Страница 50 из 101
Увы, даже самому хорошему плану может помешать непредвиденное стечение обстоятельств. Торк все сделал правильно, но ему просто не повезло.
Примерно через час после начала организованного забега, когда «петля» уже была готова «завершиться», и ранигское войско должно было «выйти» прямо на курс по направлению к Парму, на горизонте показались какая-то тень. У Торка еще был шанс свернуть, но он резонно предположил, что впереди просто небольшая роща, и ее можно «пробежать» насквозь. Его слегка оправдывал тот факт, что полковник слишком сильно удалился от местности, которую хорошо знал.
Как вскоре выяснилось, там была не роща, а вражеский отряд. Волею слепого случая полк Ранига вышел как раз на вторую часть войска Томола и Кманта, состоящую из немногих ишибов и нескольких тысяч солдат. Торк понял это слишком поздно, когда безопасно свернуть уже не было возможности.
Несмотря на часовой бег, здравый смысл не покинул опытного наемника. У него было три выбора. Во-первых, продолжать бегство и «врезаться» во вражеский строй. Это неизбежно приведет к тому, что полк «увязнет» в противнике, а подоспевшие ишибы нападут с тыла и нанесут огромный ущерб, даже, возможно, полностью уничтожат войско Ранига. Во-вторых, он мог бы сделать резкий поворот. В этом случае войско ишибов, «наступающее на пятки», столкнется по крайней мере с частью полка и уничтожит эту часть, не встречая вообще никакого сопротивления. В-третьих, Торк мог бы остановиться, развернуться и напасть на первоначального противника. Мгновенно взвесив все «за» и «против» полковник выбрал третий вариант.
По сигналу полк остановился. Даже на бегу батальоны сохраняли какой-никакой порядок, по крайней мере, не перемешивались между собой. Еще когда стало ясно, что вражеские ишибы не собираются прекращать преследование, фланговые батальоны слегка замедлились, позволяя центру догнать их. Поэтому когда прозвучала команда о прекращении бегства, она была исполнена всем полком.
У Торка было очень мало времени. Ему не хотелось получить удар в спину от обычных, но многочисленных солдат. Поэтому он сразу после команды «остановиться», приказал «развернуться», а затем «смешаться» и «атаковать».
Как хорошо, что ни Комен ни Ферен не видели этой атаки. Они-то отлично разбирались в искусстве боевых построений крупных формирований. Поэтому вряд ли оценили бы красоту атакующей толпы. Полк выполнил команду: батальоны успели смешаться уже во время бега навстречу вражеским ишибам. И в виде неорганизованной толпы вошли в соприкосновение с противником.
Если оставить в стороне рассуждения об эффективности правильных построений и прочего, то Торк совершил гениальный ход. Трудно сказать, что явилось тому причиной: то ли трезвый расчет, то ли чутье профессионального наемника, но полковник, твердо запомнив фразу своего заместителя о том, что великие ишибы сконцентрируются только на полковых ишибах, решил просто их «спрятать». В толпе собственных солдат.
Если бы отряд Томола и Кманта сохранял столь милое сердцу Комена или Ферена правильное построение, то, возможно, план Торка провалился бы. Но о каком построении могла вестись речь, если отряд только что преодолел значительное расстояние бегом? Разумеется, в рядах ишибов царил такой же хаос, как и в рядах полка Ранига.
Поэтому сейчас одна толпа благополучно встретилась с другой. Конечно, простые солдаты Торка не могли нанести противнику существенный вред, но ведь его ишибы-то могли, тем более, если речь велась о «рукопашной». К чести ишибов Томола и Кманта, они извлекли опыт из поражений Миэльса. Быстро выяснилось, что вражеские ишибы, организованно действуя по двое-трое, способны убивать солдат Ранига, невзирая на противодействие амулетов. С ранигскими ишибами было сложнее — их защита слагалась не только из эффекта амулета Террота, но и из собственных способностей. Даже великим ишибам нужно было некоторое время на то, чтобы преодолеть ее. Но проблема была в том, что Торк никому не собирался предоставлять никакого времени.
Как только оба войска вошли в соприкосновение, снова прозвучал сигнал «атаковать», и сразу же за ним — «продолжать движение». Полк Ранига начал медленно двигаться сквозь неплотный отряд вражеских ишибов. Если наиболее многочисленные силы Томола и Кманта собирались ударить в тыл, то они все равно не успевали. Неся потери, нанося ущерб врагам, войско Торка в буквальном смысле шло через отряд противника. Ишибы Томола и Кманта убивали его солдат, его ишибы убивали ишибов Томола и Кманта, великие ишибы убивали его ишибов…. Но конец был близок — войско численностью в двести пятьдесят человек не могло занимать большую площадь. Вот первые солдаты полка прошли сквозь него, потом вторые, третьи…. «Продолжать движение» — непрерывно звучал сигнал. Направление бега полка сменилось на противоположное. За ним по-прежнему следовали ишибы, но и тех и других уже было меньше. Да и энтузиазма у войска ишибов поубавилось. Стало ясно, что предстоит такая же гонка, только, на этот раз, без возможности встретить впереди армию Томола и Кманта. Через полчаса преследования погоня прекратилась.
Полк Торка понес большие потери: семь ишибов и больше двухсот солдат убитыми или захваченными в плен, раненых в строю не было.
Михаил в ускоренном порядке продолжал работы над амулетами. В нужных ему областях удалось добиться значительных успехов. Прежде всего это касалось «стрелкового» оружия. Используя в качестве болванок для амулетов деревянные палки, по форме отдаленно напоминающее ружье, он сумел изготовить классический двухфункциональный амулет. Точнее сказать, этот амулет опять-таки лишь выглядел двухфункциональным, потому что во-первых, получал энергию ти, а во-вторых, мог направленно высвобождать ее, создавания на расстоянии около пятидесяти метров очаг неусточивости ти. Нужно сказать, что амулет не просто извлекал энергию из движения молекул, а создавал нечто вроде моста между реальным пространством и «ти-пустой областью», а затем «перекачивал» туда энергию из окружающей среды. Михаил точно не знал, что из себя представляет эта область, он обнаружил ее описания в одном из свитков и просто использовал принцип, чтобы создать разность температур.
Об этой разности температур следует сказать отдельно. Король свято верил в то, что второе начало термодинамики должно быть верным и в мире Горр. Скорость движения молекул прямо связана с температурой. Процесс, при котором происходит передача тепла, а следовательно, энергии, от холодного тела к горячему невозможен. Поэтому амулет никак не мог бы использовать получаемую энергию ти без того, чтобы не перекачивать ее куда-то, где температура значительно ниже. Михаил подозревал, что температура «ти-пустой области» очень низка, возможно, близка к температуре космоса. Он не понимал, почему в свитках ничего не было сказано о том, как использовать на практике такую замечательную вещь, как ти-пустота. Может ли быть, что ишибы не использовали ее вообще? Ответа он не знал. Даже Парет не обладал информацией о возможности использования этого.
Король предусмотрел нечто вроде курка рядом с аналогом короткой рукоятки. При нажатии на этот курок амулет активировался. Оружие было, несомненно, опасно для ишибов, но обладало рядом недостатков. Даже при его кратковременном использовании температура окружающей среды резко падала, а при относительно длительном и непрерывном применении перепад температур был самоубийственным для «стрелка». Положение осложнялось тем, что комбинация «стрелковое оружие — амулет Террота» не работала. В ходе экспериментов выяснилось, что то один то другой амулет давали сбой, а однажды вообще спонтанно изменилось направление «выстрелов». Использовать оба амулета одновременно было небезопасно. Конечно, Михаил мог бы «подогнать» их друг под друга, но тогда уже не было бы и речи о двухфункциональности стрелкового оружия, а также это навело бы наблюдателей на подозрения в том, что король мог вносить изменения и в амулет Террота. Поэтому пришлось ограничиться лишь явной двухфункциональностью и неявной многофункциональностью. Тайные функции амулета заключались в том, что если его направить в сторону короля и нажать на курок, то ровным счетом ничего не произойдет. То же самое касалось и гранат «последних моделей» — их разработчик очень заботился о своей безопасности. Стоило любой из них оказаться рядом с ти короля, то взрыва бы не последовало ни при каких обстоятельствах. Вообще же, Михаил, не мудрствуя лукаво, обеспечил «совместимость» собственного амулета и с гранатами и с «ружьями», пользуясь тем, что о существовании этого самого амулета никто не знает, кроме Аррала.