Страница 257 из 340
— Это экзистенциальная философия, — блеснул эрудицией спецагент FBI, — Если в двух словах, то это когда человек считает, что он сам – это целая вселенная, а все остальные, это так, говно на палочке.
— Y una polla! — оценил Рэдо, — а где про это можно почитать?
— У моей жены есть популярная книжка. Не для полных дебилов, а для простых ребят, вроде нас с тобой. Давай я у нее вечером спрошу, а то сейчас дома уже ночь.
— Если есть в электронном варианте, попроси, чтобы она бросила мне на e–mail, ОК?
— Я ей сейчас пошлю SMS, — сказал Босуорт, доставая мобайл, — Там еще до черта всего интересного… (он начал щелкать кнопками) … Например, этические уравнения. Если у нас в самолете 1 парашют на пятерых и случилась авария, то кому его отдать. Или та же тема, только наоборот, 4 парашюта на пятерых, и как решить, кому не давать.
— Херово, — заметил меганезиец, — Во втором случае еще понятно, а в первом…
— А во втором, что тебе понятно? – спросил спецагент.
— Ну, как: мои бойцы прыгают, а я остаюсь. Я же за них отвечаю, верно?
— А что если летит пять капитанов, и ты не обязан отдуваться за других?
— Если так, то, наверное, по жребию, как еще?
— По жребию, — проворчал американец, — Скажешь, тоже. Вот, я отправил. Тут хорошо работает сотовая связь. Прием как на Манэттене. Рогеман, вы уже поняли мою мысль?
Мзини допила коктейль, посмотрела в окно и сообщила:
— Наши с янки там в футбол играют. Давайте зачистим этих говнюков, и тоже пойдем.
— Ты чего? – рассердился капитан, — А у кого мы будем получать инфо?
— А давайте так, — предложила она, — Вы будете получать эту инфо, а я попрошу у Наллэ экскаватор и пока выкопаю яму. Экономия времени.
— Знаешь, что, — решил он, — Ты иди пока, погоняй мячик с ребятами, а мы тут сами как–нибудь разберемся. Когда будет надо, мы тебя вызовем по woki–toki.
— Wow! – радостно взвизгнула Мзини, и через пару секунд ее и след простыл.
— Хорошая девчонка, но дикая, — резюмировал Босуорт.
— Послушайте, господа — сказал Маркус, — мы же с вами люди из цивилизованного мира. Неужели вы допустите, чтобы на ваших глазах…
— Если вы думаете, что я вас пожалею, — перебил его спецагент, — То вы полный кретин. Еще раз повторяю: вас может спасти только выполнение всех моих рекомендаций.
— Каких?
— Вот это другое дело! Сейчас мы пригласим прессу. Вы и ваши засранцы добровольно расскажете все, как было, со всеми подробностями, и проведете экскурсию по вашему летучему Джеку–Потрошителю. Вы с самого начала объявите о согласии с тем, что все сказанное вами, может быть использовано против вас в суде, назовете все имена, все случаи незаконной добычи органов для трансплантации, все суммы денег, короче — все, что знаете. И вот тогда у меня будет основание просить вашей выдачи американскому правосудию, а у вас появится шанс прожить остаток жизни в США, в благоустроенной тюрьме, с трехразовым питанием, ватерклозетом и прочими благами цивилизации.
— Но можно наверное, как–то смягчить, — заметил представитель Красного Креста, — не бесплатно, конечно. У меня есть деньги и кроме того, есть самолет с грузом. Ведь вы понимаете: если я так выступлю перед прессой, то меня могут убить, даже в тюрьме. Я знаю, так бывает. Почему бы нам не договориться, как цивилизованным людям?
Виго Рэдо хлопнул себя по бедрам и расхохотался.
— Как цивилизованные люди, надо же! Прикинь, Гарри, я приперся в Женеву разобрал полсотни прохожих на запчасти и сбросил трупы в канализационные люки. Меня ловят копы. Я достаю кошелек и говорю: хей, давайте все решим, как цивилизованные люди, и я поеду домой, а? Как ты думаешь, Гарри, швейцарские копы меня поймут?
— По–моему, ни хрена не поймут, — ответил американец.
— А если у меня в бумажнике миллиард долларов?
— Хоть триллион. Это же не битье стекол из рогатки, соображаешь?
— Но здесь же не Швейцария! – жалобно воскликнул Маркус.
— Ага, — подтвердил Виго, — Тут все быстрее и веселее. Вам за 5 минут вынесут приговор, выроют экскаватором яму, скинут вас на дно, засыплют щебнем и зальют бетоном.
— Предварительно пустив пулю в затылок, — добавил Босуорт.
— Гарри, зачем ты вселяешь в арестанта напрасные надежды? Мпулу пока еще довольно бедная страна, никто не будет тратить на него патрон. Это же деньги!
— Ах, вот даже как… — задумчиво пробормотал спецагент.
— А ты как думал? Я не зря сказал про бетон. Экономия. Даже яму будут рыть не просто так, а под фундамент. Место для мини–фабрики ацетатного шелка уже размечено.
— Ацетатного шелка? — переспросил Босуорт.
— Ага. Экологически чистого, на целлюлозе и уксусном чем–то там из природного сырья. Короче, из триффидов. Их тут хоть жопой ешь. Пока из них делают фанеру, но скоро ее будет некуда девать — вот Наллэ и придумал это дело с шелком. Ну, ты же знаешь Наллэ.
— Да, — согласился американец, — Наллэ потрясающий тип. А трупы под фундамент – это тоже он придумал?
— Нет, это у вас в Голливуде. Местные видели кино про мафию, где так убирали трупы. Местные мигом схватывают. Вот что значит: мозги, не засранные экзистенциализмом!
— Что я должен делать? — тихо спросил Маркус.
— Вот это уже конструктивный подход! – одобрил Босуорт, — начнем с…
…
=======================================
66 – ПОЛИТРУК и ПИЛОТ. Проблемы доверия.
Дата/Время: 19 сентября 22 года Хартии.
Место: Индийский океан, Сейшельская акватория.
Борт крейсера «Наутилус» ВМФ КНР.
=======================================
«Наутилус» лежал на спокойной поверхности океана, как огромная шатровая палатка раскрашенная сине–зелеными разводами. Первый раз с момента выхода из Чжандзяна, широкие люки бронированной оболочки открылись, так что свободная смена получила возможность постоять под открытым небом, покурить, и глянуть на лениво катящиеся океанские волны за бортом. Кавторанг Таоче тоже курил сигарету, но смотрел он не на волны, а на желтое пятнышко в небе, улетающее к Западу, в сторону далекой Африки. Кавторанг молчал. Вызванный для беседы комиссар эскадрильи тоже молчал, ожидая, когда старший офицер первый с ним заговорит. Желтое пятнышко – меганезийский «InCub» скрылось из виду. Кавторанг повернулся к младшему офицеру и спросил:
— Что вы о них думаете, Хуо? Я имею в виду не только этих, а меганезийцев вообще.
Обращение просто по имени, без должности, означало, что разговор предполагается откровенный… Откровенный в понимании особого отдела флота. Неприятная штука.
— Они странные, товарищ Таоче, — сказал летчик.
— Странные, — повторил тот, явно показывая, что ждет продолжения ответа.
— Я не могу понять, они – союзники или… Или нет.
— Вы не сказали «или враги», — заметил кавторанг.
— Да, товарищ Таоче. Потому что, я думаю, если бы они были враги, руководство не доверило бы им сопровождать нашего… Геолога.
— Вы сделали паузу. Значит, вы считаете, что Юн Чун не совсем геолог. Почему?
— Потому, что меганезийцы это видят, — ответил летчик, — Они это видят, но их это не беспокоит, а… Развлекает. Я думаю, это очень странно.
— Как вы думаете, Хуо, в случае чего, они будут защищать нашего геолога?
— Думаю, да.
— Значит, руководство поступило мудро. Так, Хуо?
— Да, товарищ Таоче.
— Но вы все равно не уверены, что они союзники. Почему?
— Потому, что они представляют другую социальную систему. Это значит: другие цели.
— Зимби тоже представляют другую систему. Феодально–буржуазную. Они – кто?
— Союзники, — ответил Хуо и, после паузы добавил, — Временные.
— На геополитическом языке это называется: сателлиты, — сказал Таоче, — Ты правильно понимаешь. Это другой случай. Сателлиту никогда нельзя доверять. Союзнику иногда можно. Ты бы стал доверять меганезийцам?