Страница 5 из 46
Но ничто не высвечивает лживость этого лицемерного приравнивания нерегулируемой торговли к гуманитарным устремлениям ярче, чем послужной список Всемирного банка и МВФ – они усугубляют мировую нищету своей непоколебимой, чуть ли не мистической верой в экономику «просачивания благ сверху вниз». Всемирный банк ссужает беднейшие и самые нуждающиеся страны деньгами на выстраивание экономических систем, базирующихся на мегапроектах с иностранной собственностью, на земледелии, направленном исключительно на товарные – на вывоз – культуры, на низкооплачиваемом промышленном производстве для экспорта и на спекулятивных финансовых системах. Эти проекты – золотая жила для горнодобывающих, текстильных и сельскохозяйственных транснациональных компаний по всему миру, но во многих странах они также приводят к разорению природы, массовой миграции в городские центры, краху валюты и потогонным рабочим местам безо всяких перспектив.
И тогда являются на сцену Всемирный банк и МВФ со своей бессовестной «помощью» и непременно с дополнительными условиями. На Гаити, например, это был замороженный минимум заработной платы, в Таиланде – снятие ограничений на право иностранцев владеть собственностью в стране, в Мексике – повышение платы за высшее образование. А когда эти новейшие самоограничения снова не приводят к устойчивому экономическому росту, эти страны все равно остаются в зависимости от рекомендаций Всемирного банка и МВФ – они намертво висят у них на крючке своих многослойных долгов.
Когда внимание мира в конце этой недели обратится ко Всемирному банку и МВФ, он найдет серьезное опровержение тому, что протестовавшие в Сиэтле были алчными североамериканскими протекционистами, стремящимися единолично пользоваться плодами экономического бума. Когда члены профсоюзов и защитники окружающей среды вышли на улицу с протестом против стремлений ВТО пересматривать экологические и трудовые нормативы, их задачей не было навязывать развивающимся странам «наши» стандарты. Напротив, это они играли в догонялки с движением за самоопределение, зародившимся в южных регионах мира, где слова «Всемирный банк» не выговаривают, а выплевывают, а аббревиатуру «IMF» («МВФ») пародийно расшифровывают на плакатах демонстрантов как «I M Fired» («Я уволен»).
После Сиэтла Всемирной торговой организации было сравнительно легко выиграть демагогическую войну. До этих протестов о ВТО вообще мало кто слышал, так что все ее заявления по большей части сомнениям не подвергались. Всемирный же банк и МВФ – совсем другое дело: их чуть задень, и скелеты так и повалятся из их шкафов. Обычно эти скелеты можно было видеть только в бедных странах – разваливающиеся школы и больницы, согнанные со своих земель фермеры, перенаселенные города, загрязненные системы водоснабжения. Но в конце этой недели все изменится: скелеты отправятся вслед за банкирами в их офисы в Вашингтоне.
Ладно, виновата. Проспала.
Я приехала в Вашингтон протестовать против Всемирного банка и Международного валютного фонда, но когда мой мобильник зазвонил в совершенно немыслимое время, и я услышала, что планы изменились и мы встречаемся в 4 часа утра в понедельник, я просто не смогла.
– Хорошо, встретимся на месте, – пробормотала я и накорябала непишущей ручкой на бумаге название перекрещивающихся улиц. Но об этом не могло быть и речи. Полностью обессиленная тринадцатью часами, проведенными на улице накануне, я решила, что наверстаю упущенное на демонстрациях в более человеческие часы. Также, похоже, решили несколько тысяч других людей, позволив делегатам совещания Всемирного банка, которых привезли на автобусах до рассвета, добраться до места совещания с миром в затуманенных глазах.
«Поражение!» – закричали многие газеты, которым уже не терпелось покончить с этим взрывом непричесанной демократии.
Канадский экспатриант в Вашингтоне Дэвид Фрам едва успел добежать до своего компьютера, чтобы объявить протест «провалом», «катастрофой» и в большой мере «паром, ушедшим в свисток». По вычислениям Фрама, активисты были настолько обескуражены своей неспособностью сорвать воскресное совещание МВФ, что назавтра предпочли теплую постель дождливой улице.
Это правда. Вытащить свое тело из постели в понедельник было действительно трудно, но не из-за дождя или полицейских. Это было трудно потому, что к этому времени, за неделю протестов, было достигнуто так много. Сорвать совещание – этим вправе похвастать любой активист, но реальные победы происходят на периферии этих драматических событий.
Первое знамение победы явилось за несколько недель до протеста, когда бывшие чиновники Всемирного банка и МВФ стали спешно переходить на сторону критиков и осуждать бывшее свое начальство. Самый заметный из таких случаев – когда бывший главный экономист Всемирного банка Джозеф Стиглиц сказал, что МВФ остро нуждается в мощной дозе демократии и прозрачности.
Затем пошла на уступки одна корпорация. Организаторы акции протеста объявили, что понесут свои лозунги «справедливой торговли» вместо «свободной торговли» к дверям кофейной сети Starbucks с требованием, чтобы там торговали кофе, выращенным фермерами, получающими зарплату не менее прожиточного минимума. На прошлой неделе, всего за четыре дня до запланированного протеста, Starbucks объявила, что отныне в ее меню будет линия кофе, сертифицированного на предмет справедливой торговли; это не потрясающая основы победа, но хотя бы знамение времени.
И наконец, протестующие определили терминологию полемики. Не успели еще просохнуть гигантские марионетки из папье-маше, а о провалах многих финансируемых Всемирным банком мегапроектов и программ помощи МВФ уже рассказывали в газетах и радиопередачах. И даже более того, произошел громогласный, как музыка Сантаны, возврат критики «капитализма».
Радикально-анархистский контингент под названием «Черный блок» переименовал себя в «Антикапиталистический блок». Студенты колледжа написали мелом на тротуаре: «Если вы думаете, что ВМФ и Всемирный банк – это страшно, погодите, пока услышите о капитализме». Члены студенческого братства «Американский университет» вторили лозунгам, написанным на вывешенных в окнах плакатах: «Капитализм принес вам процветание. Обнимайтесь с ним!». Даже воскресные умники на CNN начали произносить слово «капитализм» вместо просто «экономики». А на первой полосе вчерашней New York Times оно появилось даже дважды. После десяти с лишним лет безудержного триумфаторства капитализм (как альтернатива всяческим эвфемизмам – «глобализация», «корпоративное правление», «растущая пропасть между богатыми и бедными») снова стал правомочным предметом публичных . дебатов. Такого рода воздействие настолько важно, что на его фоне срыв-несрыв очередного совещания Всемирного банка выглядит почти неактуальным. Сама повестка дня того совещания и последующей пресс-конференции была решительно взята на абордаж. Вместо обычных разговоров о дерегулировании, приватизации и необходимости «дисциплинировать» рынки третьего мира зазвучали обязательства ускорить облегчение долгового бремени для обнищавших стран и потратить «неограниченные» суммы на африканский кризис СПИДа.
Это, конечно, только начало долгого процесса. Но если вынести из событий в Вашингтоне какой-то урок, то он заключается в том, что баррикады можно штурмовать духовно, а не только физически. И в понедельник проспали не разбитые усталостью побежденные – это был заслуженный отдых победителей.