Страница 30 из 55
– Тут я совершенно с вами согласен, мадам.
– Вот почему я считаю, что обращение в суд – занятие недостойное и пустое. К тому же это стоит больших денег, не так ли?
– Да, расходы будут немалые.
– И, вполне возможно, напрасные. Вам следует поговорить об этом с моим мужем. Он куда лучше меня разбирается в делах.
Выждав минуту-другую, Пуаро спросил:
– Как вы думаете, чем можно объяснить появление нового завещания?
– Не имею ни малейшего понятия, – вспыхнув, пробормотала миссис Таниос.
– Я уже сказал вам, мадам, что я не адвокат. А вы почему-то даже не спросили меня, чем я занимаюсь.
Она подняла на него вопрошающий взгляд.
– Я детектив. И незадолго до своей кончины мисс Эмили Аранделл написала мне письмо.
Стиснув руки, миссис Таниос подалась вперед.
– Письмо? – переспросила она. – О моем муже?
Не спуская с нее глаз, Пуаро выдержал паузу и многозначительно изрек:
– Боюсь, у меня нет права отвечать на этот вопрос.
– Значит, она и вправду написала вам о моем муже. – Голос у нее зазвенел. – Что именно? Могу уверить вас, мистер… Извините, не знаю, как ваша фамилия.
– Пуаро. Меня зовут Эркюль Пуаро.
– Могу уверить вас, мистер Пуаро, что все выпады против моего мужа абсолютно безосновательны! Уж я-то знаю, кто вдохновил тетушку на написание этого письма! Вот еще почему я предпочла бы не иметь ничего общего с Терезой и Чарлзом! Терезе всегда был не по душе мой муж. Она про него много чего говорила! Я знаю, говорила! Тете Эмили он тоже был не по вкусу, потому что он не англичанин, вот она и верила всему, что бы ей Тереза про него ни наболтала. Но все это неправда, мистер Пуаро, можете поверить мне на слово.
– Мама, я уже написала письмо.
Миссис Таниос оглянулась. Ласково улыбаясь, она взяла письмо, которое протягивала ей девочка.
– Очень хорошо, моя родная, очень хорошо. И как красиво ты нарисовала Микки-Мауса![48]
– А что мне теперь делать, мама?
– Хочешь купить себе открытку с картинкой? Вот тебе деньги. Пойди к джентльмену в холле и выбери такую, какую ты бы хотела послать Селиму.
Девочка ушла. Я вспомнил слова Чарлза Аранделла. Миссис Таниос в самом деле была верной женой и любящей матерью. И действительно чем-то напоминала уховертку.
– Это ваш единственный ребенок, мадам?
– Нет, у меня есть и сынок. Он сейчас на прогулке с отцом.
– Вы брали их с собой, когда ездили в «Литлгрин-хаус»?
– Иногда. Ведь тетушка была уже старой, и дети доставляли ей беспокойство. Но она была очень доброй и непременно присылала им чудные подарки на Рождество.
– Скажите, когда вы в последний раз видели мисс Эмили Аранделл?
– По-моему, дней за десять до ее кончины.
– Ваш муж и двое ваших родственников все были там, не так ли?
– О нет, то было неделей раньше. На Пасху.
– Но вы с мужем провели там выходные и на Фоминой неделе?[49]
– Да.
– И мисс Аранделл пребывала в добром здравии и приятном расположении духа?
– Да, она была такой, как всегда.
– Она не лежала в постели?
– После падения ее уложили в постель, но, пока мы были там, она спускалась вниз.
– И ничего не говорила вам о том, что составила новое завещание?
– Ни слова.
– И ее отношение к вам было таким же, как прежде?
– Да, – на этот раз чуть замешкавшись, отозвалась миссис Таниос.
Я был уверен, что мы с Пуаро пришли к одному мнению: миссис Таниос лжет!
– Возможно, мне следовало бы выразиться точнее, – выдержав паузу, заговорил Пуаро, – когда я задал вопрос об отношении мисс Аранделл к вам. Я имел в виду только вас лично.
– Понимаю, – мгновенно откликнулась миссис Таниос. – Тетя Эмили была очень мила со мной. Она подарила мне брошечку с жемчугом и бриллиантами и дала детям по десять шиллингов.
Она явно успокоилась. И отвечала теперь без опаски.
– А ваш муж – в ее отношении к нему тоже не было перемен?
Скованность и напряженность опять вернулись. И, старательно не глядя на Пуаро, миссис Таниос ответила:
– Нет, разумеется, нет. С чего бы это?
– Но поскольку, по вашим собственным словам, ваша кузина Тереза Аранделл могла нашептать вашей тетушке…
– Нашептала! Уверена, что нашептала! – Миссис Таниос подалась вперед. – Вы совершенно правы. Перемена была! Тетя Эмили стала гораздо к нему холоднее. И вела себя крайне странно! Он порекомендовал ей средство, способствующее пищеварению, и даже взял на себя заботу отправиться к аптекарю и заказать лекарство. Тетушка поблагодарила его, но очень сдержанно, а потом – я видела собственными глазами – потом она вылила микстуру в раковину.
Она явно была возмущена.
У Пуаро блеснули глаза.
– Действительно странно, – сдержанно согласился он.
– Такая неблагодарность! – воскликнула жена доктора Таниоса.
– Вы сами говорите, что пожилые дамы не всегда доверяют иностранцам, – заметил Пуаро. – Они считают, я уверен, что только английские врачи умеют лечить. Типичное мышление жителей островной страны.
– Да, наверное, – уже чуть успокоившись, сказала миссис Таниос.
– Когда вы возвращаетесь в Смирну, мадам?
– Через несколько недель. Мой муж… А вот и мой муж и с ним Эдвард.
Глава 17
Доктор Таниос
Должен признаться, что, впервые увидев доктора Таниоса, я был порядком удивлен. Мне он все время представлялся человеком, наделенным самыми дурными качествами. Я представлял себе смуглого бородача с вполне зловещей физиономией.
Вместо этого я увидел веселого, русоголового, с карими глазами толстяка. У него и в самом деле была борода, но не черная, как я думал, а самая обычная, русая, она делала его похожим на художника, а не на разбойника.
По-английски он говорил превосходно.
Приятного тембра голос как нельзя лучше соответствовал добродушию, разлитому по его лицу.
– А вот и мы, – улыбнулся он жене. – Эдвард потрясен своей первой поездкой в подземке. Ведь пока ему доводилось ездить только на автобусах.
Эдвард внешне был похож на отца, однако и он, и его сестричка чем-то явно отличались от здешних детей. Мне стало понятно, что имела в виду мисс Пибоди, причислив их к желтой расе.
При появлении мужа миссис Таниос почему-то разнервничалась. Чуть заикаясь, она представила ему Пуаро. А про меня и вовсе забыла.
– Пуаро? Мосье Эркюль Пуаро? – остро отреагировал доктор Таниос. – Слыхал, слыхал. Что же привело вас к нам, мосье Пуаро?
– Обстоятельства смерти мисс Эмили Аранделл, – не мудрствуя лукаво, ответил Пуаро.
– Тетушки моей жены? Какие же именно?
– В связи с ее кончиной возникли некоторые вопросы… – туманно пояснил Пуаро.
– Касательно завещания, Якоб, – не выдержав, вмешалась миссис Таниос. – Мосье Пуаро имел беседу с Терезой и Чарлзом.
Выражение лица доктора Таниоса стало менее настороженным. Он опустился в кресло.
– А, завещание! Крайне несправедливое завещание, но меня это не касается.
Пуаро коротко пересказал свой разговор с обоими Аранделлами (не могу утверждать, что совершенно точно) и осторожно намекнул на возможность опротестовать завещание.
– Вы весьма меня заинтересовали, мосье Пуаро. Должен признаться, что я разделяю ваше мнение. Кое-что можно предпринять. По правде говоря, я даже позволил себе посоветоваться с адвокатом, но ничего обнадеживающего не услышал. Поэтому… – Он пожал плечами.
– Адвокаты, как я уже сказал вашей супруге, люди осторожные. Они не любят рисковать. А у меня совсем другой характер. А у вас?
– Да я чистой воды авантюрист! – беззаботно расхохотался доктор Таниос. – И охотно иду на риск, правда, Белла? – Он улыбнулся ей, она тоже ответила улыбкой, но несколько искусственной, на мой взгляд. – Я не юрист, – снова повернулся он к Пуаро. – Но даже мне очевидно, что завещание было составлено уже тогда, когда мисс Аранделл была не в состоянии отвечать за свои поступки. А мисс Лоусон – женщина умная и ловкая.
48
Микки-Маус – мышонок, главный герой знаменитого сериала американского мультипликатора Уолта Диснея.
49
Фомина неделя – первая неделя после Пасхи (по имени одного из 12 апостолов).