Страница 34 из 48
В борьбе против союзнических англо-американских войск большинство из этих батальонов из-за их плохого вооружения и неудовлетворительных морально-боевых качеств оказались не в состоянии противостоять превосходящему во всех отношениях противнику. Одни батальоны (например, 795-й грузинский и 809-й армянский) были уничтожены или развалились под ударами войск союзников, другие (798-й и 823-й грузинские, 800-й северокавказский) оказались блокированными в «крепостях» Атлантического побережья, третьи (797-й грузинский, 826-й и 827-й волжско-татарские) были разоружены немцами из-за нежелания их солдат идти в бой и многочисленных случаев дезертирства.
Остатки разбросанных на Западном фронте батальонов были собраны на учебном полигоне Нойхаммер (Си-лезия). Здесь на основе лучших кадров Грузинского, Армянского, Азербайджанского и Северокавказского легионов зимой 1944–1945 гг. было сформировано 12-е Кавказское истребительно-противотанковое соединение (Kaukasischen Panzerjagdverbdnd № 12). Весной 1945 г. оно действовало на Одерском фронте и принимало участие в обороне Берлина.
Остальной, менее боеспособный контингент этих легионов был переформирован во вспомогательные части, которые до конца войны использовались на фортификационных и других подобных работах.
Эта категория «восточных» добровольческих формирований была такой же многочисленной, как и их боевые части. Так, на март 1945 г. в состав вермахта входили: 5 туркестанских рабочих батальонов, объединенных в «Бригаду Боллера»; 10 хозяйственных и строительных батальонов смешанного национального состава; а также 202 хозяйственные, саперные, железнодорожные и строительные роты (111 туркестанских, 30 грузинских, 22 армянские, 21 азербайджанская, 15 волжско-татарских и 3 северокавказские) общей численностью около 50 тыс. человек.
21 мая 1943 г. штаб Командования восточными легионами на Украине был преобразован в экспериментальную 162-ю Тюркскую пехотную дивизию (Turcoma
— штаб дивизии;
— 303-й Туркестанский пехотный полк;
— 314-й Азербайджанский пехотный полк;
— (Кадровый) батальон 162-й пехотной дивизии;
— 236-й Туркестанский артиллерийский полк;
— 936-й саперный батальон;
— кавалерийский эскадрон;
— части обеспечения и обслуживания. Кадровый состав дивизии комплектовался по принципу 1:1, т. е. на 50 % — немецким кадровым персоналом.
Командиром дивизии был назначен О. фон Нидермайер, который пробыл на этом посту до 4 мая 1944 г., когда его сменил бывший начальник Командования восточными легионами в Польше генерал-майор фон Гейгендорф.
После завершения в сентябре 1943 г. своего формирования и обучения 162-я дивизия была отправлена в Словению, где совместно с немецкими частями и формированиями словенских коллаборационистов вела бои против НОЛЮ. В августе 1944 г. дивизия была передислоцирована в Италию, где до самого конца войны ее использовали на охранной службе и в борьбе с партизанами. После начала наступления западных союзников в Италии она в течение двух кампаний (сентябрь — декабрь 1944 г. и январь — апрель 1945 г.) принимала участие в боях с ними. В апреле 1945 г. дивизия была отведена в Австрию, где и капитулировала перед британскими войсками.
В отличие от полевых батальонов восточных легионов Соединение особого назначения «Горец» было предназначено для разведывательно-диверсионных операций в ближнем и дальнем тылу Красной Армии. Так, уже в августе сентябре 1942 г. часть его бойцов (преимущественно уроженцев Северного Кавказа) была отобрана в специально сформированную Северокавказскую зондер-команду «Шамиль» (Nordkaukasiche Sonderkommando «Schamil»). После соответствующей подготовки они были выброшены с парашютами в советском тылу для осуществления разведывательно-диверсионных акций. Одна из трех групп этой команды в составе 10 немцев и 15 северокавказцев высадилась в районе объектов нефтедобычи в Грозном с целью их захвата и удержания до подхода передовых частей немецкой 1-й танковой армии. Попытка прорыва немецких войск на Грозный 25–27 сентября окончилась провалом, однако группе удалось благополучно вернуться назад.
Подобным образом предполагалось использовать и все соединение «Горец». Но после прибытия последнего на Кавказ в сентябре 1942 г. планы по его использованию были изменены. Вначале оно действовало против советских партизан в районе Моздок — Нальчик — Минеральные Воды (где «прославилось» своей жестокостью по отношению к мирному населению и массовыми убийствами), а 29 октября было отправлено на передовую в качестве обычной фронтовой части. При этом 1-я и 4-я его роты были отправлены на нальчикское, а 2-я и 3-я — на ищерское направление, где они действовали в общем оперативном подчинении 1-й танковой армии. Чтобы проверить надежность соединения, его бросали на самые трудные участки фронта, где оно понесло очень тяжелые потери.
Следует сказать, что за весь период своего существования соединение «Горец» так и не было использовано по своему прямому назначению. Даже после перевода в Крым, в феврале 1943 г., его личный состав нес службу по охране побережья в районе Коктебель — Двуякорная бухта, а поздней осенью и зимой 1943–1944 гг. принимал участие в боях на Перекопском перешейке. В конце концов в апреле 1944 г. «Горец» был эвакуирован с полуострова и по частям передислоцирован в Грецию (1-й и 3-й батальоны) и в Польшу (2-й батальон), где его главной задачей стала борьба с партизанами.
Оценивая опыт использования батальонов восточных легионов на Кавказе, начальник штаба группы армий «А» генерал-лейтенант Г. фон Грейфенберг указывал, что некоторые из них (например, 804-й и 805-й азербайджанские) «действовали в крупных лесных районах часто самостоятельно, успешно боролись с бандами и отрядами противника и внесли большой вклад в дело обеспечения умиротворения этих районов».[55]
Однако многие другие батальоны не оправдали надежд германского командования: не проявили высокой боеспособности в связи с тем, что часть завербованных в них бывших советских военнопленных дезертировала или переходила на сторону Красной Армии. Существенную роль при этом сыграла советская пропаганда, которая хоть и обвиняла всех добровольцев в предательстве, но и обещала прощение «вовремя одумавшимся». Кроме того, имело место и обыкновенное нежелание легионеров воевать со своими соотечественниками.
В некоторых батальонах еще во время их формирования и подготовки были созданы подпольные группы, готовившие переход своих частей на сторону Красной Армии или партизан. Первая успешная попытка была предпринята в феврале 1943 г. в 825-м волжско-татарском батальоне, который в это время нес охранную службу в Витебской области. В этом батальоне еще с конца 1942 г. действовала подпольная организация. Подпольщики Витебска установили с ней связь, сообщили местным партизанам подробные данные о батальоне и приняли деятельное участие в организации перехода его личного состава на сторону партизан. В результате 23 февраля подавляющее большинство солдат батальона, захватив оружие, ушли к партизанам.
Другой случай имел место 13 сентября 1943 г., когда в районе Обояни (Россия) личный состав 781-го туркестанского батальона перебил немецких офицеров и в количестве трех рот с оружием в руках перешел на сторону Красной Армии. Но еще по пути следования на фронт из этого батальона дезертировали 43 человека.
Еще в одном из полевых батальонов, 804-м азербайджанском, подпольная группа была создана после того, как он был выведен с Кавказа в Крым. Здесь при поддержке местных партизан в августе 1943 г. в нем была создана подпольная организация, которая со временем должна была стать костяком партизанского отряда. Эта организация действовала до 8 октября 1943 г., пока ее не выдал предатель. Немцы расстреляли 8 человек, батальон расформировали, а его личный состав отправили в концлагерь. Тем не менее 60 человек смогли бежать и создали партизанский отряд, который успешно действовал до самого освобождения Крыма.
55
55 Цит. по: Дробязко С.И. Восточные легионы и казачьи части в вермахте. М., 1999. С. 10.