Страница 9 из 22
Часто, обычно в середине дня, между приятелями возникали перебранки.
— Ну что ты все по кустам шастаешь! — сердился на Павлика Валера. — Окопов столько, что все не осмотреть, а ты все по кустам…
Павлик возвращался к ребятам, помогал осмотреть очередной окоп или траншею, а потом снова нырял в заросли, пытаясь обнаружить окоп, о котором со времен войны никто не знал.
«Ну где же он может быть? Где?» — думал он, продираясь сквозь густые кусты. Вылезал он оттуда часто весь исцарапанный, но продолжал искать.
Мечта его осуществилась неожиданно просто. Возвращаясь домой, ребята сели отдохнуть. Вовка сорвал с какого-то дерева лист и предложил ребятам отгадать с какого. Между Валериком и Таней разгорелся спор. Валерка доказывал, что лист с липы, Таня спорила, что это обычная осина. Павлик, не любивший сидеть на привалах, кружил поблизости. Метрах в десяти он заметил усохшую березу и буйную поросль молодых березок вокруг. Сердце Павлика замерло.
«А что, если он там, внутри…» — подумал он и полез в заросли. И действительно, деревца тщательно скрывали старый, заросший окоп. Павлик точно заметил место и, сделав топориком зарубку на старой березе, повел ребят домой.
ЗВЕЗДОЧКА
Несколько дней после встречи на рыбалке с дядей Мишей Павлик обдумывал план создания звездочки. Пытался вспомнить, чем занимались в школе, но сразу же убедился в правоте Валерика, что школа и дача — вещи разные. Там учительница, пионервожатая и шефы из старшего класса, а здесь придется самим все придумывать. И когда у качелей под тремя березами собрались все ребята, Павлик сказал:
— Ребята! Давайте собрание сделаем.
— Да. Надо решить, что будем делать в звездочке.
— Надо сначала выбрать командира…
— Мы уже выбрали тебя, — сказала Таня.
— Нет, не выбрали еще. Надо голосовать.
— А как это? Расскажи.
— Кто хочет, чтобы я был командиром звездочки, пусть поднимет руку.
— Поднимайте, поднимайте, — торопила всех Оля, поднимая обе руки сразу.
— А теперь давайте принимать в звездочку тех, кто согласен заниматься полезными делами.
— Зачем принимать? Все будем. Ты, я, Валерик, Вовка и Оля, — сказала Таня.
— Нет, — возразил Павлик, — Татьяна Дмитриевна говорила нам, что октябрята должны расти честными, смелыми, здоровыми и сильными и еще какими-то, но я забыл. А это к нашей Оле не подходит. Откуда же у нее будет сила, если она ничего не ест.
— Как не ест? — спросил, вскакивая на ноги, Вовка.
— Совсем-совсем ничего? — уставилась на Павлика Таня.
— Ну не так, чтобы совсем ничего. Мама ее как-то уговаривает съесть немножко, но сама Оля ничего не хочет: ни каши, ни молока, а о супе… — Павлик не договорил, а только рукой махнул.
— Такие нам не подходят! — решительно заявил Вовка. — Надо есть все, что дают. — Он поднял рубашку и похлопал ладонью по животу.
— Тебе тоже еще рано в звездочку. Маленький, — сказал Павлик.
— Это я маленький? — изумился Вовка, вытягиваясь вверх на пальчиках и выпячивая вперед живот. — Ты лучше быстрее вспоминай, что мы должны в звездочке делать, чтобы стать этими… октябренками.
— Октябрятами, — поправил Павлик.
— Правильно. Я тоже так сказал, — не смущаясь, сказал Вовка. — А в звездочку надо принимать всех, — поддержал он предложение Тани, — потому что мы всегда вместе. А есть Олю мы заставим, и силы у нее хватает. Попробуй поборись с ней…
— Будет есть как миленькая, — сказала Таня, строго поглядывая на Олю. — Пусть только попробует капризничать.
Оля сидела притихшая. Только глаза ее бегали по лицам ребят, как бы ища у них поддержки. Даже Тузик, видя, что с хозяйкой делается что-то неладное, присмирел и молча глядел на нее, дожидаясь, чем все кончится.
Но все обошлось благополучно.
— А теперь давайте говорить, чем будем заниматься в звездочке, — предложил Павлик.
— Во-первых, надо найти сокровища, — крикнул Валера.
— Тс-с! — остановил его Павлик. — Это само собой. Но мы должны держать все в тайне.
Помолчали, потом Таня сказала:
— Надо каждый день собираться вместе и читать книжки.
— Помогать старшим в работе, — добавил Павлик.
— Заниматься физзарядкой…
— Ходить в магазин за продуктами…
— А почему вчера не пошел с дедушкой за керосином?
— Почему, почему, — потупился Вовка. — Потому что тогда еще звездочки не было.
— Надо выследить вора, который по огородам шастает, — внес предложение Валерик.
— Учить стихотворения и потом читать их людям…
— Правильно. Делать представления. Я буду артисткой! — закричала Оля.
— Надо ухаживать за животными, — предложил Вовка.
— За какими? — спросил кто-то.
— За этими, — показал Вовка на спящего котенка, — и за Тузиком тоже. А то вы только играть с ними любите, а чтобы молока, колбасы или рыбы им дать, так вас нету…
— И за птицами тоже, — добавила Оля. — Я кроме Тузика и за скворцами ухаживаю. Даю им есть и пить. Они такие забавные… — И, немного о чем-то подумав, продолжала: — Тузика и Уголька мы всегда накормим, а вот что делать с чужими котами, которые каждое лето сбегаются к нам.
И, словно в подтверждение ее слов, из-под дома, оглядываясь по сторонам, боязливо вышла одноглазая кошка, а рядом два котенка. Один такой рябенький, как и она, а второй черный, точь-в-точь Уголек. Потом из-под дома начали вылезать и другие такие же грязные кошки. Они хорошо усвоили голос Оли. Если она была одна, безбоязненно вылезали из своих убежищ и терлись у ее ног, так как знали, что она их всегда накормит. Но теперь возле нее были ребята, и коты издали следили за ней.
— Откуда их столько? — спросил Павлик.
— Откуда? — отозвалась Оля. — Ты спроси об этом Валеру.
— Весной, — начал Валерик, — многие привозят котят на дачу. Ты же сам знаешь, какие они потешные, когда маленькие. Вот ими и забавляются. А осенью в город не берут. Осенью и зимой мы с дедушкой специально приезжаем сюда и привозим им еду. Они нас за километр чуют и бегут навстречу. В декабре прошлого года, когда мы шли домой, так на Четвертой улице за нами увязалось штук двадцать котов. Если бы ты их только видел: худые, длинные, злые, страшные.
— Узнать бы, кто их оставляет, — сказал Павлик.
— Зачем узнавать? Вот наша соседка, через дорогу напротив. Все зимы оставляла кота и сама же говорила, что он не хочет в город, потому что ему здесь лучше, а в том году оставила трех маленьких котят, и ни один из них не дожил до весны…
— Вашего бы Ваську оставить, — буркнул Вовка.
— Как тебе не стыдно. Что ты все васькаешь? Он не виноват, что в нашем доме мышей нет, а чужих ловить он не обязан. Он их не знает, — заступилась за своего кота Оля.
Предложений в план работы звездочки поступило много, но Павлик видел, что конкретного дела, которое по-настоящему увлекло бы ребят, нету, и он ухватился за идею, предложенную Валериком. Она показалась ему интересной.
— Слушать старших, помогать им в работе, есть все, что подают на стол, мы должны и без звездочки, — сказал он. — А вот чтобы выследить и поймать вора, как предлагает Валера, в одиночку не каждый сможет, а вот все вместе…
— Ну, теперь мы этого Костю поймаем как миленького. — Оля вскочила на ноги и, приплясывая, с жаром договорила: — Я все знаю. Все, все, все! Хотя бабка Тишуриха и защищает Костю, а нам дед сказал, что он человек темный, что за ним нужен, глаз да глаз.
— Если ты все знаешь, так и ловила бы сама, тоже мне милиционерша, — поддел ее Вовка. — Расшумелась. Слова никому не дашь сказать.
— Боцман! Не возникай. Не знаешь, так помалкивай. Я Павлику такое расскажу…
Таня, сидевшая рядом, дернула Олю за платье, и та сразу умолкла.
За разговорами не заметили, как сплошные темно-серые тучи, выползавшие из-за леса, закрыли солнце, как вовсю разговорились с прилетевшим откуда-то ветром листья на березах, как басовито загудели тополя на защитной полосе. И только тогда, когда над их головами тяжело грянул гром, все вскочили на ноги и без команды со скоростью ветра разбежались по домам.