Страница 12 из 17
— А я? — хриплым голосом спросил я. — Что будет со мной?
— Вы? Со временем к вам вернется нормальное состояние. Располагайте собственной судьбой, как вам угодно. Но надо торопиться. Вы согласны?
Я молчал. Мысли путались. Выполнить его приказ — предать профессора. Не выполнить — снова каторга.
Ярость заклокотала в моей груди. Я сжал кулаки. Шрат, видимо, ощутил мое состояние, шагнул к окну, сорвал занавеску. В помещение хлынули алые лучи заходящего солнца. В руках ученого я увидел небольшой пистолет.
— Лосс, не будьте глупцом! Что вам Тенк? Вы его не знали, вы его забудете. Он не думает о судьбе мира, пусть мир забудет о его судьбе. Итак, решайтесь!..
Все дальнейшее было как в тумане.
Я подошел к Шрату, протянул руку?
— Давайте флакон!
Я открыл сосуд. Тонкий аромат, напоминающий запах эвкалипта, проник в ноздри. Я заглянул внутрь флакона. На дне блестела зеленоватая жидкость.
— Скорее!..
Я залпом выпил содержимое сосуда.
Мне показалось в первое мгновение, что я проглотил огонь. Пламенная волна ударила в мозг покатилась к ногам, вернулась к сердцу. Я задыхался, беззвучно открывая рот, как рыба, выброшенная на песок. Мелькнула мысль: «Смерть!»
Я рухнул в кресло, закрыл руками лицо, ожидая агонии. Затем вскочил, чтобы бежать куда-то, просить помощи. На меня в упор смотрели холодные глаза Шрата. Он сурово произнес:
— Спокойно! Это нормальная реакция организма. Пройдет.
Да, он говорил правду. Огненная волна схлынула, ушла. Тело стало легким, свежим, в голове ощущалась сладкая истома, чувство успокоения овладело сердцем. Неужели я теперь… проницаем? Я шагнул к стене, дотронулся до нее рукой. Рука прошла в камень, словно это было не твердое вещество, а упругая жидкость. Шрат одобрительно улыбнулся. Указал на сейф.
— Не теряйте времени! Прочтите формулы. Я жду…
Я послушно выполнил его приказ. Закрыв глаза, затаив дыхание, нырнул в сейф. Было странно ощущать, как сквозь меня проходят металлические части, разделенные немыслимо малыми микроструктурами пространства.
Внутри сейфа было темно. Я вернулся назад. Задыхаясь, сказал:
— Свет!..
— Понятно, — кивнул Шрат. — Включаю.
Он нажал кнопку возле сейфа. Повелительно сказал:
— Не медлите. Смелее!..
Я повторил попытку. Теперь на широкой полке сейфа я увидел чертежи и формулы. Привычным глазом я быстро прочитал их, хотя и не понимал значения всех компонентов. Отметил конструкцию, сходную с установкой — моделью, стоящей в лаборатории. Да, это то, что интересует Шрата.
Я задохнулся, вышел наружу. Шрат тревожно спросил:
— Ну, есть?
— Да.
— Повторите. Я запишу… А, дьявол, все-таки не успел!
Дверь в лабораторию открылась. На пороге стоял профессор. Он окинул помещение быстрым взглядом, увидел в руке Шрата пистолет. Черные глаза вспыхнули гневным пламенем.
— Что это значит, Фридрих?! Вы посягнули на мои записи? Кто же вы? Ученый или гангстер?!
Тенк решительно подошел к Шрату.
— Дайте пистолет!
Тот отскочил к двери, яростно сказал:
— Вы сами вызвали этот вихрь! Не захотели добром — применим силу!
— Не был ли я прав?! — с горечью воскликнул Тенк. — Убирайтесь вон!
Шрат побледнел.
— Я вспомню эти слова! До встречи!..
В коридоре загрохотали быстрые шаги. Хлопнула дверь.
Тенк бросился ко мне, схватил меня за руки. Его ладони свободно прошли сквозь мое тело. Он в ужасе отшатнулся.
— Что случилось, Генрих? Вы приняли радонат?
— Да, — с тоской ответил я. — Он вынудил меня. Он шантажировал. Ему нужно было прочитать формулы поляризации пространства.
— И вы прочитали?
— Да.
— Сказали ему?
— Нет, профессор.
— Хорошо! — обрадовался профессор. — Это чудесно!..
— Ничего чудесного нет, профессор, — печально ответил я, — Он приведет полицию, Он не остановится ни перед чем…
— Да, — нахмурился ученый. — Это верно. Как я не подумал об этом?..
— Профессор, — умоляюще сказал я, — но что будет со мной?
— Антирадонат, — произнес ученый. — Его нет сейчас. Для этого необходимо время. Два-три дня. Состояние проницаемости продлится четыре-пять дней. Опасность в том, что вы можете уснуть. Сознание отключится, земля поглотит ваше тело. Если бы кто-то поддерживал вас…
— Боже мой, профессор! Они сейчас придут. Все погибло!..
— Помолчите! — сурово сказал Тенк. — Дайте подумать. Да, я упустил время. Теперь поздно что-либо предпринять. Морис был прав. Я открыл путь вихрю. А теперь… надо исчезнуть!
— Как — исчезнуть?
— Совсем. Генрих, выполните последнюю просьбу. Я сяду в установку, вы включите полярность. Я перейду в мир негативных энергий. Да, знаю, что это риск. Но лягушка осталась жива. Это дает надежду. Установка маленькая, но помещусь как-нибудь. Заряд необходимой энергии сосредоточен в этих конденсаторах. Я все приготовлю. Вы, Генрих, уходите! Уходите к жене. Через четыре дня все придет в норму. Дождитесь Мориса. Помните обо мне! Лабораторию взорвите. Если запомнили формулы — передайте Потру… Да, такова моя воля! А теперь к делу, Генрих…
Я действовал машинально. Не было времени думать, размышлять, анализировать. Тенк решительно включил рубильник на небольшом щитке под потолком.
— Через пять минут лаборатория взорвется. Быстрее. Включайте установку и сразу же уходите сквозь стену.
Он влез в сферу установки, кряхтя втиснулся между пластинами конденсаторов. Угрюмо пошутил:
— В худшем случае — неплохая кремация. Генрих, прощайте! Спасибо за все! Закрывайте!
Я посмотрел в окошечко сферы. Тенк закрыл глаза, губы его зашевелились, он что-то сказал. Я включил установку. Вспыхнуло мощное зеленое пламя. Под кожухом конденсатора сверкнула голубая искра. Послышался запах горелого. Пламя в установке исчезло. Я открыл сферу, пальцы мои дрожали, проходили сквозь металл. Установка была пуста…
Я посмотрел на хронометр. До взрыва оставались считанные секунды. Надо уходить.
За окном, на фоне звездного неба, появились фигуры вооруженных людей. В коридоре загрохотали шаги. Значит, Шрат предал!
В лабораторию ворвалась группа полицейских. Возглавлял их какой-то высокий чиновник. Лицо в полумраке показалось знакомым.
— Где Тенк? — грозно спросил чиновник. — Кто вы?.. А, что я вижу! Знакомое лицо! Лосс, каторжник и беглец! Итак, вы живы? Славная компания!
Я узнал хищное лицо, скрипучий голос. Коммес! Заместитель министра. Злорадное чувство появилось во мне. Вот она — расплата! Теперь не уйдешь!
Я шагнул к стене.
— Стой! — приказал Коммес. — Будем стрелять!
Я молча углубился в камень. Захлопали выстрелы. Я почувствовал, как пули свободно пронзили мое тело и застряли в стене. Еще усилие! Свежий ночной воздух влился бодрящей струей в легкие, закачались звезды в небе.
Я отбежал от коттеджа. Послышались крики, между каштанами замелькали тени полицейских.
Затем вспыхнуло оранжевое пламя. Дом раскололся надвое. Во все стороны полетели камни, комья земли.
Мощный поток горячего воздуха завертел меня, швырнул в темноту. Я упал возле каштанов, углубился в землю на полметра. Судорожно выдернув ноги, я побежал к ограде, пронизал ее, очутился в парке.
Со всех сторон слышались крики, свистки, тревожные сирены. К пылающим руинам коттеджа мчались машины.
Замирая от ужаса, я стремглав бросился бежать от места катастрофы навстречу неведомой судьбе,
Глухими аллеями Парка цветов я выбрался за пригород Филтона. Преодолел заросший густыми сорняками овраг, с трудом выбрался на кручу. На маленькой опушке, под буйным кустом бузины, лег, устало закрыл глаза. Сознание окутывалось туманом, мысли растекались, их нельзя было собрать воедино.
Тюрьма, побег… Лаборатория, странный опыт… Взрыв… Лицо Мориса…
Я очнулся от страшного холода. Что со мной творится? Тело почти до половины погрузилось в землю.
Содрогаясь от ужаса, я вырвался из ее объятий, встал на ноги пошатываясь. Нельзя дремать, сознание должно быть ясным! Иначе — смерть!