Страница 61 из 92
– А вашего разрешения недостаточно? – удивился Гарри. – Я думал, учителя могут сами решать разрешить ли студентам такие вещи.
– Да, – она поерзала в кресле. – Но не в случае неограниченного доступа, как в этот раз.
– Ясно, – кивнул Гарри. – Полагаю, профессор Снейп был против?
На строгом лице было ясно видно смущение.
– Э-э-э…
Гарри не нужно было другого доказательства: это было ясно.
Это было ясно даже сейчас. Мерзавец!
Воспоминание так разозлило его, что он не закончил обед. Внезапно он вскочил и пошел к выходу из зала. Рон смотрел на него в полнейшем удивлении. Он не мог понять, какую глупость сболтнул на этот раз. Рон покачал головой и закрыл лицо ладонями. Когда кто-то дотронулся до его плеча, он посмотрел вверх.
– Я не думаю, что это ты, – сказал Невилл и сел рядом. – Я думаю, что-то вдруг пришло ему в голову и он захотел побыть один.
Напряжение Рона немного ослабло.
– Не знаю, – прошептал он. – Я думаю, я не знаю его больше. Он не такой, как был…
– Он через многое прошел, Рон.
Грустная усмешка перечеркнула лицо мальчика.
– Я знаю, – саркастично ответил он. – Он прошел и через мои издевательства тоже.
Невилл сильно схватил его за руку:
– Рон, не все, что с ним случилось, связано с тобой. Его плен, его шрамы, его отношения с профессором Снейпом и его потери: Фред и Снейп. Ты знаешь, они с профессором были очень близки, – Рон кивнул. Он знал, конечно, он знал! Он все еще видел перед собой залитое слезами лицо профессора, когда тот держал бессознательного Гарри на руках в том ужасном месте. – Как отец и сын. Я видел их вместе много раз. И знаешь, я завидовал их отношениям. А теперь… – Невилл обреченно махнул, – ты видишь.
Рон снова закрыл лицо ладонями:
– Он снова один.
Хватка Невилла не исчезала.
– Он старается держать нас подальше от себя.
– Мы должны помочь ему как-то, – слабо прошептал Рон. – Я не хочу снова причинить ему боль.
***
Когда Северус увидел, как мальчик – нет, не мальчик, Квайетус, поправил он себя, – покидает зал, он внезапно решился. Теперь или никогда! Коротко извинившись, он встал из-за стола и поспешил за Квайетусом.
Выйдя из зала, тот бросился бежать, но голос Северуса остановил его.
– СТОЙ! – крикнул Мастер Зелий ему в спину. Он неохотно остановился и повернулся.
– Да, сэр? – он издевательски ухмыльнулся. – Хотите снять баллы за бег в холле? Десяти баллов будет достаточно?
От его тона кровь Северуса вскипела, но он сдержался.
– Нет, – выразительно сказал он и добавил. – И не разговаривай со мной в таком тоне.
Гарри дерзко пожал плечами и притворно послушно сказал:
– Да, сэр. Как пожелаете…
Северус сжал и разжал кулаки, но промолчал. Он глубоко вздохнул и на секунду закрыл глаза.
– Я хотел поговорить с тобой, – выпалил он.
– Нам не о чем говорить, – ответил мальчик и повернулся, чтобы уйти.
– Я тебя не отпускал, – рявкнул Северус, – еще, – добавил он спокойнее.
Мальчик не повернулся, лишь остановился.
– Я просто, – Мастер Зелий проглотил комок в горле, – хотел сказать, что ты можешь посещать класс продвинутых Зелий, если захочешь…
Реакция мальчика была такой быстрой, что Северус отпрянул.
– Что? – Квайетус повернулся и подошел к нему. Юное лицо пылало гневом. – Оставьте меня в покое, профессор. Если хотите оскорблять кого-то на своих уроках, там есть Невилл, Гермиона, или даже Парватти. Вам же нравится запугивать их. Этого недостаточно? Вам нужен я, чтобы высмеивать, унижать снова, как вы делали это все время? «Поттер, ты некомпетентный идиот! Предатель! Самонадеянная знаменитость!» – он ядовито передразнил Северуса. – И вы сказали, что у меня никогда не будет шанса. А мне не нужен ни этот шанс, ни вы! – он выкрикнул последние слова.
Когда Северус решил поговорить с мальчиком, он знал, что разговор не будет легким. Но раньше мальчик казался таким спокойным и добрым… Он прислонился к стене.
– Нет, – ему удалось вставить единственное слово. Это, наконец, остановило бессвязные речи племянника. – Нет, – продолжал он более самоуверенно. – Я говорил серьезно. И я предлагаю заниматься с тобой на каникулах…
Тут бессвязности понеслись снова, с той же силой.
– Я. Не. Нуждаюсь. В тебе! – чеканил Гарри каждое слово. – Мне не нужны твои глупые дополнительные занятия, мне не нужен твой глупый класс по Зельям и мне больше не нужен ты в моей жизни! Ты можешь понять? Ты мне не нужен и ты для меня ничего не значишь!
– Я только хочу помочь!
Мальчик в гневе стукнул кулаком по бедру:
– Помочь? – его глаза горели. – О, я слышал о твоем помогающем поведении на собрании!
– Я просто не хотел, чтобы ты снова ввязался во что-нибудь глупое, опасное и героическое! – сердито ответил Северус.
– Я знаю! Это твоя обычная «ты не такая уж знаменитость, Поттер!» речь, разве нет? – почти выплюнул мальчик.
– Нет! – Северус начал терять терпение. – Это была «я не хочу, чтобы ты пострадал» речь!
Он не знал, что именно в их разговоре так разозлило мальчика, но сейчас обычно спокойное, доброе лицо пылало от ярости.
– Ты отказался от меня, гад! Я видел, я читал документ, в котором ты заявил, что не родственник мне больше, по крайней мере, официально, что я только твой предполагаемый наследник, ты официально заявил, что отказываешься от меня. Я больше не твой родственник, не твой племянник, не твоя ответственность, поэтому, если ты хочешь действовать, как велит тебе это проклятое заклинание, иди и защищай твоего драгоценного, маленького, грязного Пожирателя Смерти – своего крестника и оставь меня в покое! – он повернулся и собрался уходить, но вдруг снова остановился, по собственной воле, и прошипел через плечо. – И я не остаюсь здесь на каникулы. Я отправляюсь к своей семье, – он подчеркнул последнее слово и ушел.
Северус остался один в холодном и темном холле. Произошло что-то ужасно неправильное. И он не знал точно, что именно. Ему удалось не потерять терпение, он не кричал на мальчика, даже не использовал свой обычный сарказм. Он хотел только быть искренним, а Квайетус, который раньше был таким спокойным, уравновешенным и добрым мальчиком, кричал на него в такой ярости, которая напоминала вспышки самого Северуса.
И он не знал почему, но что-то в груди сжималось от боли. Было ли это сердце?
Мальчик отказался посещать занятия по продвинутым Зельям. Он отказался от дополнительных занятий. Он проведет праздники с Блэком (Северус был уверен, что «семья» для мальчика значит этот сквиб, а не Мастер Зелий), и у него не будет времени чтобы узнать его, полюбить, принять его снова, и теперь, когда ситуация казалась такой безнадежной и окончательной, он вдруг не захотел потерять этого мальчика, быть вышвырнутым из его жизни.
Северус не знал, что ему теперь чувствовать. Все было таким хаотичным… Когда бы он ни думал о своем брате, он чувствовал чистую и несомненную теплоту, и что-то еще, как будто поврежденные воспоминания просились наружу из своей тюрьмы. Ничего определенного и ясного, только эмоции и чувства, в основном ночью, во сне…
За последние недели ему много раз снилось, что он сидит в сыром и холодном месте, ему больно, и вдруг кто-то подбирается к нему и надевает на него теплый свитер и что-то еще, укутывая, как одеялом. Таинственная фигура садится рядом и крепко его обнимает. И он слышит тихие всхлипы, кто-то бормочет что-то – и тут он просыпался. Или другой сон, который был яснее: он стоит у маленькой могилы, наблюдая, как гроб медленно опускается вниз, напротив него стоит дрожащий Блэк, все его лицо в слезах, грудь Северуса пылает от боли… И еще картинки, и вспышки чувств, как эти, но первые, с теплой одеждой и объятьями, были самыми потрясающими: Северус чувствовал эти руки вокруг своей груди уже после пробуждения …
И много раз, замечая мальчика где-нибудь в замке, он чувствовал такую радость и расположение, как никогда раньше. И много раз в Большом Зале он хотел подойти к нему и сказать, чтоб тот ел больше, потому что он опять худел. И он чувствовал гордость, когда коллеги упоминали, что Квайетус Снейп получил «Отлично» по Арифмантике, Трансфигурации, Чарам и эти вещи были такими пугающими… Эти чувства были одновременно его и не его, они были знакомыми, но странными и иногда они делали его смятение невыносимым.