Страница 9 из 20
— Вы сказали, что не будете вмешиваться, — вскинулась Констанция. — Держитесь подальше от бассейна до тех пор, пока я не закончу дрессировку.
Слейтер не отвечал, он смотрел на сыщиков.
— Кто эти парни? — спросил он, растягивая слова.
— Мои друзья, — сухо ответила Констанция. — Водолазы. Мне же нужны помощники.
Слейтер кивнул, и Юпитер понял, что ему это все не понравилось, но он не показал виду, потому что приходилось соглашаться на условия Констанции.
— А кто ваш друг? — Констанция кивнула головой на тощего.
— Доннер, — представился тот. — Пол Доннер. Я старый приятель мистера Слейтера, а также и вашего отца, мисс Кармел, — и улыбнувшись, добавил: — Старый друг из Мексики.
— Ах так.
Юпитер был уверен, что фамилию Доннер Констанция слышала впервые. Но улыбка, адресованная ей, когда он говорил: «Старый друг из Мексики», должна была, как казалось, ее успокоить. Ему известно об афере с контрабандой, но беспокоиться не о чем.
Улыбка все еще была на его лице, когда он повернулся к сыщикам.
— А вы, значит, водолазы? Работаете вместе с мисс Кармел в «Мире океана»?
— Время от времени, — быстро ответила Констанция. — Когда мне нужны помощники. Ах да, я вас не познакомила. Это Юпитер, Боб и Питер.
— Рад познакомиться.
В глазах человека, протягивающего им руку, не было ни малейшего признака того, что он их узнал.
«Или у него память, как решето, — подумалось Юпитеру. — Или он не хочет, чтобы Слейтер знал правду. А почему? Что скрывает этот Пол Доннер?»
Глава седьмая
Становится горячо
— Пол Доннер, — сказал Юпитер. — Какое же место занимает Пол Доннер во всей этой истории?
Это был не вопрос, а просто мысли вслух.
Они стояли у ворот складского двора Джонсов и ждали Констанцию, которая обещала заехать за ними после обеда.
— А то, что он имеет отношение к этому делу — это уж точно, — продолжал Юпитер. — Констанция никогда о нем не слышала, вчера в первый раз увидела, а он, похоже, знает о поездках ее отца в Мексику.
— И он что-то разнюхивал в доме капитана Кармела, — добавил Боб.
— Ага, — подтвердил Юпитер. — Он друг Слейтера, наверное, он и был вторым человеком в лодке, когда за нами наблюдали, а мы возились на берегу с китом.
— Что же это за друг, — хмыкнул Боб, — если он скрывает от Слейтера, что уже встречался с нами в Сан-Педро?
— Одно точно, — вставил Питер. — Он знает о нас все, а мы о нем ничего. Ему уже тогда было известно, что мы три детектива,
— Если спросите меня, — задумчиво произнес Юпитер, хотя его никто ничего не спрашивал, — то скажу, что ему известно практически все. И о контрабанде, и о шторме, и о затонувшем катере, и о плане Слейтера использовать кита в поисках катера. Знать-то он знает, но как-то сам сюда не вписывается…
Он замолчал, потому что у ворот остановился белый фургончик.
Юпитер забрался на сиденье рядом с Констанцией и протянул ей небольшую металлическую коробочку.
— Надеюсь, это то, что нужно, — сказал он.
— Ты уже сделал? — она заметно обрадовалась. Юпитер кивнул. Ему пришлось встать сегодня в пять и провозиться все утро, выполняя задание Констанции.
Он показал, как открывается коробочка. Внутри находился кассетный магнитофон с микрофоном и усилителем. Сбоку коробочки Юпитер поставил две тонкие пластмассовые пластинки, и магнитофон мог работать при закрытом корпусе. Главный детектив провел испытание под водой дома в ванне, и магнитофон работал нормально. Герметичность была полная.
— А ты хорошо разбираешься в электронике? — с уважением спросила Констанция.
— Не знаю. Просто у меня такое хобби.
Вообще-то Юпитер считал себя вторым Эдисоном по изобретательности в технике, но хвалиться не любил. Он считал, что его работа говорит сама за себя.
Три сыщика захватили с собой маски и ласты. Около бассейна друзья разделись, оставшись в плавках. Ни Слейтера, ни его друга Доннера не было видно.
— Я просила их не мешать нам, — пояснила Констанция. — Если они все-таки будут сюда соваться, то я…
Она не закончила фразу.
— Не бросите же вы все это? — обеспокоенно спросил Боб.
Она пожала плечами.
— Да нет, мне деваться некуда. Деньги для папы понадобятся срочно. Нужно найти катер.
— Кстати, как дела у отца? — поинтересовался Питер.
— Пока неважно, но он крепкий мужик и выкарабкается. Врачи тоже так считают. Они пускают меня к нему всего на несколько минут. Говорить с ним еще нельзя, да он и не может, но если говорит, то всегда одно и то же, — она замолчала, надевая ласты. — Вы детективы и, может быть, уловите тут какой-нибудь смысл. Он повторяет одно и то же: «Не упускай из виду обе длинные дубины и соедини их».
Она соскользнула в воду, и ее приятель Флаки поспешил ей навстречу.
— Обе длинные дубины, — Юпитер закусил губу и взглянул на своих друзей. — И соединить их. Что вы на это скажете, коллеги?
— Длинная дубина, — Боб прищурился. — Это название подходит Полу Доннеру. С большой натяжкой бревном можно назвать и Слейтера, но зачем их соединять? И почему Констанция должна это делать?
— Архивариус, у тебя разыгралась какая-то нездоровая фантазия, — Юпитер постучал себя по голове. — Думать надо.
— Эй! Вот это да! — воскликнул Пит, показывая на середину бассейна.
Флаки все плавал по кругу, а Констанция обхватила его руками, лежа на спине.
Их игра продолжалась не менее получаса, и ребята наблюдали за ней как. зачарованные. Хотя все выглядело игрой, для Констанции это была работа. Она дрессировала кита, причем не столько на выполнение приказов, сколько на то, чтобы он понимал каждое ее движение и выражение лица, приучая угадывать ее желания и быстро реагировать на них.
«Они как близкие друзья, — подумал Питер. — Такие близкие, что, кажется, умеют читать мысли друг друга и угадывать желания».
Констанция закончила кормить Флаки и предложила детективам спуститься в воду, чтобы познакомиться с китом поближе — он должен и к ним привыкнуть.
«Не очень-то уютно», — подумал Питер, когда плыл рядом с огромным, сильным животным, а тот время от времени игриво толкал его в бок. Флаки явно радовался появлению новых товарищей для игр и совершенно не испытывал никакого страха перед ними.
— Здорово у вас получается, — похвалила их Констанция, когда они вылезли из бассейна. — А теперь испытаем магнитофон.
Флаки был как раз на противоположной стороне бассейна, и Констанция подала ему знак оставаться там.
Она взяла металлическую коробочку и включила запись, укрепив магнитофон на ремне, надела ремень на талию и прыгнула в воду, Флаки тоже нырнул и лег на дно, оставаясь на том же месте в своем углу.
Ребята с восхищением наблюдали за Констанцией. Было просто невероятно, как долго она могла находиться под водой. Она там так же свободно себя чувствовала, как тетя Матильда в своей кухне. Питер увидел, как она щелкнула пальцами и выставила перед собой магнитофон. Потом улыбнулась и повернула голову набок.
Через какое-то время, показавшееся ребятам бесконечно долгим, Констанция поднялась на поверхность, сделала несколько глубоких, равномерных вдохов и сказала:
— Думаю, получилось. Давайте скорее прослушаем.
Юпитер перемотал пленку и включил воспроизведение. Сначала послышалось тихое бульканье, потом быстрые чмокающие звуки. Это Констанция щелкала под водой пальцами.
В ответ на это послышалось нечто похожее на птичье чириканье. Эти звуки нарастали, становились выше, их тональность все время менялась, делая их похожими на мелодию, которая сопровождалась пощелкиваньем, что напоминало мелодию испанского танца с кастаньетами.
«Это не совсем птичье щебетание», — подумал Юпитер. Горловые вибрирующие звуки. Нет, он не помнил, чтобы слышал когда-нибудь что-либо подобное.
Через минуту наступила тишина, и Констанция выключила магнитофон.
— Это был Флаки? — Боб широко раскрыл глаза от удивления. — Это Флаки пел?