ничего не помнил после этого. Как продолжался пир, что говорили люди… Когда наконец было покончено с десертом, он сослался на сильную усталость и поспешил подняться наверх. Его дорожный сундук все еще был заперт, однако, открыв его и перевернув все туники и рубашки, Тобин обнаружил, что кукла исчезла — как он и боялся.
— Ну и отлично. Я очень рад! — заявил Тобин пустой комнате. — И оставайтесь здесь вместе, как всегда.
Он говорил серьезно и сам не понимал, почему вдруг его глаза наполнились слезами.
Глава 44
Погода стояла отличная, и охота безусловно удалась. Каждый день они выезжали на рассвете и обшаривали склоны и чащи, возвращаясь домой с добытыми оленями, медведями, куропатками и кроликами в таком количестве, что можно было накормить целый полк. Король пребывал в отличном настроении, но Тобин знал, как переменчив его нрав. И все равно приятно было расслабиться и почувствовать себя спокойно, ведь рядом не было Нирина, который следил за каждым его словом и жестом.
Каждый вечер они пировали и веселились, постоянно сменявшиеся музыканты и актеры развлекали их. На третий этаж Тобин больше не поднимался и не видел призраков.
— Может, стоит поискать куклу? — спросил Ки, когда Тобин наконец рассказал ему о случившемся.
— Где? В башне? — пожал плечами Тобин. — Она заперта, а ключ пропал; я уже спрашивал Нари. Да если бы он и нашелся, я бы не пошел туда снова.
Но он постоянно думал об этом, во сне его преследовали видения, но ничто в мире не заставило бы его опять приблизиться к той комнате или к тому окну.
Он перестал думать о кукле, выбросив ее из головы, и Ки тоже больше не упоминал о ней. Намного больше Тобина сейчас заботила Лхел. Они с Ки несколько раз удирали от всех и вдвоем скакали по горным дорогам в разных направлениях, но никаких следов Лхел и Аркониэля так и не обнаружили.
— Может, для них это и к лучшему, раз тут такая толпа народа, — предположил Ки, но был явно так же разочарован, как и Тобин.
Утром в день своего рождения Тобин увидел, что за казармой появился новый шатер. Он был почти таким же большим, как здание казармы, и сооружен из ярко разрисованных полотнищ, сплошь увешанных шелковыми знаменами и разноцветными лентами. Когда Тобин спросил, что это такое, Корин в ответ только подмигнул и усмехнулся.
Во время вечернего пира стало ясно, что вокруг зреет какой-то заговор. Корин и другие гости во время ужина постоянно перешептывались и хихикали. Когда же наконец были съедены последние медовые пирожные, все встали и окружили Тобина.
— Я приготовил для тебя особый подарок, кузен, — заявил Корин. — Ты уже достаточно взрослый для него.
— Достаточно взрослый для чего? — растерянно спросил Тобин.
— Легче показать, чем рассказать!
Корин и Зуштра подняли Тобина и понесли на своих плечах. За ними последовали остальные компаньоны. Встревоженно оглянувшись, Тобин увидел, что другие оруженосцы преградили дорогу Ки, не позволяя ему пойти за принцем. Впрочем, Ки совсем не выглядел огорченным. Скорее наоборот.
— С днем рождения, Тоб! — крикнул он, хохоча и маша рукой вместе с остальными.
Наихудшие опасения Тобина оправдались, когда его донесли до ослепительно яркого шатра. Ну конечно же, это был публичный дом, доставленный сюда из Эро одной из королевских фавориток. Внутри тяжелые гобеленовые занавеси делили пространство шатра на отдельные помещения вокруг центральной приемной. Вокруг горели жаровни и лампы из полированной бронзы, а обстановка была как в богатом особняке — с дорогими толстыми коврами и затейливыми винными столиками. Гостей приветствовали девушки в прозрачных шелковых одеяниях; они проводили пришедших к бархатным диванам.
— Я сам выбрал девушку для тебя, — горделиво заявил Корин. — Вот твой подарок!
Из-за занавеси вышла очаровательная светловолосая девушка и села рядом с Тобином. К другим компаньонам тоже подошли девушки, и, судя по всему, все чувствовали себя здесь как дома, в отличие от Тобина. Даже Никидес и Лута явно были довольны таким поворотом событий.
— Ты теперь мужчина, настоящий воин, — сказал Корин, поднимая золотой кубок. — Пора тебе испытать мужские удовольствия!