Страница 29 из 85
За спиной послышался чавкающий топот. Двухметровый детина, пыхтя как загнанный боров, пронесся мимо, задев девушку плечом. За ним тянулся шлейф ни с чем не сравнимой вони. Журналистка отшатнулась, выронив сумочку и электронного секретаря.
— Эй ты! — крикнула она вслед неуклюжему торопыге. Реакции, разумеется, не последовало. — Придурок…
Анна наклонилась, чтобы подобрать свои вещи, однако, ее опередили.
— Разрешите, помогу, — перед Анной стоял высокий молодой человек. Первое, что бросилось девушке в глаза, это дорогой галстук, видневшийся под распахнутым пальто.
— Спасибо, — она удивленно взяла из его рук сумочку.
Прежде чем вернуть приборчик, молодой человек аккуратно вытер его своим платком.
— Не волнуйтесь, вода в корпус не попала. Будет работать, — и он доверительно улыбнулся.
Теперь Анна рассмотрела его лицо. Утонченный красавец-брюнет. На коже — ни щербинки, ни изъяна. Мужественная бледность на гладко выбритых щеках. А под ровными черными ресницами — ярко-карие глаза, чуть-чуть застенчивые и, одновременно, таинственные, как звезды далеких галактик.
— Благодарю, — нерешительно произнесла журналистка. — Как мило с вашей стороны, — она показала взглядом на испачканный платок.
— Пустяки. Отвратительная погода для прогулок.
— Пожалуй. Но дела не зависят от капризов погоды, — Анна понимала, что городит полную чушь, и все-таки продолжала. — Летом тут у нас чудесно. Когда растает снег, лучшего места в нашем городе не найти.
— Как вы угадали, что я приезжий? — изумился молодой человек в галстуке.
Анна вскинула брови и, переварив вопрос, рассмеялась.
— Ну, знаете ли, вы несколько выделяетесь из привычной среды обитания.
— Я коммивояжер. Признаться, вы правы: в вашем городе я впервые. Григорий.
— Очень приятно. Анна.
Обычно, она представлялась «Анастасией Жуковой», и лишь в узком кругу коллег ее называли Аней. Сейчас настоящее имя слетело с языка непроизвольно. «Я попала под влияние собственных статей», — тревожно подумала журналистка. Но отступать было некуда.
— К сожалению, у меня деловая встреча, — начала она и поймала себя на настоящем сожалении.
— Встреча здесь? — Григорий смешно сморщил нос и театрально повел рукой, как бы привлекая внимание к нелицеприятной картине мартовского сквера.
Анна вновь рассмеялась.
— Нет, не здесь. Рядом, через площадь.
— А если я попрошу разрешения вас проводить, это тоже будет выделяться на фоне нравов вашего города?
— Какой вы забавный, Григорий, — девушка с удовольствием выговорила его имя, как будто смаковала на языке. — Так ведут себя все коммивояжеры?
— Хм, дайте подумать… Нет! Не все. Лишь те, кому посчастливилось в первые же часы в новом городе познакомиться со столь прекрасной дамой.
За пять минут прогулки по пешеходным переходам площади, Анна выслушала три анекдота и ухохоталась до слез. Они едва не проскочили мимо кафе, где журналистку уже дожидался телефонный знакомый.
— Ну вот, мы пришли, — с трудом сгоняя улыбку с лица, сообщила Анна.
— О, так быстро! Что ж, все хорошее, как говориться, быстро кончается, — Григорий вздохнул.
— Позвоните на досуге, — и Анна прежде, чем успела сообразить, протянула молодому человеку свою визитку.
— Обязательно! — он помахал карточкой, как флажком, девушке вслед.
Она, не обернувшись, скрылась за стеклянной дверью.
Человек, вызвавший Анну на деловое свидание, поднялся из-за столика ей навстречу.
— Господин Бурмистров? — она сделала шаг вперед, готовая протянуть руку для рукопожатия.
— Он самый, Анастасия Васильевна. Прошу, — мужчина подвинул журналистке стул.
— Итак, если я вас правильно поняла, вы мне хотите предложить какой-то материал? — Анна взяла с места в карьер: таков был ее обычный стиль работы.
— В целом, все верно. Но давайте расслабимся, посидим, поговорим. Меня зовут Павел Аркадьевич. Можно просто Павел, — он заискивающе растянул губы.
«Паша», — фыркнула про себя Анна. Она терпеть не могла седовласых джентльменов, игравших в искренность с молодыми женщинами.
— Видите ли, Павел Аркадьевич, у меня плотный график. Если вас не затруднит, давайте сразу к делу.
— Как скажете, как скажете… — он задумчиво погладил салфетку. — Анна Алексеевна, в вашей последней работе…
— Простите, как вы меня назвали? — Анна заставила себя сохранять невозмутимость.
— А разве я ошибся, Анна Алексеевна? — прежняя сделанная улыбка висела на лице господина Бурмистрова.
— У вас нет оснований называть меня именем моей героини, — девушка бухнула первое, что пришло на ум.
— Есть основания, есть! — в тоне звучала этакая стариковская застенчивость. — Вы меня, скорее всего, не помните. Но с Алексеем Андреевичем мы частенько о вас говорили. Я даже заезжал к вам в гости. Скажу откровенно, я бы вас при случайной встрече тоже не узнал. Вы тогда были совсем крошкой. Мама держала вас на руках.
«Врет», — решила девушка, хотя тень сомнения мелькала где-то в подсознании.
— Допустим, вы не ошиблись, — заговорила Анна, медленно подбирая слова. — В таком случае, какое у вас дело к Анне Жулавской? И что я, журналист, могу вам предложить за эту информацию.
— Я буду говорить начистоту. Я представляю фирму, заинтересованную в опубликовании всех разработок, сделанных Алексеем Андреевичем. Собственно, не вы должны нам что-то предложить, а мы просим вашей помощи. Его исследования были на этапе завершения, когда случилась эта нелепая история. Он писал мне, что готов обнародовать некоторые свои открытия, даже передал часть файлов с описаниями опытов. Но после трагедии все материалы оказались под замком. Сейчас, когда вы начали свое расследование и убедительно показали людям, насколько опрометчиво поступили с биороботами правоохранительные службы, дело Жулавского может быть официально продолжено. Его исследования ДНК и воздействия различных минералов на развитие человека положат начало новой эре в медицине.
— Минутку, а чем занимается ваша фирма непосредственно?
— Попросту говоря, — ответ у Павла Аркадьевича был явно заготовлен заранее, — мы изучаем экологические факторы, влияющие на здоровье людей, и даем рекомендации социальным и многим другим структурам.
— Это частная фирма?
— В общем, да. Последние десять лет нас финансируют из разных источников.
Анна порылась в сумочке, извлекла помятую пачку сигарет и закурила.
— И чем я могу помочь вашей фирме?
— Мне поручено предложить вам некий контракт, не в полном смысле этого слова, разумеется. Но нам было бы интересно первыми получать кое-какую информацию, касающуюся научных разработок Алексея Андреевича.
— С чего вы взяли, что я собираюсь копать научные разработки? Я журналист.
— Вы — дочь своего отца.
— Этот вопрос открыт. Помните, я сказала «допустим».
— Пусть будет «допустим», Анна Алексеевна, — теперь седой «джентльмен» расплылся в настоящей улыбке. — Итак, каков ваш ответ?
— А если я не оправдаю ваших надежд? — осторожно спросила Анна.
— Скромность красит женщину! Но в вашем случае скромность не нужна. Вы прекрасны и умом, и личиком. Ваши статьи — это работа грамотного, опытного журналиста.
Девушка украдкой вздохнула. Имя Игоря не фигурировало в теме Жулавского, но она-то знала, каков его вклад в начатое дело. «Я справлюсь и без него», — решила она вдруг.
— Хорошо. Давайте поговорим о контракте.
С утра Анна планировала заехать на квартиру Игоря, чтобы забрать кое-какие свои вещи, пока дом не опечатали до окончательного решения о наследовании, но после всех состоявшихся встреч посчитала, что прежде нужно навести порядок в собственной голове. Ее нынешнее место жительства располагалось на самой окраине города, и добираться туда приходилось на общественном транспорте, поскольку собственной машины она не имела.
В однокомнатной квартирке на третьем этаже старого типового дома, которую журналистка снимала теперь за небольшую сумму, было неуютно и холодно. Не раздеваясь, Анна плюхнулась на кровать. Аванс в виде чека с внушительным количеством нулей лежал у нее в кармане. Однако удовлетворения девушка не чувствовала. Мысли все больше блуждали вокруг визитки, врученной Григорию. Игорь говорил: первая заповедь мудрого журналиста — тяни к себе всех, кто тянется, а вот сама кидаться к людям не спеши — ты о людях должна узнавать все, а они о тебе ничего. С молодым коммивояжером в парке все получилось с точностью до наоборот.