Торговля кожей

-Так не честно, - он отшатнулся, будто я ударила его.

-Скажите, глядя мне в глаза, что вы не желаете отомстить за то, что они сделали с вашими людьми. Посмотрите мне в глаза и скажите, что не жаждете взвесить печень их убийцы на своих весах в морге.

Его ресницы затрепетали под очками. Он открыл рот, закрыл, облизнул губы. Наконец он сказал:

-Вы жестокая женщина, Блейк.

Я покачала головой.

-Такого понятия, как жестокая женщина не существует, Мемфис, существуют слабые мужики.

Сказав это, я развернулась, и остальные пошли следом за мной. Мы пошли к двери в поисках телефона и судьи, который выдаст нам ордера.

-Что такого натворил доктор, чтобы так тебя выбесить? - спросил Эдуард.

-Ничего, совершенно ничего.

-Тогда по какому поводу ты строишь из себя супер стерву? – спросил Бернардо.

Я засмеялась.

-А кто строит из себя супер стерву, Бернардо, кто здесь, на хер, строит из себя супер стерву?

Тигры завертелись внутри меня, радуясь, что я злюсь, нетерпеливо ожидая ещё большей злости, больше эмоций. Они хотели наружу. Им так хотелось вырваться на свободу.

Глава 20

Я вышла наружу на одуряющий зной, Эдуард схватил меня за руку, разворачивая лицом к себе. Я посмотрела на него.

-Анита, ты в порядке?

Я хотела было ответить «всё нормально», но Эдуард, как правило, не задавал подобных вопросов, только если что-то не клеилось. Я смотрела на его кисть, сжимающую мою руку, до тех пор, пока он не отпустил меня.

-Я в норме.

-Нет, не в норме, - покачал он головой.

Я открыла рот, чтобы возразить, но затем заставила себя остановиться и сделать несколько глубоких вдохов. Я попыталась думать сквозь ощущение жажды и злости. Я была зла. Почему? Мемфис не сделал ничего такого, чтобы настолько вывести меня из себя. Ну, был он либералом, не поддерживающим Акт, и что с того? Многие люди придерживаются аналогичной позиции. Так с какой стати я накинулась на него?

Почему я злилась? Ладно, опустим это, я почти всегда зла. Ярость для меня нечто вроде топлива. Она всегда пенится у самой поверхности. Возможно, это было одной из причин, почему я могла кормиться гневом других людей. Это был мой напиток по выбору. Что меня действительно беспокоило, так это почему я так дерьмово поступила с кем-то, кто не заслужил такого обращения? Это не было похоже на меня.

Я собиралась отправиться на встречу с вертиграми, с кучей вертигров. Тигриная энергия внутри меня радовалась этому и была слегка нетерпелива. То, что я не перекидываюсь по-настоящему, ещё не значит, что я не могу перекидываться. Единственный известный мне человек, обладающий столь различными видами ликантропии, мог перекидываться в любую форму. Он также не дружил с головой, но это могло быть вызвано другими причинами.

Что произойдёт, если меня неожиданно окружит целая толпа вертигров, а мои собственные будут так близко к поверхности? Я понятия не имела, и это было достаточно весомой причиной, чтобы притормозить.

-Спасибо, Эд… Тед. Как раз этого мне и не хватало.

-Кажется, ты остыла, наконец.

Я кивнула.

-Ты вернул мне способность рассуждать. Во-первых, я вернусь внутрь и принесу свои извинения доктору Мемфису. Во-вторых, я выясню, известно ли ему, где искать верховную жрицу офицера Рэндалла Шермана.

-Зачем? – не понял Эдуард.

Я рассказала им про пентаграмму и мою теорию о том, что Шерман пытался произнести заклинание, когда вертигр его убил.

-Заклинания на оборотнях не работают, - возразил Бернардо.

-Нет, не работают, - подтвердила я.

-Практикующий маг не мог не знать этого, - сказал Эдуард.

-Он был в курсе.

-Что значит, что что-то ещё, помимо вампиров и вертигров, могло присутствовать на том складе, - догадался он.

-О чём и речь.

-А что, если Мемфис не знает верховную жрицу Шермана?

-Тогда найдём кого-нибудь, кто знает. Позвони в Вашингтон и начни пробивать ордера. Один – на оборотня, убившего Шермана, другой – на обыск дома и допрос мастера Вегаса.

-Вторая часть может быть затруднительной; Макс имеет здесь отличные связи, и он один из главных спонсоров провампирского лобби в округе Колумбия.

О последней детали я не была осведомлена.

-Тогда сотрудничество с полицией - в его интересах.

-Он вампир, Анита, вампирам всегда есть что скрывать, - Эдвард наградил меня знающей улыбкой.

-Как и всем нам, - улыбнулась я в ответ.

На это он не нашёл, что ответить, просто достал мобильник и начал трудиться над выбиванием ордеров. Я же пошла обратно к дверям. Олаф двинулся за мной, но я остановила его.

-Останься с Эдуардом, то есть, Тедом.

-Вампир Витторио тебе угрожал. Тебе действительно не стоит оставаться одной, только не сейчас, когда в его распоряжении находятся оборотни.

Я не могла усомниться в его логике.

-Бернардо, - позвала я, - ты пойдёшь со мной.

Бернардо окинул Олафа любопытным взглядом, но подошёл ко мне.

-Как скажешь, маленькая леди.

-Никогда меня больше так не называй, - огрызнулась я и пошла к дверям.

-Почему именно он, а не я? – обиделся Олаф.

Я оглянулась на высокого, одетого в чёрное мужчину. Он вновь нацепил чёрные, обхватывающие голову ободком солнечные очки. Он стоял там, похожий на воплощенную Голливудскую идею плохого парня.

-Потому что он не пугает меня до чёртиков в отличие от тебя.

-Я лучше в драке, чем он.

-Ребята, я предоставлю вам возможность подискутировать об этом позже, а прямо сейчас мне нужно извиниться.

-Ты и вправду собираешься извиниться перед доктором?

-Да.

-Извинение – это признак слабости.

-Нет, если ты не прав, а я не права.

Я подошла к дверям до того, как он смог мне возразить.

-Ты была строга к нему, но это не значит, что ты была неправа.

Я, наконец, посмотрела на большого парня.

-К чему вся эта болтовня, Отто? Боишься, что соскучишься по мне?

Этого оказалось довольно. Он развернулся и пошёл прочь. Бернардо подошёл и встал рядом со мной, как высокая, тёмная, привлекательная стена. Я нажала на кнопку звонка, чтобы известить персонал о том, что мы хотим войти.

-Отто ничем не лучше меня в схватке. Он лучше разбирается во взрывчатке и он положил меня на обе лопатки, когда дело дошло до допроса, но он не лучше меня в драке.

-Я и не говорила этого.

-Я просто хотел, чтобы ты знала.

Я посмотрела на него, на его почти сногсшибательно совершенное строение тела. Он собрал свои длинные тёмные волосы в косу. При такой жаре я уже тоже начала задумываться, что делать с моими волосами.

-Я знаю, что ты хорош в драке, Бернардо. Эдуард не водит дружбы с теми, кто плох.

Нам пришлось снова нажать кнопку звонка и дожидаться, пока нас пустят внутрь.

-Тогда почему я тебе не нравлюсь?

-Я не испытываю к тебе отвращения, - нахмурилась я, глядя на него.

-Но и не симпатизируешь мне.

Дверь открылась. На пороге стоял Дэйл с его короткими тёмными волосами, в очках. Он впустил нас, но без особого удовольствия. Я его не винила.

-Что-то забыли? – вежливо поинтересовался он.

-Извиниться перед доктором Мемфисом. Я приняла случившееся ближе к сердцу, чем думала.

Лицо Дэйла просветлело:

-Мы все переживаем.

Он провёл нас внутрь и объяснил, где искать Мемфиса. Я повернулась к Бернардо:

-Я не «не люблю» тебя.

Я не была уверена в соответствии данного заявления правилам грамматики, но оно хотя бы выражало то, что я чувствовала.

-Ладно, но ты нейтральна. Ты не любишь меня и ты не испытываешь ко мне отвращения – это смешно.

-Что здесь смешного?

Он остановился, чтобы взмахнуть руками в жесте «вуаля». Я, наконец, поняла, что он красуется передо мной.

-Я знал женщин, которым не нравился из-за того, что я слишком этничен для них. Я знал женщин, которым не нравилось, чем я зарабатываю на жизнь. Некоторые тёлки не выносят насилия. Но с тобой всё иначе. Тебя ничего из этого не волнует.