Страница 83 из 93
Но Тамара! Именно она привлекает их сейчас больше всего.
В порыве какой-то фанатичной ненависти, а может быть и скрытого, подсознательно садизма, спецназовцы поворачивают уже стреляющие автоматы в ее сторону.
И тут следует очередь из широкого окна танцзала. Появившийся там Патрик успевает срезать тех, кого не успевают достать Виталий и Святослав.
– Уходим! – раздается резкий крик с палубы. Десантные моторки отваливают от их корабля, быстро, но почти бесшумно, однако прожектор фрегата не дает им уйти в ночь. Раздается рокот скорострелки. И Кузнецов не видит, но воочию представляет, как разлетается в клочья упругая резина лодок и упругая плоть сидящих в них.
Что-то зашевелилось внизу у его ног. Нокаутированный командир спецназа мотал головой и пытался встать на четвереньки. Святослав увидел вдруг его кисти. Огромные, сильные, страшные. И что есть силы не ударил, а как бы даже вдавил каблук в пол. Раздался хруст костей. Эта горилла больше никого не ударит.
Никому не упрет в бок свой дурацкий автомат. И нога опускается вновь.
Никогда ни за грязные деньги, ни по преступному приказу не согласиться убивать людей, которых не знает. И снова каблук в пол.
Продажные тупые скоты! Это вам за Белый дом. Это вам за наши разогнанные демонстрации. За Женю Гребнева, за Леву Нечипуренко, за Юру Половцева!
Кто-то хватает его и пытается оттащить.
– Хватит! – орет над ухом Патрик. – Опомнись!
Кузнецов вдруг как бы очнулся. Обвел глазами танцзал и как сомнамбула пошел к бару. Где и когда он бросил так и не успевший выстрелить автомат, он не помнил. Но это его сейчас не интересовало. Прямо из горла он засосал половину первой попавшейся бутылки.
Корабль дрейфовал. Все сидели в баре.
– Капитан, выставь кого-нибудь на руль и в машину, – сказал Кузнецов. – Хватит приходить в себя.
Капитан отдал соответствующие распоряжения. Зарокотала машина и корабль пошел прежним курсом на юг.
Милях в трех к западу параллельно им шел фрегат.
– Патрик, объясни же, наконец, как мы так умудрились!
– Все просто Святослав. Это корабль контрабандистов. Мы уже давно дружим с ними и помогли его дооборудовать. Здесь масса тайных помещений и фальшивых переборок.
В Ялте в ночь перед отплытием к нам тайно пробрались пятеро моих людей. И спрятались. А сегодня в ночь, они заняли исходные позиции. Один в тайнике под барной стойкой. Все, разумеется, вооруженные автоматами с глушителями.
А румынский фрегат все равно должен был плавать где-то здесь. Но румыны народ весьма прагматичный, мягко скажем. Наши люди, кстати, действительно служащие в аппарате НАТО, с помощь денег инициировали такие вот „натурные учения“ по освобождению корабля от захвативших его пиратов.
– Но как они вычислили нас?
– Время нашего выхода, скорость и курс были согласованы. А подтверждения по маршруту я давал импульсными радиограммами.
– Но на борту, насколько я понял, нет аппаратуры для сжатия сигнала.
– А я и не давал текущих координат. Просто посылал заранее созданные подтверждения, что все идет по плану.
– И все же, они так точно на нас вышли.
– Сами они передавали по радио свои оценки нашего взаимного положения. И когда до нас оставалось миль десять, я включил радиомаяк.
– А раньше почему не включал?
– Наши захватчики могли быть умнее, чем оказались, и могли отследить наличие радиомаяка на борту. Но, увы, а вернее, к нашему счастью, они давно уже не военные. Они бандиты, забывшие, что современная война, это не война стреляющих горилл, а война умов, война техсредств.
– Но, машина, почему она стала?!
– В том убежище, что я прятался, был прерыватель электропитания. А движок у нас хитрый. Дизель электро. Так что дизель крутится, ток дает. А ток до электромотора, крутящего винт, если вырубить один рубильник, не доходит.
– Прямо-таки, рубильник?
– Боже, но до чего же ты технарская зануда! Конечно же, нет, но смысл-то ты понял?
– Да. Но, слушай, и все равно, это невероятно. Ну, вас шесть. Ну, неожиданно. Ну, княжна сгеройствовала. Ну, я этой горилле врезал. Но так вот перестрелять столько профессионалов?
– Это эффект кинжального огня. С близкого расстояния, неожиданно, один автоматчик может положить целое отделение. А их было не так уж много.
– Кстати, сколько?
– Восемнадцать с этим азиатом.
– Да-а-а. А фрегат будет нас сопровождать и дальше?
– До Босфора.
– А потом?
– А потом сами доберемся. Твои противники до нас не дотянутся. Да и потом, многое мы надеемся узнать от этого, покалеченного тобой их командира. И он поможет нам определиться. Кстати, зря ты его так. Ему сейчас в таком состоянии сыворотку правды нельзя колоть. Остаются только словесные методы убеждения.
– Правда, словесные?
– Да, мы же не звери византийские.
Остальные молча слушали их диалог. Только тут Кузнецов осознал, что они с Патриком не одни.
Он обвел всех довольно-таки растерянным взглядом.
– Командуйте, шеф, – весьма кстати сказала Тамара.
– Всем спать.
– Всем?
– Всем, за исключением счастливцев, имеющих возможность заниматься психосексотерапией.
Все дружно рассмеялись. Напряжение как бы разом спало. Начался шум и гам. Бар быстро опорожнялся. Наконец, через полчаса, Кузнецов прерывая общий шум, заорал:
– Почему команду не выполняете?! Все, всем спать!
Глава 8. „Куда теперь?“
Был небольшой перерыв. Вика пила кофе в баре, пытаясь справиться с усталостью Рядом пил кофе ее коллега Руслан. Небольшой щуплый паренек. Он зарабатывал на жизнь, как и Вика, работой крупье. Но на самом деле был аспирантом одного из респектабельных московских ВУЗов.
Он симпатизировал Вике. Даже, можно сказать, был в нее тайно влюблен. Но понимал, что эта девушка не для него. Не будет в его жизни возможностей бросить к ее ногам то, что он бы так хотел бросить, чего она, по его мнению, была достойна. Даже если он закончит аспирантуру, станет кандидатом, а то и доктором наук.
Нет, все в этой стране принадлежит, и будет принадлежать разным Кульбаям. А он и такие как он будут смотреть на таких, как Вика с тайным обожанием, и довольствоваться возможностью перекинуться парой слов за чашкой кофе в перерыв.
– Чего-то Кульбая давно не было, – сказала Вика.
– Наверное, слишком много питался живой кровью. – Он помолчал, а потом с неожиданной жесткостью добавил. – И стал падалью.
Он даже не догадывался, насколько же он был прав.
– Вы можете ко мне подъехать прямо сейчас? – спроси Владислав Борисович Василия Степановича. Он звонил ему по телефону сам. Что делал довольно редко.
– Смогу.
– Когда будете?
– Минут через двадцать пять, сорок. В зависимости от пробок на дорогах.
– Хорошо. Жду.
Когда Назаров вошел в кабинет на Старой площади, то был нимало удивлен. Он давно не видел своего кремлевского шефа таким подавленным.
– Вы знали Кульбая? – спросил он сразу, еще даже не пригласив присесть.
– Слышал немного об этом сибаритствующем головорезе. А что с ним?
– Официально исчез. А на самом деле, наверное, убит. Вместе с одной из своих команд. Уже много лет выполнявшей его деликатные задания.
– Наверное, опять какие-то убийцы-общественники?
– Нет, действующий морской спецназ.
– Надо сказать, уровень наших антихристов растет день ото дня.
– Чему вы радуетесь?
– Я? Да что вы? Впрочем, не буду скрывать, мне уже доставляет эстетическое удовольствие наблюдать за их похождениями. Ей Богу, начинаешь думать, их бы нам в команду.
– Не лукавьте. Гораздо вероятнее, что вы подумали несколько иное.
– Что же, если не секрет?
– Какие секреты. Вы подумали, мне бы в их команду. Ведь так?
– Честно скажу, так не думал. Но ваше предложение нахожу довольно интересным. Я его рассмотрю на досуге и на свежую голову.