Страница 25 из 68
Розлин, неудержимо краснея, послала герцогу укоризненный взгляд, в полной уверенности, что ему нравится ее смущать. В ответ он одарил ее греховно-чарующей улыбкой.
– Ваши волосы – еще одна проблема, – продолжал герцог, вглядываясь в ее лицо.
Розлин инстинктивно поднесла руки к голове. Она уложила волосы в скромный узел на затылке: простая прическа, не требовавшая помощи горничной. Много лет сестры Лоринг были слишком бедны, чтобы позволить себе такую роскошь, как слуги, а их дядя был так скуп, что не собирался тратить деньги на подобные пустяки.
– Что случилось с моими волосами?
– Слишком строгая прическа. Нужно что-то более легкомысленное. Выпустите несколько локонов, чтобы обрамляли лицо. А еще лучше – позволить длинным прядям раскинуться по плечам. Вы будете выглядеть так, словно только что встали, а мужчин неизменно привлекают подобные вещи. Им сразу захочется снова затащить вас в постель.
– Не уверена, что мне так уж необходимо внушать Хэвиленду подобные вещи, – с сомнением пробормотала Розлин.
– Именно необходимо. Он скорее захочет пойти к алтарю, если будет уверен, что не получит холодную рыбу в брачной постели.
– Вы считаете меня холодной рыбой? – нахмурилась девушка.
Лицо герцога стало загадочным:
– Я знаю, что вы не такая, но нужно показать это Хэвиленду. Что ведет к моему следующему предложению. Нужно заняться своими губами.
– Но вы уже сказали, что нужно уметь вовремя надуть губки и поиграть глазами.
– Не только. У вас пухлый, соблазнительный ротик, но нужно, чтобы мужчина только и думал о том, как бы его поцеловать.
Брови Розлин взлетели вверх.
– И как мне этого добиться?
– Накусайте губы, чтобы они казались распухшими от страсти. Проведите по ним языком. Нужно возбудить в вашем поклоннике желание осыпать вас поцелуями.
– Именно поэтому Фанни заставила меня накрасить губы, перед тем как ехать на бал полусвета?
– Думаю, что да. И на меня это подействовало неотразимо.
– Вы действительно хотели поцеловать меня?
– Очень. Но в ту ночь вы прекрасно играли роль. И казались куда более доступной.
– Доступной?! – оскорблено переспросила Розлин, и герцог едва сдержал улыбку.
– Не хотите же вы, чтобы Хэвиленд считал вас кем-то вроде хрупкой фарфоровой куклы? Вы должны предстать перед ним женщиной из плоти и крови. Только так можно заманить мужчину в сети. Возьмите, например, свою подругу Фанни. Она считается красавицей, но мужчин тянет к ней не только поэтому. Их влечет ее чувственное обаяние.
– Которого я лишена.
– Но вы можете возместить его отсутствие своими поступками. Пусть вы кажетесь добропорядочной воспитанной леди. Но необходимо дать Хэвиленду знать, какая страстная натура кроется под этой идеальной, утонченной, недосягаемой красотой. Вам следует дать ему повод отринуть все принципы поведения, присущие истинному джентльмену и думать только о том, как бы затащить вас в постель.
– Понятно, – протянула Розлин, хотя в душе очень сомневалась, что способна на нечто подобное.
– Значит, постарайтесь выглядеть соблазнительней. Девушка послушно прикусила нижнюю губу, после чего провела по ней языком.
– Вот так?
– Да. Только нужно усилить эффект. Приоткройте рот. Делайте вид, будто вам не хватает воздуха. И при этом смотрите прямо на меня. Помните: глаза и губы – ваше главное оружие.
Не сводя с него глаз, она чуть раздвинула влажные губы и изобразила легкую одышку. Но все это по-прежнему казалось смехотворно неестественным.
Арден, очевидно, тоже так посчитал и, с сожалением покачав головой, заключил:
– Вы можете сыграть куда лучше, дорогая. Ну же, попробуйте… сделать так, чтобы я страстно захотел поцеловать вас.
Несмотря на всю решимость не поддаваться обаянию Ардена, сама мысль о его поцелуях послала озноб по спине девушки. Охваченная почти неприличным возбуждением, Розлин, однако, взяла себя в руки, снова попыталась принять соблазнительный вид и с самым томным видом медленно облизнула губы.
– Уже неплохо, – одобрил он. – Сам ваш вид вполне может меня возбудить.
Возбудить герцога Ардена? Невозможно! Методы обольщения, которые он проповедовал, могут подействовать на обычного смертного, но она ни за что не поверит, будто сможет произвести такой же эффект на него, тем более что он заранее предупрежден о ее проделках.
Когда она громким смехом свела на нет все свои усилия, Арден, очевидно, сдавшись, тяжело вздохнул:
– Возможно, вы действительно безнадежны.
– Нет-нет, я еще попробую, – заверила она, стараясь унять неуместное веселье.
– В таком случае покажите. Попробуйте возбудить меня. Садитесь рядом и начинайте.
Когда он показал на подушки дивана, Розлин, почти не колеблясь, приняла решение. Если она хочет побороть смущение, неизменно возникающее в присутствии лорда Хэвиленда, придется лучше освоиться с физическими сторонами обольщения. Кроме того, у нее есть добровольный объект ее опытов, на котором вполне можно попрактиковаться, причем скорее всего в последний раз, поскольку герцог намеревается сегодня же вернуться в Лондон.
– И что теперь? – спросила она, садясь рядом. Он облокотился на мягкий подлокотник дивана.
– Предоставляю решать вам. Чему я учил вас вчера?
– Что я должна якобы случайно коснуться вас.
– Вперед!
Протянув руку, она робко положила пальцы на его покоившуюся на бедре ладонь. Но он ловко вывернулся и прижал ее пальцы к своему бедру.
– Это сильнее возбуждает мужчину, – пояснил он.
«И женщину тоже», – подумала Розлин, когда ее сердце куда-то покатилось, стоило лишь ощутить гранитно-твердые мышцы под мягкой тканью. Но она не позволила себе отнять руку и, пристально глядя на Ардена, слегка приоткрыла губы. Он тоже смотрел на нее, но лицо оставалось холодным.
– Так плохо? – в отчаянии выпалила она.
– Вам следует подвинуться ко мне. Искушайте меня своей близостью.
Розлин переменила позу и подалась вперед, так что их губы почти соприкасались. Она едва не теряла сознание от нахлынувших ощущений, тем более что при этом была вынуждена крепче опереться на его бедро.
– А теперь поцелуйте меня, – резко приказал он. – Нужно учиться делать это правильно.
Розлин уставилась на его губы и вся сжалась. Пусть она жаждет поцеловать Ардена, но с ее стороны это будет крайне легкомысленно.
Она тут же упрекнула себя за ханжество. Они уже целовались раньше, и она позволила ему куда больше, чем просто поцелуй! Разрешить ему научить ее целоваться – далеко не так скандально, как случившееся на балу, но будет огромным преимуществом в кампании по завоеванию лорда Хэвиленда.
Даже глубокий вздох не успокоил его нервы, и когда она поспешно прижалась губами к его губам, прежде чем отстраниться, сведенные брови ясно дали понять, что она потерпела полное фиаско.
– Еще раз, помедленнее, – предложил он. – Не торопитесь отстраниться. И положите руки мне на грудь, чтобы я чувствовал ваше прикосновение.
Его сюртук был расстегнут, поэтому Розлин робко прижала ладони к лацканам его жилета. Пришлось почти прильнуть к нему, но она вдруг поняла, что он вовсе не собирается ей помогать. Просто сидел неподвижно, даже когда она вновь завладела его губами. Жар его рта кружил голову, и Розлин всеми силами старалась игнорировать нежеланные ощущения, неумело целуя Дру. Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем она, наконец, подняла голову и вопросительно взглянула на него.
Его зеленые глаза чуть потемнели.
– Лучше, но не совсем. Ласкайте меня языком. Так вы легко сведете мужчину с ума.
Снова подавшись к нему, она робко проникла языком в его рот, исследуя теплую пещерку. Голова хмельно кружилась. Какую силу он над ней имеет?! Почему так действует на нее?!
Тяжело дыша, она отстранилась:
– Вы уже возбуждены?
– Не совсем. Вам следует быть более уверенной в себе. Целуйтесь так, будто предъявляете на меня права.
– Простите, я не совсем…