Страница 10 из 23
ПРОПАВШАЯ ДАМА
После обеда сержант Глум разгадывал свой любимый «Полицейский кроссворд». Он споткнулся на первом же слове по горизонтали.
— Обезьяноподобное млекопитающее из семи букв, обезьяноподобное млекопитающее из семи букв… — как заклинание твердил Глум.
— Ну что вы за человек, сержант? — донесся до него голос инспектора Борга. — Я вас уже третий раз окликаю, а вы сидите как истукан.
— Человек, человек, — эхом отозвался Глум, и вдруг его лицо озарилось счастливой догадкой. — Человек! — радостно завопил он. — Семь букв! Ведь это и есть обезьяноподобное млекопитающее!
— Да-да, именно обезьяноподобное, — охотно согласился инспектор, наблюдая за бурной жестикуляцией Глума. И тут же добавил:
— Очень сожалею, сержант, но нас срочно вызывает драконоподобное млекопитающее.
— Вы имеете в виду комиссара Босси? — руки Глума сами собой вытянулись по швам.
— Вот именно. Он ждет нас через минуту.
Сбивая стулья, сержант ринулся в кабинет комиссара…
— Господа, — внушительно нависая над письменным столом, комиссар полиции Босси казался как никогда встревоженным, — дело, которое я хочу поручить вам, чрезвычайно важное и касается лично меня. Да, меня, — повторил Босси, заметив недоумение сыщиков, и все три его подбородка заколыхались от гнева. — Сегодня утром банда обнаглевших преступников похитила мою тещу.
— Вашу тещу?! — Глум даже подпрыгнул от изумления. — Да кому она нуж… — начал было он, но вовремя спохватился.
— Сержант хотел сказать, — пришел на помощь Борг, — что ему не понятны мотивы этого преступления.
— Как раз с этим все ясно. — Комиссар устало плюхнулся в кресло. — Во-первых, это дерзкий вызов всей нашей полиции. На карту поставлена честь моего мундира. Во-вторых, деньги. Только что звонил один из преступников. Сообщил, что сегодня в 5 часов утра из своей квартиры на Кленовом бульваре была похищена госпожа Горгония, то есть моя теща, и потребовал за ее освобождение выкуп в семьдесят восемь тысяч доблей.
— Довольно странная сумма, — заметил Борг.
— Какая бы странная она ни была, — не унимался Глум, — нельзя отдавать за тещу такие сумасшедшие деньги. Да я готов сам доплатить, только чтобы моя теща…
— Но речь идет о моей теще, — перебил его комиссар. — К тому же она стоит гораздо дороже. Позавчера на семейном обеде она похвасталась, что уже почти миллионерша: на ее счетах лежит девятьсот двадцать две тысячи доблей. Как бы то ни было, моя жена требует, чтобы это дело было поручено только инспектору Боргу. Прошу вас обоих немедленно выехать на место преступления.
Через несколько минут инспектор Борг, сопровождаемый неизменным Глумом, уже осматривал квартиру госпожи Горгонии.
Всюду царил образцовый порядок. Сияла чистотой изысканная посуда на кухне, на своих местах покоились замысловатые кулинарные приспособления. Манили белизной роскошные полотенца в ванной, в строгом порядке расположились дорогие письменные приборы на столе в кабинете, аккуратно разложенное по полочкам, дышало свежестью тонкое кружевное белье в спальне. В идеально чистой клетке у изголовья кровати весело жевала что-то упитанная морская свинка.
Задержавшись на ней взглядом, Глум печально вздохнул:
— Эх, сюда бы мою тещу на экскурсию. Такая здесь кругом чистота и порядок.
— Ну, не везде, положим, — возразил Борг, указывая на скомканные простыни и одеяла, в беспорядке разбросанные на постели. На пышной подушке засохло несколько капель крови.
— Это и ежу ясно, — парировал Глум. — Все признаки борьбы налицо. Представьте себе. В пять утра сюда вламывается банда громил, набрасывается на мирно посапывающую старушку, божий одуванчик, начинает крутить ей руки и запихивать в какой-нибудь грязный мешок. Та, естественно, сопротивляется, кусается и царапается. А ко всему прочему…
Тут зазвонил телефон, и Борг поднял трубку.
— Инспектор Борг? — донесся рокочущий басок комиссара Босси. — Ну что, нашли что-нибудь?
— Да так, ничего особенного. Но теперь я, как и сержант Глум, считаю, что выкуп нельзя выплачивать ни в коем случае.
— Вы тоже стали тещененавистником? — поразился на том конце провода Босси.
— Да нет, — улыбнулся Борг. — Просто я понял, что похищение инсценировано самой госпожой Горгонией.
Что заставило инспектора Борга сделать такой вывод?
Тут зазвонил телефон, и Борг поднял трубку.
— Инспектор Борг? — донесся рокочущий басок комиссара Босси. — Ну что, нашли что-нибудь?
— Да так, ничего особенного. Но теперь я, как и сержант Глум, считаю, что выкуп нельзя выплачивать ни в коем случае.
— Вы тоже стали тещененавистником? — поразился на том конце провода Босси.
— Да нет, — улыбнулся Борг. — Просто я понял, что похищение инсцинировано самой госпожой Горгонией.
— Но это невозможно! Она, в общем-то, вполне достойная женщина, хотя и помешана на деньгах. Объясните, в чем дело.
— Меня сразу же насторожило, что размер выкупа в точности соответствует той сумме, которой недоставало вашей теще до вожделенного миллиона. Вряд ли такое совпадение могло быть случайным. К тому же, осматривая квартиру сейчас, во второй половине дня, то есть через много часов после похищения, я обнаружил замечательно чистую, просто стерильную клетку с морской свинкой. Зная «аккуратность» этих животных, можно сделать вывод, что клетку мыли совсем недавно. Тут я и убедился окончательно, что никакого похищения не было.
УМНЫЕ ПАЛЬЦЫ
Фильм «Необъяснимые чудеса и тайны» произвел сильное впечатление на сержанта Глума. Выйдя из кинотеатра, он впал в задумчивость и только через пять минут вспомнил о шагавшем рядом инспекторе Борге.
— Скажите, инспектор, — обратился сержант к знаменитому сыщику, — а вы верите в чудеса?
— Чудеса появляются там, где в них верят, и чем больше в них верят, тем больше их появляется, — процитировал Борг известного мудреца.
— Значит, не верите, — огорченно заключил сержант, но тут же оживился. — А хотите, я покажу вам настоящее чудо, и не где-нибудь там в пустыне, а здесь, рядом?
Далее…
— Представляю себе это чудо, — скептически хмыкнул Борг.
— Ах, так! — воскликнул сержант. — Ставлю сто доблей, что вас оно убедит!
— О, это уже чудо! — согласился Борг, хорошо знающий скупость Глума. — Ну что же, идет. А я плачу двести доблей, если не смогу объяснить ваше чудо.
Через несколько минут сержант привел инспектора к разукрашенному шатру в центре парка. Перед входом в шапито элегантный господин во фраке, обворожительно улыбаясь, энергично зазывал прохожих:
— Дамы и господа! Сегодня последний день, когда вы сможете познакомиться со знаменитым магом Теном Амбо, умеющим читать пальцами! Всего за десять доблей вы увидите то, чего не делает ни один другой человек в мире!
— Это и есть ваше чудо? — усомнился Борг.
— Да, да, — нетерпеливо отмахнулся Глум, покупая билеты. — Давайте поторопимся, сеанс уже начинается.
Они вошли внутрь. На небольшой сцене, окруженной тремя десятками сидящих на складных стульях зрителей, уже появился загадочный человек с удивительно асимметричным лицом и тяжелым гипнотическим взглядом. Выдержав паузу, он неуловимым движением извлек из воздуха небольшую записную книжку. Маг вырвал из нее несколько чистых листков в клеточку и обратился к публике:
— Я Тен Амбо, единственный человек, умеющий читать пальцами то, что написано на бумаге. Сейчас вы убедитесь в этом. Попрошу десять добровольцев из зала.
Несколько человек охотно подошли к магу. Увидев среди них эффектную блондинку, Глум тоже сорвался с места, став десятым участником эксперимента.
— Каждый из вас, — обратился Тен Амбо к добровольцам, — напишет несколько слов — все, что хотите — на этих листках бумаги.