Страница 73 из 92
– Нет, – прошептал сам себе юноша. Это не может быть правдой, он не хочет, чтобы это было правдой!
Волдеморт готовился к последней атаке.
И если Гарри вскоре не сделает чего-нибудь, ничего не останется от волшебного мира, который он научился любить…
– Нет! – крикнул он в агонии.
А безумный праздник только начинался. Проклятья и снова проклятья, и Волдеморт злорадно повернулся к мужчине по правую руку от него:
– Мальчишка снова будет твоим напоследок, Церес.
Мужчина кивнул и Гарри с ужасом узнал его. Это был Эйвери. Эйвери, стоящий рядом с явно беременной женщиной, его рука обнимала ее за плечи.
– Вы не будете разочарованы, милорд, – ответил он.
На минуту Гарри подумал, что отсутствие Эйвери в его видениях в ноябре было связано с его … женой или кем там она была, но тут его настиг еще один Круциатус и он потерял сознание.
В слабости тоже были свои преимущества.
***
Когда он проснулся утром, его первым чувством было отчаянье. Абсолютное, глубочайшее отчаянье. Он больше не знал, кому может доверять. Он знал, что должен рассказать кому-нибудь о своем видении, но был беспомощен.
Самой подозрительной персоной была его бывшая декан.
И единственным, кто точно не являлся предателем, был Северус.
Это больше не было вопросом заслуженности или принятия. Это был вопрос победы или поражения в войне, поэтому Гарри отставил в сторону ненависть к себе и все, что он имел против своего дяди, и решил поговорить с ним.
Однако решить было гораздо проще, чем сделать. Но он все равно сделает это. Мальчик натянул мантию и направился в подземелья.
Стоя напротив такой знакомой двери, он вдруг почувствовал испуг, глубоко скрытый под верой. В последний раз, когда он был здесь, когда он был в подземельях, Северус разбил его дубльдум и вышвырнул Гарри прочь. От горьких воспоминаний он вздрогнул. Потом поднял руку и постучал.
Через минуту дверь открылась.
Северус стоял возле двери, неподвижный и ошеломленный. Он побледнел и Гарри заметил, что его руки дрожат.
– Квайетус? – испуганно спросил мужчина.
Гарри проглотил комок в горле.
– Мне нужно поговорить с тобой, – сказал он, переминаясь и оглянувшись вокруг.
Северус немедленно отступил в сторону и позволил ему войти.
Когда дверь закрылась за ним, Гарри был почти в панике. Он чувствовал себя в ловушке в этом месте, месте, которое однажды было его домом… Но это был другой разговор, у него не было времени на такую глупость, как его чувства. Крепко обхватив себя руками, юноша выпалил:
– У меня было видение сегодня ночью.
Северус кивнул, повернулся и быстро вышел из комнаты. Гарри застыл от удивления. Но он не успел обдумать странное поведение Северуса, потому что тот сразу вернулся с маленьким пузырьком в руке.
– Проходи, сядь, – он указал мальчику на диван и поставил пузырек на кофейный столик. – Для пост-эффектов, – махнул он на маленькую бутылочку.
Гарри кивнул, но не взял ее. Он не заслужил ничего, что могло бы облегчить его физическую боль. Северус выглядел опечаленным:
– Я не отравил его, – пробормотал он.
– Я знаю, – сказал Гарри. – Но я пришел не за зельем. Я … я снова видел Волдеморта в своем видении.
– Но ты все равно должен выпить зелье, – сказал Северус, пропустив мимо ушей слова Гарри о Волдеморте.
– Дай мне рассказать тебе об этом дурацком видении и я сразу уйду, – слова мальчика были грубыми и мужчина вздрогнул.
Юноша почувствовал себя виноватым. Северус просто хотел помочь. И Гарри не имеет права так дерзко с ним разговаривать. Он не в том положении, чтобы дерзить кому-либо.
– Извини, – выдохнул он. – Я не хотел быть таким грубым…
Северус покачал головой:
– Нет… ты имеешь право быть грубым.
Шах. Долгое молчание. Северус нарушил затянувшуюся паузу: взмахом палочки он заказал завтрак на двоих.
– О чем было видение? – спросил он, намазывая джем на гаррин тост. Мальчик не мог шевельнуться. – Ну? – Северус поглядел на него.
– Во-Волдеморт готовится к последней битве. Он набрал больше тысячи слуг. Он планирует снова похитить меня, и он сказал, что Министерство будет на его стороне…
Северус побледнел и выронил тост:
– Похитить тебя?
Гарри слегка пожал плечами:
– Как в прошлом году. Или не знаю как. У него есть слуга в школе, как ты всегда и подозревал, и он хочет, чтобы этот человек привел меня к нему.
Северус вскочил:
– Нет! Я не позволю, чтобы это случилось!
Его внезапный эмоциональный порыв застал Гарри врасплох:
– Но я хочу этого. Я хочу, чтобы все это закончилось. И когда я исчезну, ты будешь знать, что последняя битва вот-вот начнется, – сказал он почти умоляюще.
– Но он хочет убить тебя!
Гарри горько улыбнулся, глядя, как Северус нервно расхаживает перед камином:
– О, я знаю это. Он убьет меня, но не переживет.
– Бред! – выпалил мужчина.
– Я верю в пророчество, которое сделали моему отцу. До сих пор все было правдой. Я единственный, кто должен противостоять Волдеморту. И нет надежды, что я выживу. И я не хочу выжить, – последнее предложение он прошептал.
Лицо Северуса исказилось от гнева:
– Бред! – яростно закричал он. – Не сходи с ума! А что насчет Министерства? Что сказал Волдеморт? Когда они планируют нападение?
– Мне жаль, но я не знаю. Когда я понял, что это видение, Волдеморт уже закончил свою речь. Я ухватил только последние предложения, о продажности Министерства и обо мне. Если я его не остановлю, он победит!
Северус подошел ближе и Гарри испугался, увидев, насколько тот был разозлен.
– Так, Квайетус. Во-первых, ты выпьешь зелье. НЕМЕДЛЕННО! – он сунул пузырек ему в ладонь. – Или я перейду к физическим мерам, – угрожающе прошипел он.
Новая, неожиданная перемена в настроении Северуса заставила Гарри выпить зелье без дальнейших протестов. Мужчина ухмыльнулся и кивнул:
– Вот так. И сегодня вечером я хочу видеть тебя здесь. Нам надо кое-что обсудить.
– Ты не можешь отдавать мне распоряжения! – огрызнулся Гарри.
– Ты страдаешь от ломки после чертова зелья, Квайетус, – яростно громыхнул Северус. – Я вижу, как ты гибнешь. Если мы что-нибудь не придумаем, ты просто не проживешь достаточно долго, чтобы встретиться с Волдемортом лицом к лицу, чего ты так жаждешь!
Юноша открыл рот, чтобы не согласиться, и закрыл. Протесты были бессмысленны. Северус был прав. Гарри было нужно хоть немного собраться с силами, потому что он должен быть в сознании, чтобы абсолютно, бесповоротно уничтожить этого ублюдка. Он посмотрел в черные глаза Северуса, снова излучавшие заботу.
– Я буду здесь.
***
Надвигающаяся угроза финальной атаки заставила Гарри еще упорнее работать над модифицированными Временными Чарами. Но пока он, запинаясь, переходил с урока на урок и боролся с тошнотворным грузом вины, каждый раз видя Гермиону, он более чем немного смущался в ожидании вечера.
Что Северус сделает с ним? Что он планирует?
Его смятение росло с каждым часом.
К концу дня оно стало удушающим. Из-за своей нервозности мальчик не мог есть. Он даже не пошел в Большой Зал. Его место было слишком близко от Гермионы. Он лежал на кровати и старался успокоиться. Северус ничего не замышляет против него. Северус просто хочет помочь.
Но Гарри не заслужил никакой помощи.
Он ненавидел себя. Он ненавидел безобразного, отвратительного мальчишку, которым стал. Нет, не только внешне. Он весь был отвратителен. Возможно, он уже даже не был достоин умереть за волшебный мир. Потому что он был ничем не лучше Волдеморта. Он был злым. Он был…
Нет! Он не будет плакать! Он не покажет свою слабость Северусу! Он не заслужил сострадания или заботы, а следы слез вызовут симпатию.
Юноша сделал лицо ничего не выражающим, когда Северус позже впустил его.
Паника снова затопила его, когда тот закрыл дверь.
– Ты будешь спать здесь, – решительно сказал мужчина.