Страница 61 из 137
Филип, заметивший реакцию подруги, и глазом не моргнул. Насколько он мог судить, Кендрик ничего не заметил. Судьба опять подбросила им неприятный сюрприз, но это еще далеко не самое худшее, что могло случиться. В конце концов, Ив и не понадобится много говорить: мальчишке нечего встревать в беседу взрослых мужчин. А он без труда сумеет заболтать попутчика. Но для начала нужно представиться.
-- Я -- Ричард Эрли, -- сказал он, -- сын капитана замковой стражи герцога Олкрофта. -- Настоящий Ричард Эрли существовал, но был здоровенным детиной с разумом пятилетнего, который едва умел говорить. -- А это, -- он кивнул в сторону Ив, -- мой племянник, сын сестры, его зовут Джек.
Все трое раскланялись. Кендрик с любопытством посмотрел на Ив, но она чувствовала: он не узнает ее, и успокоилась.
-- Куда тащишь такого сосунка? -- спросил новый знакомец у Филипа.
-- Куда его, по-твоему, можно тащить? Домой, конечно! Сбежал неделю назад, море увидеть захотелось. Чуть не с детства вбил себе в голову, что контрабанда -- занятие прибыльное, интересное и почтенное. Отец его сейчас по делам в столице, только через неделю вернуться должен. Хорошо, я как раз заехал к сестре погостить, да еще повезло, что знакомые люди видели его на этой дороге, а то бы черт знает сколько искать пришлось, -- легко и самозабвенно врал "Ричард".
-- Ты бы ему каторжные копи там, у моря, показал, куда не слишком удачливые контрабандисты попадают, -- хмыкнул Кендрик.
-- Показал, специально крюк сделали. А ты сам-то куда путь держишь? -- молодой человек постарался побыстрее отвести беседу от нежелательного предмета.
-- Домой возвращаюсь. К зазнобе ездил время провести, она тут недалеко проживает, за день добраться можно.
-- Ничего себе недалеко! Неужели поближе никого не нашлось? -- ухмыльнулся Филип.
-- Поближе тоже есть, но эта -- другим не чета, -- улыбнулся в ответ Кендрик. -- Да ты молод еще, тебе все равно в какой ступке пестиком толочь, лишь бы поближе стояла.
Филип рассмеялся, Ив тоже фыркнула.
-- Ты-то, племянничек, чего веселишься? Много в этом понимаешь? -- поинтересовался молодой человек.
-- Я, может, в этом пока и не много понимаю, да смешно, что незнакомый человек только тебя увидел и сразу раскусил, -- злорадно ответила Ив.
-- О чем это ты?
-- О том, что ты, дядя, не дурак девок пощупать.
Мужчины расхохотались.
-- Я девок не щупаю, я с ними сплю, -- сквозь смех проговорил Филип.
Кендрик заржал еще громче.
-- Ну, парень, остер ты на язык! Ответ, достойный настоящего мужика! Бери пример с дядюшки, сынок, тогда и дурь насчет побегов из дому и контрабанды в голову лезть не будет.
Беседуя в том же духе и время от времени распугивая слишком близко подошедших к дороге лесных обитателей взрывами громкого смеха, путешественники ехали вперед. Когда перевалило за полдень, устроили привал, собираясь пообедать. Расположились в уютной лощинке сбоку от дороги. Ветра не было, солнце припекало, и Филип снял куртку. Это оказалось ошибкой: рукава рубашки пару раз съехали к локтям, открывая начавшие подживать глубокие ссадины от кандалов. Кендрик сразу их заметил и помрачнел. Парень ему нравился, но он прекрасно знал, откуда идет дорога, по которой они ехали. К тому же и выглядел его новый знакомец уж очень неважно: худой и болезненно бледный, хотя по общему сложению и замашкам было похоже, что на самом деле он молодец хоть куда. Кендрик, хорошо разбиравшийся в военном деле, много лет следил за порядком в феоде герцогини Адингтон: объезжал со своими людьми окрестности, вылавливал бродяг и разбойников. Беглецы с каторги ему никогда не попадались, но он слыхал о таких случаях.
Филип заметил взгляд Кендрика и то, как сразу изменилось лицо попутчика, но не растерялся.
-- На мои "браслеты" смотришь? -- спросил он небрежно, согнул руки в локтях и покрутил кистями, чтобы собеседнику было лучше видно.
Ив стало сильно не по себе. Кендрик кивнул, потом довольно резко спросил:
-- Откуда они у тебя?
Филип ехидно заулыбался.
-- Думаешь, мне удалось с каторги улизнуть?
Ив вдруг рассмеялась.
-- Что смешного, мальчик? -- по-прежнему недобро спросил Кендрик.
-- Да мне дядюшка, когда копи издали показывал, страшным голосом замогильно вещал, мол, оттуда никто никогда не сбегал. А, судя по вашему разговору, это случается.
-- Судя по нашему разговору, даже если это случается, такие ловкачи очень быстро попадаются, -- пробурчал Кендрик. -- Объяснишь, откуда ссадины? -- снова обратился он к Филипу.
-- Ну, если ты так настаиваешь, объясню, конечно, только вот при племяннике не хотелось бы... Мал он еще такие истории слушать, -- молодой человек скабрезно ухмыльнулся.
-- Ничего, когда-то надо начинать его просвещать, -- усмехнулся Кендрик, несколько успокоенный невозмутимостью парня и мальчишки и намеком на нечто непристойное.
-- Ладно, расскажу, только уговор, племянничек, твоей матери ни слова. И отцу лучше ничего не говори. Я не знаю, как они там с моей сестрой живут, может, свет в спальне никогда не зажигают и спят в ночных рубашках до пят, чтобы лишний раз друг друга не увидеть и не потрогать. Еще откажут мне от дома...
-- Хорошо, дядя, договорились.
-- В общем, связался я с одной бабенкой, которая любит в постели верховодить...
Далее последовало разукрашенное смачными подробностями повествование о мучениях и пытках, пережитых во имя любви. Кендрик смеялся до колик, чуть ли не по земле валялся и даже думать забыл о своих подозрениях. Когда рассказ был окончен, благодарный слушатель еще немного посмеялся и спросил: