Страница 87 из 137
-- Я знакома с этим уродом из Кэмдена лично, -- вздохнула Ив. -- Его любимое занятие -- унижать людей и издеваться над ними, плюс он обладает невероятными геополитическими амбициями...
Услышав подобные речи из уст дочери, Правитель не мог поверить своим ушам. Филип, заметив написанное на лице тестя изумление, сказал с недоброй иронией:
-- Вот кого вам нужно было готовить себе в преемники, крестный.
Ив, не обращая внимания ни на того, ни на другого, продолжала:
-- ...Арман Шестой знает: Алтон не готов к войне с таким противником и пойдет на все, лишь бы оттянуть ее начало. Мы не первый год улещиваем Кэмден, сдавая позиции на Южном море. Незадолго до твоего ареста отец подписал передачу протектората над Алгасарром, а это жирный кусок. -- Слушая Евангелину, Правитель чуть за голову не хватался и мысленно благодарил небеса, что дочь больше интересуется постелью, чем политикой. При такой осведомленности... -- И теперь король приедет сюда и будет изгаляться над нами, играть, как кот с мышью... Не знаю, что там ему обещано, -- Ив глянула на отца, -- но кэмденцу этого, видно, мало. Он хочет получить довесок нашим унижением.
-- Ты в свое время отказала ему? -- ехидно поинтересовался ее муж.
-- Какое там! -- невесело рассмеялась девушка. -- Он мужелюб.
Филип выругался.
-- Да-а, если он из этих, да еще таков, как ты говоришь, мало нам не покажется...
-- Я не хочу приказывать, если есть желание -- уезжайте, -- проговорил Правитель. -- Ваше присутствие в лучшем случае оттянет войну на год-другой... И то лишь в самом лучшем случае.
Филип удивленно взглянул на него.
-- Думаете, нам так достанется от этого злобного извращенца, крестный?
-- Да. Особенно тебе.
-- А ты что скажешь, Энджи?
-- Фил, я бы очень хотела уехать, но если начнется война, мы не сможем прятаться... Может, если сцепим зубы, отделаемся горой публичных оскорблений в наш адрес... Переживем, суд же пережили...
-- Вам придется очень крепко сцепить зубы, ибо любая попытка защитить себя, даже словесная, будет воспринята королем как агрессия, -- сказал Правитель. -- Вызывать его на поединок бессмысленно. Во-первых, он великолепно владеет мечом, и я бы не поручился за исход сражения с ним ни одного из вас. Во-вторых, убить или ранить Армана на территории нашего государства значит объявить Кэмдену войну. Его наследник, сын сестры, вполне вменяемый, рассудительный молодой человек, чурающийся мужелюбства, будет вынужден подчиниться традициям и отомстить за родственника, погибшего во время дипломатического визита.
-- Что ж, придется в очередной раз встать к позорному столбу... -- помрачнел Филип. -- Но, как я понимаю, для нас не было б разницы, останься я при титуле и правах.
-- Не было бы, -- ответила Ив, борясь с желанием обнять мужа (ей не хотелось делать это в присутствии отца). -- Разве что у Армана оказалось бы меньше тем для "шуток". Не унывай, Фил, на сей раз ты будешь у столба не один.
-- Я бы предпочел не видеть тебя ни у столба, ни среди зрителей, -- пробурчал Филип.
-- Спасибо, -- сказал Правитель. -- Поверьте, мне самому не хочется втягивать вас, но иного выбора нет. Если война начнется в ближайшее время, крови будет море, причем большей частью крови невинной.
-- Ладно, крестный, проехали! -- Филип махнул рукой. -- На что еще я гожусь в моем положении? -- Он помолчал, потом спросил: -- Значит, отшучиваться тоже будет нельзя?
-- Я сам постараюсь отвечать за вас, -- ответил Правитель. -- Если король все же пожелает послушать тебя или Евангелину, очень прошу держаться строго в рамках и говорить "да", "нет", "не знаю", "затрудняюсь ответить", не забывая добавлять "ваше величество".
-- Мы так недоумками прослывем! -- возмутился Филип.
-- Зато не навредите общей ситуации, -- отрезал Правитель.
-- Крестный, а мои грядущие страдания на пользу государства не окажутся достаточными для возвращения прав и имущества? -- вкрадчиво спросил его зять.
-- Посещение предстоящего дипломатического приема может быть расценено как страдания разве что твоей женой и мной, так что об имуществе пока забудь, -- сказал Правитель. -- А сейчас я прошу вас уйти, у меня очень много дел, -- быстро проговорил он, заметив, насколько его личная оценка ситуации удивила крестника и дочь.
На дипломатический прием в честь короля Кэмдена молодые люди с разрешения Правителя пришли с некоторым опозданием. Чести посещать подобные мероприятия удостаивалось лишь избранное общество, и немногочисленные гости разместились в двух небольших смежных залах. В первом из них публика беседовала, прохаживаясь или сидя на диванах, во втором был накрыт стол. У дверей несли караул два гвардейца, в которых дочь Правителя с тревогой узнала Шона и Кайла. Филип тоже заметил друзей, слегка кивнул им и прошептал Ив:
-- Не нравится мне, что старик поставил ребят. Начинаю чувствовать себя как в ловушке.
Его жена хотела ответить, но промолчала, заметив приближающегося Правителя. Рядом с ним вышагивал, помахивая тросточкой, король Кэмдена Арман Шестой в сопровождении пары шкафообразных бритоголовых телохранителей с бычьими шеями. Ив видела его величество не впервые, но снова поймала себя на мысли насколько же он мерзок. На самом деле, не старый и не уродливый, король в определенном смысле был даже красив: высокий, с копной вьющихся черных волос ниже плеч, с крупными правильными чертами лица. Многие придворные дамы с придыханием восторгались его чувственным ртом с красными пухлыми губами и большими карими глазами чуть навыкате. Но дочери Правителя Арман с первой встречи внушал чувство, близкое к омерзению: в ее понимании подобная красота была слишком женственной для мужчины. Тело короля, крупное, по-мужски скроенное, казалось рыхлым, пухловатым, бабьим. Учитывая его постельные пристрастия, Ив задавалась вопросом, что же оказалось первичным: женственная красота или сексуальные предпочтения. Тем временем Правитель и его спутник подошли к застывшим посередине зала молодым людям.