Страница 63 из 67
Голова закружилась. Он упал на спину. Капли дождя шлифовали белое холодное лицо с синим отливом щетины, и лужицами скапливались в остекленевших глазах, смотрящих в скучное серое небо.
— Мы знаем Вас. Вы называете сами себя разумными. Но вы не разумны.
Мы разумны. Мы не убиваем себе подобных. Мы не отравляем тот воздух, которым дышим, ту воду, которую пьем, ту землю, на которой живем. Мы часть этого мира и сознаем это. Мы не знаем вражды, мы делаем то, для чего рождены. Рабочий не становится солдатом, а солдат рабочим. Нам чужды распри и беспорядок.
Мы не убиваем без нужды и не берем от природы больше чем нам нужно.
Вы убиваете всё и всех, и прежде всего себя. Вам нет места в цепочке мира.
Называя себя вершиной мироздания, вы не вершина. Вы ошибка. Вы не можете контролировать свою популяцию, поэтому придумали войны. У вас нет врагов кроме вас самих. Но вы враги всем. Вы враги миру. И мир избавился от вас…
Муха сидел, поджав под себя ноги, руки его с длинными тонкими кистями покоились на острых коленках. Дыхание было еле заметным. Глаза закрыты. Если б не подрагивание длинных ресниц, можно было подумать, что он не живой. Он настроился на волну и слушал своего собеседника, делая мысленно заметки по поводу сказанного. Ему было, что сказать в ответ, но он пришел не за этим. Ему просто нужно было пройти. Не мирясь и не воюя. Просто пройти по своему неотложному делу…
— Ничего не понимаю!
Хаймович почесал затылок. Эту фразу от него я слышал уже не раз и руку в голову он запускал неоднократно. Я уже всерьез опасался за его шевелюру, как бы он лысину себе не начесал. Мне чесать было не то что нечего, но смысла не видел. Ну, есть свет, непонятно откуда. Есть и ладно. Лампочка над входом горела, но исключительно в ночное время, пополняя запасы мошкары в плафоне. Откуда она запитывалась было непонятно.
По остальным проводам ток не шел. Хаймович это выяснил доподлинно методом тыка лампочки с патроном во все розетки. Никакого генератора тока, никакой мощной электростанции, которая поставляла бы электроэнергию в город, он так и не обнаружил.
Объект оказался захудалой войсковой частью непонятного назначения. И баста!
И никаких подземелий, тайных лабораторий с загадочными существами. Ничего!
Хаймович обмерил всё здание шагами внутри и снаружи. Посчитал толщину стен. Всё сходилось. Не было тут потайных комнат. Побывав в подвале, вернулся он оттуда грязный и разочарованный. О дальнейших поисках можно было и забыть. Ну, ошибся Хаймович картой, с кем не бывает. И часть это не та, и объект не тот. Как бы не окаянная лампочка!
Когда она загорелась в первую ночь. Хаймович места себе не находил до утра. Затем готов был здание развалить, лишь бы узнать, куда провод уходит. Уходил провод куда надо. На электрическом щите, вмурованном в стену, Хаймович нашел таки фазу и получил по ней сдвиг. Кабеля к щиту приходили с низу, из подвала. В подвале же их не было.
Хаймович ворчал что-то про загадочную русскую душу, и извечную привычку делать всё через то место, через которое ничего путного на свет не появляется. Чертежи, допустим, делают правильные, но какой монтажник их придерживается? Главное, что из пункта А в пункт Б ток идет, и плевать, что кратчайшая линия это прямая. Провести могли и зигзагом и спиралью и вообще такой линией, которую в математике ещё не изобрели.
Впрочем, занимался Хаймович своими поисками вечного источника тока почти в одиночку. Нас с Федором занимало закрытое помещение. Хаймович ненароком обмолвился, что это должно быть оружейка. Может мы и придумали бы как её вскрыть, если б не обустройство жилья. Каждый отобрал себе по комнате на втором этаже, чтоб звери не достали, и понеслась не легкая. Под чутким руководством женщин мы с Федором и Шустрым только и успевали таскать разный хлам. Они даже Ябеду умудрились припахать. Он безропотно таскал разные неподъемные вещи. Каким образом? Загадка.
Женщины порхали как бабочки, указывая сделать то и это. Они здорово сдружились.
Мы с Федором кое-как открутились от их проблем на третий день и под предлогом поисков пропитания ушли в лес. Охота прошла удачно. Подбили двух зайцев и одну собаку с толстым задом. Собака оказалась не собакой, а барсуком. На барсучьем жире зайцев и пожарили. Хаймович между делом сплел мордушку из ивовых веток и кости от дичи просил не выбрасывать. Он обещал их потом обжечь и закинуть в мордушку для привлечения рыбы. После обеда я решил прогуляться. Ябеда привязался ко мне как к родному. Ходил за мной следом и что удивительно даже не ныл по обыкновению.
Поначалу он меня нервировал, а потом я привык к нему как Хаймович к своему коту.
Иногда даже разговаривал. Точнее размышлял в слух. Ябеда слушал внимательно, иногда даже казалось, что он понимает, только сказать не может.
Выход на другую сторону здания был расположен весьма странно. Для того, что бы оказаться по ту сторону здания, нужно было подняться по лестнице на второй этаж.
Со второго этажа лестница опять спустится на первый, и открыв единственную дверь на ту сторону выйти на вертолетную площадку. На вертолетную площадку не выходило ни одно окно, что вызывало некоторое недоумение. Вся задняя сторона здания была глухая. А как они следили, кто прилетит? Да и эта беготня по лестнице, просто не лезла ни в какие ворота. Площадка была обнесена таким же бетонным забором, как и вся часть. Забор примыкал вплотную к зданию штаба. Отсутствие окон говорило о том, что персоналу не следовало видеть ни лица прилетающих ни груз. Они лишь охрана.
Охрана не большая, но и не маленькая + обслуживающий персонал повара, слесари и т. д.
На охрану сильно не надеялись раз в ответственный момент сработала автоматика.
Или не автоматика? То, что я видел именно этот объект во сне было несомненно. И то, что это именно объект № 7844 я не сомневался. Но где всё? Где? Не уж то в том закрытом помещении на территории части? Исключено. Слишком заметное место. А вот головоломка с лестницей что-то да значила.
— Пространство под лестницей первого этажа заложено и заштукатурено комар носа не подточит. — Объяснял я Ябеде, — Места там не много, но если прибавить пространство второй лестницы ведущей к площадке получается… Получается Я потоптался на лестнице вымеряя размер умозрительно.
— Получается, что кабина лифта там вполне могла уместится. Если я прав, значит вход надо искать под лестницей. Но прежде чем вооружится ломиком и поработать, давай поищем некие тайные кнопки.
И я начал приглядываться к лестнице повнимательней. Вход должен быть именно со стороны летного поля. На стене искать бесполезно. Краска с неё давно облупилась почти вся усеяв ступени. Лохмотья краски ещё кое-где висели, намекая на то что панель была стандартного голубого цвета. Никаких искусственных выпуклостей и вогнутостей не наблюдалось. Ладно, решил я, обследую перила. Потрескавшиеся деревянные перила ничем примечательным тоже не обладали. Они даже были опасны вздумай на них кто прокатится. Заработать занозу в энное место, запросто. Да и руками по ним водить, я бы не советовал. И тут я обратил внимание на прутья поддерживающие перила. Второй прут, если считать снизу, к перилам приварен не был никогда. Он был чуть короче остальных и только прикидывался, что что-то там поддерживает. А все видимо для того, чтобы на него можно было нажать. Например вот так! Прут нехотя нагнулся и лестничный пролет дрогнул. Половина лестницы ведущей наверх раскололась и стала как на шарнире опускаться вниз одновременно меняя ориентацию ступеней, приспосабливая их для спуска. Ябеда уверенно шагнул на ступеньку.
Зажимая левой рукой бок, Руслан добрел до Лиса.
— Коля! Николай!
Лис лежал, раскинув руки. Рус опустился на колени, и приподнял голову друга из грязи.
— Коля! Только не умирай! Слышишь, не вздумай мне тут умереть! Мы победили!