Страница 27 из 48
МОРСКАЯ ПОЧТАНу что сказать, моя радость?!.В музее Эдгара По выглянула в окно,А в окне – обои, обои какой-то местности,Обои лужайки, поля, обои дневного неба.Стояла зимняя ночь.Потом в музее БулгаковаВыглянула в окно, а в окне – обои,Обои оккультной лавки, обои какой-то оперы,Обои ночной метели, её наглядных пособий.Стояла жара июля.На вечере в консерваторииВыглянула в окно, а в окне – обои,Обои какой-то симфонии,Обои рояля и скрипки с оркестром,Обои в антракте гуляющей публики,Обои карет и фонтанов.У них тут повсюду в окнах – обои,Обои свежего воздуха, обои живой природы,Обои духовных ценностей,Обои наркоза, пьяности,Обои – от всякой боли.Я спрашиваю:– Это у вас настоящее,Или просто такие обои?– Обои! – они говорят. – Обои!И радостно так улыбаются,Мол, вот до какой прекрасностиДоходит светлое будущее.Ну что сказать, моя радость?!.Тут у них – светлое будущее.Смотрю в окно, а в окне —Обои светлого будущего,Оторвала кусок, а под ним – обоиЕщё более светлого будущего,На этом куске обоевШлю записку тебе в бутылке:«Скоро буду! Надо ветер поймать,Чтоб доплыть. Обнимаю парусно.Очень многие ездят сюда завидовать.Такое вот Суйщество, и оно суйществует.Конец связи».* * *Мой высший свет вам даже не приснится.Свободы роскошь отключает тормоза, —Ни разу в жизни я не красила ресницы,А также веки, уши и глаза.Характер мой ужасен, прямо скажем,Такое наглое свободы торжество:Я ни секунды не жила под макияжем, —Чтоб не зависеть от отсутствия его.Мне абсолютно безразличны тряпки, шубки,Цена которых – мышья беготня.Но времена я выбираю – как поступки,Зависящие лично от меня.Вот, например, я выбираю Время ПочтыИ почтальонствую во множестве времён.А на дворе – какое время?!. Время Бочки,Но почтальон – он вышиб дно и вышел вон!..КОНЕЦ СВЯЗИДевочка, которая, бывало,Из китайца деньги добывала,Чтоб домой в Европу плыть не зайцем…Этот фильм про девочку с китайцем,Безнадёжно, нежно и жестокоОдарённым роскошью ВостокаИ пленённым европейской деткой…Этот фильм о юноше, столь редкойДоблести – как слёзы при разлукеС малолеткой в шляпе из соломки…Глянет на себя – как на чужую,И прочтут роман её потомки,Будет голова у них кружиться…Пароход отчалил от Китая,Ставят европейскую пластинку.Лишь на Бога можно положиться…Малолетка, тайной обладая,Вся верна природному инстинкту:Опыт – лжец, а мудрость – это лжица.ЯВЬНе то, что видишь, происходит,Совсем не то, что говорят.Факир красотку заколодитИ на кусков распилит ряд.Двойное дно, перегородка,Беззвучный ход незримых дел, —Из-под пилы встаёт красотка,И вид её, конечно, цел.Но все слыхали, все видали,Как рук и ног её брускиСо страшным стуком выпадалиИз-под распиленной доски,И голова её валялась,И грудь, и рёбра, и филе…Но явь ли то, что предъявлялосьГлазам живущих на земле?..* * *…и говорит с причмоком сладострастья:– Вот вымрут поколения, которымпобеда наша принесла несчастья,тогда на всё посмотрят свежим взором,тогда не будут нас клеймить позоромсвидетели того, как сдохла совесть,убитая естественным отбором, —и мы войдём в Историю, как новость,как сила воли, чью победу окрыляспособностью не мучиться виною,История подвигла – счастья для! —произвести крушенье корабля,и мы не постояли за ценою…Не спасся тот, кому не суждено, —утопленников здесь полным-полно,под винт попали, жуткое кино,но если б историческая личностьсчитала жертвы, ха-ха-ха, смешносказать, была бы в этом неприличность, —так неприлично не ведут себяИстории доверенные лица,не современникам подсудна их судьба,а впечатлительных попросят удалиться.ВЕЛИКИЙ МАКЕДОНСКИЙА впечатлительных попросят удалиться,Когда развесят на деревьях трупыИ по обеим сторонам дорогиНа солнцепёке этот агитпропНачнёт влиять… Великий Македонский,Глаза катая, как ночная птица,Толчёт свой мак внутри кровавой ступы,Спивается, тоскует, лечит ноги,В предательстве подозревает многихИ в том числе – песка и листьев шопот.Любовника хоронит Македонский,И с той поры кошмарный топот конскийЕму во сне раскалывает лоб,Но эта пытка долго не продлится,Он в тридцать два умрёт, не погасивДолги своим историкам наёмным,Биографам, слагателям легенд,Которых взял на дело с предоплатой.Но миф сработан ими, он красив, —Побед слепящий свет и в свете славыНеобходимый для победы ужас,Что по обеим сторонам дорогиНа тех ветвях развешан, вроде лент,Прозрачных, призрачных, и до сих пор влияет,Навязывая опыт свой богатый,Магического зверства элемент.