Страница 23 из 68
Розлин недобро усмехнулась:
– От вас я ничего иного не ожидала. Пусть вы считаетесь восхитительным любовником, все равно ничего не знаете о любви.
– Вы правы. О такой любви я ничего не знаю и знать не желаю. – Он пристально взглянул на Розлин, но ее лицо оставалось непроницаемым. – Однако меня удивляет, что вы с вашим опытом, все еще надеетесь выйти замуж по любви. Ведь вы сами говорили, что брак ваших родителей был настоящим полем битвы?!
– Да. Когда я была маленькой, они постоянно скандалили, – Даже сейчас их былая вражда мучила Розлин. – Наверное, поэтому я стала синим чулком, по крайней мере, все вокруг так считают!
– Как это?
– Книга стали моим убежищем. Когда родители сражались, я убегала в библиотеку и пряталась там, как трусливая мышка, пока очередной скандал не прекращался.
– Представить не могу, что вы способны чего-то бояться.
– О, я боялась, и еще как! Заползала под оконные занавески и пыталась не слышать криков, но тряслась как осиновый лист. Иногда у меня даже книга из рук выпадала. Сестры обычно находили меня и пытались утешить, но я ничего не могла с собой поделать.
Розлин замолчала, вспомнив мрачные, бурные годы своего детства. Тогда сестры очень тревожились за нее. Лили часто проскальзывала в библиотеку, где сидела Розлин и долго держала ее руку, весело рассказывая о новорожденных котятах и жеребенке, появившемся на одной из ферм поместья. А вот Арабелла вытаскивала обеих во двор, где они часами гуляли в саду или скакали верхом, возвращаясь только тогда, когда были уверены, что отец в гневе убрался из дома.
Арден не произнес ни слова, пристально глядя на собеседницу. Его глаза, как обычно, были непроницаемыми, но Розлин показалось, что она увидела в них промельк чего-то, очень похожего на сочувствие.
Медленно приходя в себя, она выпрямилась. Ей не нужна его жалость. И тяжелые воспоминания о несчастливом браке родителей только усилили в ней решимость управлять собственной судьбой.
– Это было давно, – вздохнула она, – но, возможно, теперь вы поняли, почему мне так хочется влюбить в себя лорда Хэвиленда.
– Понимаю, – кивнул Арден, медленно поднимаясь. – Не расстраивайтесь, милая. Не все еще потеряно. Я завтра заеду к нему и попробую что-нибудь сделать.
Розлин отчего-то стало не по себе:
– Что вы задумали, ваша светлость?
– Попробую петь вам дифирамбы. Не волнуйтесь, я буду действовать крайне осмотрительно. Мне все равно нужно кое о чем потолковать с Хэвилендом, так что он не догадается о моих намерениях.
– Надеюсь, что нет, – пробормотала она. – Вы сами сказали, что я ни за что не должна показывать, будто преследую его. Думаю, будет еще хуже, если он заподозрит, что вы пытаетесь свести его со мной.
– Свести… не дай Бог! – Герцог картинно передернулся. – Хотя, полагаю, именно это я и делаю. Если хотите, я дам вам последний урок, прежде чем завтра утром уехать в Лондон. Вам следует еще немного поработать над кое-какими недостатками.
Его внезапно смягчившийся тон насторожил Розлин.
– Какие еще недостатки? – с подозрением осведомилась она.
Но он ответил ей неотразимой улыбкой.
– Я расскажу вам завтра.
Когда он с поклоном удалился, Розлин пробормотала проклятие. Нельзя, ни в коем случае нельзя подпадать под прославленное обаяние своего наставника. Конечно, она никогда не будет вести себя, как орды девиц, вешающихся на шею герцогу и уже воображающих себя герцогинями. Ну и что, если его коварная улыбка заставляет сердце биться сильнее? Если голова кружится от его близости? Арден – опытный любовник, способный покорить любую женщину.
Не то чтобы он действительно хотел покорить ее. Просто он, не задумываясь, пускает в ход все свои орудия обольщения. Хотелось бы иметь сотую долю его талантов в этой области!
Розлин невольно нахмурилась. Что он подразумевал под ее недостатками? Неспособность влюбить в себя мужчину? Она и в самом деле потерпела неудачу с Хэвилендом нынешним утром.
Остается надеяться, что герцог покажет ей, что делать. С его стороны крайне великодушно давать ей уроки, тем более что он так презирает любовь и брак. Жаль, конечно, что он никогда не познает радости союза по любви. Сама Розлин искренне надеялась на то, что с ней это случится. Розлин укоризненно покачала головой. Неплохо бы выбросить Ардена из головы, хотя бы до завтрашнего утра!
Несмотря на нежелание оставаться наедине с Розлин, Дру сдержал свое обещание наутро заехать в Данверз-Холл. Нужно покончить с этими уроками! Чем раньше ему удастся помочь ей завоевать Хэвиленда, тем скорее он от нее отделается.
Дворецкий снова проводил его в библиотеку. Судя по виду, Розлин была рада его приезду.
– Вы были вчера у Хэвиленда? – спросила она, садясь в большое мягкое кресло.
– Да, – кивнул Дру, устраиваясь на диване. – Правда, мы в основном обсуждали подготовку к балу. Я просмотрел список гостей и сообщил свое мнение о тех, кого знаю.
– И он, конечно, был вам благодарен, – заметила Розлин.
Дру пожал плечами.
– Не хотел бы я быть на его месте. Развлекать общество, подобно танцующему медведю на ярмарке!
– Значит, вы тоже намереваетесь быть на балу?
– Да, я обещал его поддержать. Элинор и ее тетка тоже приглашены, как и мой друг Клейборн.
Розлин свела брови:
– Надеюсь, разбойник не напугает гостей в ночь бала. Хэвиленду будет неприятно, если на них нападут. И мне страшно подумать о том, что еще кому-то пригрозят пистолетом.
– Я сам провожу леди Фримантл на бал, – пообещал Дру – Если разбойник выбрал ее своей мишенью в первый раз, вполне возможно, снова попытается ограбить бедняжку.
– О, спасибо! – воскликнула она со слезами в голосе. – Я так тревожилась за ее безопасность!
– Думаю, волноваться не о чем, тем более что Хэвиленд предпринял все необходимые меры предосторожности. Если необходимо, он свяжется со мной.
– Что еще вы обсуждали? – нетерпеливо осведомилась Розлин – Обо мне речи не было?
Дру невольно улыбнулся ее энтузиазму.
– Мы упоминали о вас в самых лестных выражениях. Он очень высокого мнения о вас. Но, как все мужчины, мы очень скоро перешли к политике. Хэвиленд хочет занять свое место в палате лордов, когда снова начнется парламентская сессия.
– Да… он сказал мне. Это одна из причин, по которым я им восхищаюсь. Его нельзя назвать легкомысленным повесой.
– Это намек на меня, дорогая?
Розлин весело улыбнулась.
– Вовсе нет. Леди Фримантл утверждает, что вы крайне серьезно относитесь к обязанностям, которые накладывает на вас титул. Говорят, ваши поместья – идеал современного ведения сельского хозяйства, и вы весьма усердно занимаетесь государственными делами. Меня это удивляет и восхищает одновременно. Многие аристократы ведут весьма легкомысленный образ жизни.
– Я нахожу постоянные развлечения смертельно скучными, – искренне высказался Дру. – И, думаю, Хэвиленд придерживается того же мнения. Он спросил, не дам ли я ему несколько советов относительно принципов работы правительства, и я согласился. Кроме того, я предложил на некоторое время отправить к нему моего секретаря.
– Вы очень добры. И к тому же превосходный наставник.
Ее теплая улыбка показалась ему драгоценным даром. И Дру неловко заерзал, не зная, что сказать.
– Я предложил ему начать с чтения «Парламентской истории» Коббета, – выдавил он наконец. – Пришлю ему все тома, которые у меня есть.
– Я могла бы сама это сделать.
– Нет! Не хотите же вы, чтобы он посчитал вас чересчур ученой.
– Полагаю, вы правы, – рассмеялась она и, смерив его взглядом, задумчиво протянула: – Интересно, ваша светлость, если вы так серьезно относитесь к своим обязанностям, значит, намерены когда-нибудь жениться? Наверное, вам понадобятся наследники герцогского титула.
– Да, разумеется, – кивнул Дру.
– Но ведь вы питаете такое отвращение к браку! Не удивлюсь, если бы вы решили никогда не жениться.