Страница 312 из 340
Спецагент Босуорт задумчиво погладил свой затылок.
— Мда… Ситуация, конечно, хреновая, чего уж там… А, кстати в которую из трех сил у вас попали исламские террористы из Аравии?
— Они – отдельная проблема, — пояснил Второй секретарь, — но проблема другого порядка. У них, хотя бы, нет термоядерного оружия и боевых систем космического базирования.
— Верно, — согласился спецагент, — Хоть в этом нам повезло.
— Эта история с доктором Линксом и триффидами, — медленно произнесла Жанна, — Я как–то упустила ее начало. Мистер Монтегю, об этом где–то написано? Я имею в виду, более–менее авторитетные источники, а не «желтизну», делающую деньги на теории заговора и вторжении инопланетян в пустыню Калахари.
— Деятельность Линкса расследовалась экспертным советом «United Nations Environment Programme» (UNEP), — сообщил Монтегю, — это подразделение в структуре ООН, которое занимается охраной окружающей среды. Отчет о расследовании опубликован в «UNON Reports». Это — официальное издание центрально–африканской экологической комиссии ООН в Найроби, оно заслуживает не меньшего доверия, чем основной бюллетень UN.
— Да, действительно, — согласилась она, — И какова оказалась сумма роялти, на которую Линкс кинул британцев?
— Роялти? – удивился Второй секретарь.
— Ну, да. Ведь британцам полагались выплаты от использования триффидов в Африке, а они ничего не получили, и у них, как вы сказали, претензии по патентному праву.
— Разве я так сказал?
— Вы сказали, что Линкс украл этот проект у британского университета, продал результат меганезийцам, и они сняли сливки, — напомнила Жанна, — Суд, в таком деле, сдирает с виновника роялти и пени в пользу владельца патента. Иначе, какой смысл судиться?
— Видите ли, мисс Ронеро, триффиды не должны были использоваться из–за той огромной угрозы экологии, которую они несут. Экология Центральной Африки уже нарушена из–за триффидов, которые культивируются в Мпулу, вопреки строгому запрету, наложенному на эту разработку советом UNEP, и утвержденному Британской комиссией по биоэтике.
В глазах спецагента Босуорта вспыхнул профессиональный интерес.
— Ах вот как! Значит, это совет UNEP, вступив в сговор с комиссией по биоэтике, кинул британских налогоплательщиков. И здорово кинул! На месте британской MI–5 я бы уже взял чиновников этой комиссии за вымя на предмет того, сколько они получили от UNEP за поддержку таких вот запретов. Кстати, центральный офис UNEP дислоцирован в Нью–Йорке, там же, где все структуры ООН. Если бы мне пришел запрос из Лондона, я бы с большим интересом посмотрел на их финансовую отчетность. Ничего себе, бизнес…
— На самом деле, — сказала Жанна, — все, что тут говорилось про доктора Линкса — ложь от начала и до конца. Правда в том, что Линкса вышвырнули из университета за два года до того, как меганезийцы заинтересовались триффидами. А все потому, что он предложил организовать в Африке эффективное сельское хозяйство вместо гуманитарных поставок.
— Это действительно так? – спросил Босуорт, пристально глядя на Джентано.
— Видите ли, Гарри, — сказал Второй секретарь, — ученые очень остро реагируют на такие вещи, как расизм, и нет ничего удивительного в том, что они изгнали из своего общества человека, выступившего с подобными заявлениями…
— Расизм?! – переспросила Эстер, — Вы сказали: «расизм»?
У молодой американки из Аризоны был такой удивленный вид, словно ей сообщили о крокодилах, страдающих от засушливой жары в джунглях Гренландии и Шпицбергена.
— Позволю себе повторить, мисс Блэйз: ученые чутко реагируют на любые проявления расизма, — пояснил Джентано, — Тот факт, что Линкс призывал лишить население черной Африки продовольственной помощи, оказался для них достаточным основанием…
— Если вы когда–нибудь приедете в Мпулу, — перебила Эстер, — то упаси вас бог назвать доктора Мак Лоу Линкса расистом. То самое население черной Африки разорвет вас в клочья прямо на улице и вас никто не спасет, понимаете? Когда док Мак прилетел в Мпулу, люди ехали за сто миль, только чтобы увидеть его. Его фото стали продавать на рынке, как амулеты. Когда Мак Лоу пообедал в кафе в Макасо, то монеты, которыми он рассчитался, тоже стали амулетами, а ложка, которой он ел, висит над стойкой бара, и рядом табличка: «Этой ложкой ел сам док Мак Лоу, тот который накормил страну».
— Я видел эту ложку, — добавил Босуорт, — Не знаю, Джентано, кто загрузил вам дезу на счет Линкса, но советую не пользоваться этим источником. А вашим умникам из UNEP лучше не появляться в Мпулу в ближайшие 10 лет. Эстер права: их там линчуют.
— Местные жители не понимают многих вещей, — заметил Второй советник, — Сегодня у них появилась еда. А что завтра будет со средой их обитания? По прогнозам UNEP, еще несколько лет, и естественная флора и фауна исчезнет, а зона аномальной влажности вокруг триффидных плантаций уничтожит лесо–саванну во всем регионе. Что тогда?
— Действительно, и что тогда? – спросила Эстер, — Все Мпулу зальется слезами от горя?
— Вы действительно не понимаете? — спросил он.
— Я действительно не понимаю, — подтвердила она, — А мпулуанцы тем более. Их, знаете ли, больше интересует наличие еды, а не наличие лесо–саванны.
— Варвары, — с сарказмом добавила Жанна, — Вандалы. Они отнимают у замечательной и гуманной греко–римской цивилизации ее исконную африканскую лесо–саванну. Какая черная неблагодарность: вместо того, чтобы как культурные люди стоять в очереди за миской бесплатного греко–римского супа, эти негры… Ой, простите, вандалы, воруют с помойки выброшенных триффидов и начинают сами себя кормить! Какая наглость! А этот предатель доктор Линкс? Вместо того, чтобы цивилизованно умереть под забором, куда его выбросили гуманные греко–римляне, он бежит к папуасам, а потом тянет свои грязные гитлеровские руки к африканцам, являющимся греко–римской собственностью.
Жанна перевела дух, и одним глотком допила свой кофе.
— Очень верное замечание, — сказала ей Эстер, — Ты только забыла про приправу к супу.
— Ах да! Героин. Как же без него? Мистер Монтегю, помогите мне решить одну дилемму. Вот две культуры. Одна привезла в Африку голод, войну и бесплатный суп с героином, а другая — безопасность, сытость и кое–какое образование. Какая из них более варварская, а которая – менее? Вы сказали, что греко–римская культура создала какую–то уникальную среду для интеллектуального творчества, но почему доктор Линкс в этой среде жил под забором, а в среде, которую вы назвали варварской, он работает в науке, имеет хороший заработок, и у него достойное место в обществе? Кто кого обокрал? К чему вы вспомнили 10 заповедей, и Гитлера, который возник в греко–римской, Европе, а не в варварской Океании и не в Центральной Африке? По–моему, у вас серьезные проблемы с логикой.
— Конечно, наша культура тоже не идеальна, — ответил Джентано, — тут вы правы. У нее есть свои ошибки. Возможно, история с доктором Линксом – одна из них. Но вы же не будете спорить, что эта культура создала институт защиты нематериальных ценностей, право, в т.ч., на интеллектуальноый продукт. Ученый, изобретатель стал собственником продукта свего разума. Это — основа прогресса и процветания, вы согласны?
— Сильно сказано, — прокомментировала Эстер, — А где можно увидеть реестр великих ученых – миллиардеров? А то, что не миллиардер, то торговец арабской нефтью, или биржевой жулик с Уолл–стрит, или сенатор, поделивший деньги налогоплательщиков таким образом, что треть попадала в его карман. Жанна тут очень кстати сказала про роялти. Где роялти тех ученых и инженеров, которые изобрели вот этот самолет с его начинкой, этот ноутбук с его software, ваш спутниковый телефон, и тот космический аппарат, который вывел на орбиту спутник. Где роялти ученых, которые придумали спутниковую связь? В лицензионных соглашения я не вижу никаких следов ученых. Деньги за их изобретения получает кто–то другой. Может быть, какой–то вандал?